Ветер гонит пепел - Кирилл Шарапов

– Ты не обманываешь? – спросила Глана, хотя уже сама знала ответ.

– Нет, и я еще раз повторяю: он провел со мной тридцать лет. Последние лет десять кокон был не слишком прочным, он стал сильнее и мог преодолевать его и чувствовать то же, что и я. Он учился. Это не дикий дух из разрыва, захвативший первое попавшееся тело, это нечто новое. Да, я верю ему, наша с ним договоренность подразумевала полную легализацию после окончания войны, но вышло иначе. Может кто-нибудь мне рассказать, как я лишился своего самого большого козыря?

Присутствующие переглянулись.

– Что ты помнишь? – спросила Кира.

– Боль в груди, словно Фарат рвется наружу, затем – все, темнота.

– Понятно, – опередив Киру, сказала Арина. – Мы думаем, что дело было так… Ты стоялпосредине поля боя, вокруг трупы и кровь. Сам знаешь, разрывы любят подобные места. Вероятней всего, рядом с тобой возник микроразрыв, всего несколько секунд. Фарата, которого не сдерживал кокон, начало тянуть в родной мир, разрыв, похоже, открылся совсем рядом, и джинн, вернее уже ифрит, просто не смог сопротивляться, его буквально вырвало из твоей груди вместе с остатком кокона и куском мяса. И тут он захлопнулся. Надо отдать должное твоему «пассажиру», он не стал захватывать тебя – наверное, посчитал бесперспективным, ты умирал, а нежить, которой ты неминуемо стал бы, мы уничтожили бы на месте, несмотря на наше к тебе отношение.

Кира поморщилась, но опровергать не стала. Что ж, Игнат отлично понимал их, он бы поступил точно так же: если бы Фарат захватил его мертвое тело, нежить вышла бы опасной для всех. Тут не до сантиментов. А учитывая, что вокруг было полно «черных», кстати, надо уточнить, кто это такие, его спалили бы за пару секунд, как только поняли, что случилось.

– Так вот, в этот момент одна из вдов, те дамочки в черном так зовутся, подавила духа внутри пленника и уже собиралась задать несколько вопросов, как в дело вмешался самый настоящий ифрит и за несколько секунд расправился с ослабленной сущностью, взяв под контроль тело Павла. Тут с улицы раздался вой Киры, я выбежала, чтобы увидеть, как она на коленях стоит в грязи, перемешанной с твоей кровью, пытаясь руками зажать тебе дыру в груди, и орет, что магия не помогает. Тут Тамара подоспела, влила тебе в рот зелье регенерации, тебя трясти начало, но кровища хлестать перестала. Глана открыла портал прямо в больницу. И там уж тобой занялась Илона. А одержимого заковали по рукам и ногам и переправили сюда. Только он заупрямился и разговаривать не стал, а ведьм, владеющих ментальной магией на таком уровне, у нас нет.

– Понятно. С одной стороны, хорошо все устроилось, а с другой – я фактически стал обычным человеком. Стареть начну, болеть, лишусь своей скорости и много чего другого, что делал мой джинн. Тьфу ты, никак не привыкну: он же подрос, он теперь ифрит.

– Я о тебе позабочусь, – с нежностью в голосе заявила Кира. – Надеюсь, исчезновение Фарата не скажется на нашей постели, – серьезно и очень задумчиво продолжила она, – а то ведь я к нему уйду. – Но, не выдержав и увидев вытянувшееся лицо Игната, магичка рассмеялась: – Я шучу, милый.

Демидов улыбнулся, но шутка все же слегка задела его мужскую гордость.

– Кто тебя еще к Фарату подпустит? – включилась в шуточную беседу Арина. – Он на меня глаз положил, так что прочь с дороги.

И тут Игнат понял, что вот это как раз не шутка, Струна и вправду заинтересовалась одержимым Фаратом Павлом. Он покосился на Глану – та сидела задумчивая, ей это не нравилось, но ничего поделать верховная ведьма не могла. Сейчас ее жизнь полностью принадлежала Кире, а она, похоже, своей шкуркой очень дорожила.

– А что с мобилем и с вещами?

– Все в порядке, – успокоила его Басаргина. – Оружие и вещи в комнате, которую нам выделили, а Голем припаркован на стоянке школы.

– Надеюсь, на этот раз трофейного «арбалета» никто не зажал?

– Нет, все в порядке, он тоже в комнате.

– Так что вы собираетесь делать? – неожиданно очнувшись, спросила Глана, возвращая разговор к серьезной теме. – И что будет с проклятьем.

– Найти и уничтожить, – сообщил Игнат. – Мне кажется, решив проблему с артефактом, мы решим и проблему с нашествием, причем на долгие годы, если не навсегда. А проклятье – вопрос не ко мне.

– Я сниму его, как только мы будем в безопасности, в любом случае тебе ничто не угрожает, при активации шара я заложила условие исполнения по моему приказу. Не делай глупостей, и все с тобой будет нормально.

– Что вам нужно? – поинтересовалась Глана. В ее голосе сквозило облегчение – похоже, она уже признала поражение и готовилась к капитуляции. Жертвовать собой ради плана, который может еще и не выгореть, верховная не собиралась.

– «Компас», Фарат, оружие для него, одежда. Транспорт у нас свой.

– Хорошо, как только его вылечат и он расскажет то, что мы хотим узнать, вы свободны.

– Не совсем, – заявила Арина.

Все уставились на нее, пытаясь понять, что на уме у разведчицы вольных земель.

– Я пойду с вами.

– Нет, – в один голос сказали Кира и Игнат.

– Я понимаю, что потеряла ваше доверие, – спокойно продолжила она, – и попытаюсь вернуть его вновь. Так вышло, что очень многое в этой истории связано со мной, и я хотела бы участвовать в ней до самого конца, плохого или хорошего.

– Ага, – усмехнулась Басаргина, – чтобы в последний момент катнуть нам под ноги милую гранатку?

– Кира, ты не права, – покачал головой Игнат, – она не будет связываться с гранатой, использует что-нибудь новенькое. Например, отравит. Знаешь, Арина, я категорически против. Представь, насколько я против, если готов доверить спину одержимому, а не тебе.

– Я тоже против, – неожиданно поддержала их Глана, – ты будешь нужна мне тут.

– Сожалею, госпожа верховная, но я сама решаю, где мне быть. В любом случае больше я на вас работать не собираюсь. Мне противны ваши методы.

– Все для блага вольных земель. Или ты забыла наш девиз?

– Нет, госпожа, я его отлично помню, но одно дело запереть парочку влюбленных на недельку в безопасном месте с кучей жратвы, пусть отдохнут, а другое – вынашивать планы пустить их в расход с целью протянуть лишний день.

Глана поморщилась: возразить на это было нечего, она сама призналась.

– Струна, в данном случае решать будем мы, – осадила ее Кира. – Ты можешь идти куда хочешь, но только не с нами. Извини, но я к тебе спиной не повернусь.

Игнат кивнул, поддерживая возлюбленную.

– Девушки, не могли бы вы мне подогреть кофе, а то остыл совсем.

Кира взяла чашку, не прошло и двух секунд, как от содержимого пошел пар.

– Держи, ты шибко горячего не любишь.

– Спасибо, милая, – поблагодарил Демидов и сделал глоток, – то, что надо. Ну что, осталось только дождаться, когда Фарата поставят на ноги.