Дракон Третьего Рейха - Олег Угрюмов

— Вы видели это?

— А может быть, даже убил…

— Да нет, она просто заснула…

— Это очевидно, кто с такой, как она, захочет связываться?

Оттобальт сурово поманил мага пальцем к себе. Мулкеба горестно на него взглянул, но двинулся вниз, постанывая и держась обеими руками за многострадальную поясницу.

Спустя некоторое время они секретничали в кабинете короля.

— Ну, чародей, — вопросил сурово его величество, — что же ты наделал? Что я скажу тете Гедвиге, когда она проснется? Она же после этого нас здесь всех замучит.

— Не волнуйтесь, ваше величество, — торопливо успокоил его маг. — Потому я навстречу ее величеству и не вышел, а принял весь удар ее негодования, забаррикадировавшись в башне. Все слышали, как королева Гедвига обещала до меня добраться и приказывала запереть в башне, чтобы я никуда не делся. Кто же теперь поверит, что я по доброй воле согласился выйти и посмотреть на ее величество? Так что никто не приметил и моего колдовства. Все будут думать, что ее за непочтительное поведение наказал дракон, и пускай — нам это только на руку. К тому времени, когда наша Нучипельская Дева проснется, дракона уже и след простынет, а общественное мнение будет сформировано и убедит тетю в правильности данной версии. Как говорят урийцы — такова жизнь.

Король коварно заметил:

— Так ты, значит, изначально план имел, а меня в него не посвятил? Использовал своего повелителя, можно сказать, как марчипетку в кукольном театре.

Маг ответствовал не менее коварным голосом:

— Положа руку на сердце, ваше величество, не было у меня никакого плана, а была одна-единственная задача — предотвратить конец света любой ценой, если он будет надвигаться. С вашей тетей это весьма реально. Стоя рядом на площади, я мало чем был бы вам полезен, а так вроде все обошлось. Спать она будет, по моим расчетам, неделю, от силы две. За это время мы что-нибудь придумаем, заодно решим вопрос, как нам быть с драконом. Полагаю, мы его почти расположили к себе, и, возможно, он сейчас раздумывает, идти к нам на службу или нет.

Король печально вздохнул. Дракона на службе ему хотелось иметь отчаянно, однако Оттобальт был реалистом.

— Да, теперь к кому бы он ни был расположен, все равно не согласится. Видел, какие рожи были у этих драконорыцарей? И я их по-своему понимаю: любые монстры предпочтут держаться от такой мегеры подальше. После ее рева никакими данифунтянскими дарами не загладишь душевную травму.

— Дарами не загладишь, — сказал мудрый Мулкеба, — а временем — можно. Оно, как говорится, любые раны лечит. Правда, именно времени у нас маловато, ну да ничего. Недаром вы меня на службе держите…

Нужно сказать, что неделю спустя в Уппертале разыгрывалась большая человеческая драма. И очень жаль, что во всем Вольхолле не нашлось драматурга шекспировского уровня, дабы запечатлеть сии незабываемые события на бумаге. Придется это сделать нам, хоть и продуктивность, и эффективность, увы, не те.

Место действия — королевские покои. Время действия — глубокая ночь. Главные действующие лица — смятенный и тревожный Оттобальт Уппертальский и скорченный, скрюченный и скукоженный маг Мулкеба, взирающий на своего повелителя, как осужденный — на топор палача.

Его величество пребывал в глубокой печали по поводу того, что дракон и сопровождающие лица все еще находились в замке. Так и не дав согласия на сотрудничество, драконорыцари время от времени порывались отбыть в направлении Белохаток, о которых Оттобальт мог сказать только одно: осточертели они ему выше крыши Посему король много пил и ел, особенно в ночное время. А сегодня, когда пятнадцатый личбурберс встал поперек королевского горла, вытребовал к себе мага и поставил вопрос ребром:

— Ну что, Мулкеба, наступило обещанное время или ЕЩЕ нет?

Престарелый, чародей последнее время занимался своим пошатнувшимся здоровьем, формированием общественного мнения и уборкой комнаты, в которой царил полный хаос после поисков, проведенных по случаю устроения грандиозного бумбитряма. Что до формирования общественного мнения, то Мулкеба полагал сие занятие самым важным в своей жизни, ибо хотел быть уверенным в том, что после пробуждения Нучипельская Дева не станет преследовать его, а вновь обратит свой гнев против дракона. Поэтому вопрос об обещанном времени застал его врасплох.

— Какое время, ваше величество? — осторожно уточнил он.

Оттобальт раздраженно погрыз куриную ножку.

— Я в конце концов узнаю когда-нибудь, какое решение принял наш гость? Он будет у нас служить или не будет? Он будет отвлекать тетю на себя или нет?

Мулкеба опечалился:

— Полагаю, сир, его по-прежнему интересуют эти самые Белохатки. Кроме них, он ничего обсуждать не желает. Недавно один из драконорыцарей прижал к стене придворного картографа и угрожал ему страшным заклятием «расстрел», требуя нарисовать карту местности. После чего впал в странное состояние, кружа по двору и выкрикивая малопонятные слова, пока не был успокоен полиглотом Хруммсой.

— Тогда долго еще это безобразие будет продолжаться? — вопросил Оттобальт.

— Это еще не безобразие, — сказал маг, полагая утешить своего короля.

— Это не безобразие?! — возопил Оттобальт, тыкая в Мулкебу косточкой. — Что же тогда ждет несчастный Дарт? Найдет кто-нибудь этому зверю дорогу на Белохатки, хоть бы они сквозь землю провалились? Я требую, чтобы дракон поступил ко мне на службу — у меня вот-вот тетя проснется.

— Так что вас беспокоит, ваше величество? — уточнил чародей, пытаясь выявить в этом потоке жалоб рациональное зерно.

— И ты еще имеешь наглость спрашивать, что меня беспокоит?!

Маг понял, что зашел в тупик, как чаще всего и случалось в беседах со взволнованным королем. Мулкеба никак не мог уловить ход монарших мыслей: не то Оттобальт желал оставить дракона при дворе до пробуждения королевы Гедвиги, не то требовал поступать согласно ранее разработанному плану, по которому дракон должен был покинуть замок.

— Но, ваше величество, — робко запротестовал он, — я всего лишь маг, а не ясновидец. Я стараюсь быть в курсе всех королевских дел, но мне, как любому смертному, это не всегда удается…

— Хватит! Хватит, Мулкеба! Мы оба хорошо знаем, что этот… Как его?..

— Железный дракон, мой король?!

— Да! Этот… железный король… тьфу! Этот железный дракон уже начал превращаться в государственную проблему! На службу он идти не хочет и замка не покидает, а слухи о его зверствах и непобедимости распространяются быстрее тиморской чесотки! Уже в Буресье проведали, что Упперталь стал пристанищем кровожадного монстра! Нас боятся, как пиратов с Тум-Тумских островов! Караваны с запада теперь идут через Шетт! Юсские купцы начали торговать солью с Юккеном!

(СПРАВКА: после подписания торгового договора с Юсой Упперталь долгое время владел монопольным правом на продажу юсской соли другим странам Вольхолла.)