Песня Феникса - Екатерина Оленева

– Всё уже позади, я всё-таки выжила, – постаралась успокоить его Джудит. – Я сильнее, чем кажусь. Жаль, что при этом иногда глупее, чем самой хотелось бы, – с самоиронией добавила она. – А что касается ребёнка?.. – вздохнула Джудит. – Мы оба знаем, что были не готовы. У нас был трудный период, но чёрная полоса не может длиться вечно. Думаю, не время впадать в отчаяние и хандрить, теперь, когда я выжила. Я хочу, наконец, радоваться жизни, – вздохнула Джудит и прижала руку Райли к своей щеке

Он в ответ обнял её и поцеловал почти по-отечески, в лоб, с нежностью.

Какое-то время они так и сидели, обнявшись.

Как любопытно устроена жизнь – хватило пары фраз, чтобы раны, почти смертельные, начали затягиваться, а снедающая душу холодная пустота отпустила.

– Ко мне приходил принц Готойский, – некстати сказала Джудит. – Сказал, что ты просил его о помощи.

– У меня не оставалось вариантов, – глухим голосом ответила Райли. –Во всех больницах нам отказали в твоём приёме, ссылаясь на плохой прогноз и даже деньги не могли решить проблемы. А вот имя и связи принца Готойского волшебным образом всё уладило. Мир несправедлив, но в тот момент я готов был заключить союз хоть с Владыкой Тьмы, лишь бы спасти тебя.

Джудит была тронута.

– Он сразу согласился помочь?

– Мы оба знаем, что он к тебе неравнодушен. Но мне не хотелось бы о нём говорить именно по этой причине.

– Да, я тоже не горю желанием обсуждать его персону. Просто удивилась, увидев первым его, а не тебя.

– Думаю, не ошибусь, предположив, что ты не раз его ещё увидишь. Принцы ужасно назойливый народ, просто так не отступаю от своих капризов. А ты умеешь западать в душу, по себе знаю.

– Меня другое волнует. Он сказал, что деньгами тебе не помогал, но я же знаю…

– Пустяки, – раздражённо отмахнулся он.

– Пустяки?!

– По сравнению с твоей жизнью – да.

– Откуда ты взял деньги, Эд Райли?

– Оттуда же, откуда и все другие люди – из кошелька в кармане.

– Абигайль сказала, что я пролежала здесь неделю, плюс лечение…

– Джудит, это не твоя головная боль! – довольно резко проговорила он.

– Ещё как моя! – возразила она. – И чем больше ты увиливаешь от ответа, тем сильнее заставляешь меня волноваться.

– Мы же откладывали, помнишь? Твою друзья тоже внесли свою лепту.

– И всего этого вряд ли было бы достаточно.

– Не понимаю, чего ты от меня хочешь?! – взорвался он.

– Хочу знать, где ты взял деньги. В какую авантюру из-за меня ввязался?

– Да какая разница? Всё уже состоялось. Чтобы я не сделал – я это уже сделал. Что обсуждать?

– Я должна знать.

– Зачем?

Глаза его в этот момент казались совсем чёрным, было видно, что Райли злится.

– Чтобы меньше беспокоиться за тебя, – честно ответила Джудит.

– А вдруг реальность такова, что беспокоиться придётся больше? – язвительно проговорил он.

– Да в чём дело? Неужели так сложно мне ответить?

Эд выругался сквозь зубы:

– Понимаю, ты волнуешься за меня же, но этим ты легче мне нисколько не делаешь. В способе, которым я сумел найти необходимую сумму нет ничего преступного. Большее тебе знать не обязательно.

Видя, что она всерьёз начинает злиться, он раздражённо бросил:

– Ну, предположим, что ты права и я совершил, таки, нечто предосудительное? Что изменит твоё знание об этом? Задним числом уже ничего невозможно изменить. Да я и ни о чём не жалею.

– Что это даст? Ты шутишь? Это даст доверие друг к другу. По мне, так неплохой бонус?

– Ладно, если ты так настаиваешь, я скажу. Пришлось пойти наперекор своим правилам и заняться распространением запрещённых веществ. Но, клянусь, это разовая акция. Сделанным я не горжусь, поэтому и говорить об этом не хочу. Мне крайне неприятна эта тема. Так что, прошу, давай её закроем?

– Кому и что ты продавал? – хмурясь спросила Джудит.

– Пройдёт время – скажу.

Настаивать на ответе дальше Джудит не решалась. Она видела, что Эд злится всё сильнее и чувствовала себя виноватой.

Господи, куда они катятся? Шулерство, распространение наркотиков… когда-то всё это показалось бы ей немыслимым. По меркам закона, да и по общечеловеческим меркам, они же преступники? Отрицать вину бессмысленно. Но можно ли назвать их плохими людьми? Ведь никто не злодей!

– Пообещай мне, – сказала Джудит, кладя голову ему на плечо, – что всё останется в прошлом. Давай начнём сначала, только теперь всё построим правильно, по совести. Пусть у наших отношений будет хороший фундамент. Не стоит повторять ошибок.

– Конечно, солнышко. Я и сам этого хочу.

Беда лишь в том, что пока не умираем мы, не умирает и наше прошлое. Совершённые ошибки продолжают преследовать нас до тех пор, пока их последствия не заставят нас за них расплатиться.

– Мне вот интересно, – задумчиво протянул Райли, не сводя с Джудит тяжёлого взгляда. – Если бы я сделал тебе предложение, что бы было дальше?

– Я бы его приняла, – не задумываясь, ответила она.

– Ты это серьёзно?

– Да.

– Закрой глаза, – попросил он.

– Зачем?

– Сейчас узнаешь.

Джудит подчинилась.

Она ощутила, как пальцы Райли аккуратно скользят по её руке, сжимают её ладонь, а потом к безымянному пальцу притронулось нечто гладкое и прохладное. Это могло быть только кольцом или перстнем, судя по ощущениям, тяжёлым, прохладным и массивным.

– Открой глаза, – попросил Эд.

Кольцо было белого золота, в центре «сердца» сверкал безупречно-синий сапфир, его в два ряда окружала россыпь алмазов.

Она не смогла сдержать восхищённого возгласа:

– Эд!.. Оно такое красивое!

– Моё сердце стоит дороже и оно бьётся в твоих руках с первой нашей встречи. Когда я выбирал для тебя это кольцо, я сам себя казался безумцем. Даже сейчас я никак не могу поверить, что мне всё это не снится. Сейчас я не могу предложить тебе многого, но ты же меня знаешь? Я умею добиваться своего. Придёт время, я положу к твоим ногам весь мир.

– Мой мир – это ты, – ответила Джудит.