След крови. Шесть историй о Бошелене и Корбале Броше - Стивен Эриксон

— Крошке не нужны мозги, — ответил он.

— Мне уже хватает причин понять, почему тебя зовут Крошкой, — сказала Фелувил. — Но когда мы закончим, наверняка появятся и другие.

Он ткнул в нее пальцем:

— Можешь не сомневаться! — И повернулся к братьям. — Всем встать! Пора! Там, в крепости, — повелитель Клокозуб и те двое с «Солнечного локона»!

— Кто такой повелитель Клопозуб? — спросил Мошка.

— Мертвец! — заорал Крошка.

Блоха нахмурился:

— Мы собираемся убить мертвеца, Крошка? Но зачем?

— Нет, он пока еще не покойник, Блоха. Но станет им, когда встретится с нами!

Мошка рассмеялся:

— И тогда он уже не будет повелителем Крутозубом? Ха-ха!

— Трупозубом, — поправил его Крошка.

Глядя, как великан достает столь же огромный меч, Фелувил ощутила дрожь от предвкушения, но тут же встряхнулась и указала на дверь:

— Вперед, Певуны! Исполните свое предназначение!

— Открой дверь, Малыш, — скомандовал Крошка. — Перестроимся на улице и начнем штурмовать стены крепости.

— Придется идти в гору? — уточнил Мелкий.

— Крошке горы нипочем! — рявкнул его брат. — Штурмуем, и дело с концом. Преодолеваем стены, а потом всех убиваем!

— Эй, — спросил Малыш, — а где Кулик, Гиль и Френ?

— Видать, сбежали с твоей новой шапкой, Крошка, — сказал Коротыш.

— С ними разберемся позже, — бросил Крошка.

Малыш подошел к двери и распахнул ее.

— Большей глупости и придумать было нельзя, — прошептала Подлянка, сидевшая вместе с остальным отрядом, не считая Пташки Пеструшки, в придорожной канаве в тридцати шагах от ворот крепости, перед которыми стоял одинокий стражник.

— Вечно у тебя дурное настроение, Подлянка, — негромко сказал Биск Молот. — Тебе всегда хотелось считать себя особенной, не такой, как все. Думаешь, ты умнее других, да?

— Красивее уж точно, — заметил Хек Урс.

— Заткни пасть, Хек, — прорычал Биск. — Слушай, Подлянка, это дурно влияет на боевой дух подразделения.

Она изумленно уставилась на него:

— Боевой дух подразделения? Да ты никак совсем спятил, капрал?

— У нас все получится, — сказал Биск, вглядываясь во мрак. — Там всего лишь один стражник, во имя Худа.

— Но он плошто там штоит, — прошипел Густ Хабб. — Штолм, ветел — а он прошто штоит там ш мечом в луках как ни в чем не бывало.

Подлянка увидела, как Лишай придвинулся ближе к Густу и стукнул того по голове рукой в перчатке.

— Хватит уже нести всякую чушь!

Густ дернулся в сторону:

— Я вовше не нешу чушь, плидулок. Плошто язык полезан.

— А еще один глаз поврежден, нет ни носа, ни ушей и следы укусов на ногах, — рассмеялся Лишай.

— Плошто штоял шлишком близко к Манши, вот и вше.

— Пожалуй, я дам тебе прозвище, — продолжал Лишай. — Густ Хабб Неудачник. Извини — Неудашник, — хихикнул он.

— Кто бы говолил, швиномолда лябая!

— Заткнитесь оба! — приказал Биск. — Кто-нибудь, швырните камнем в стену. Пусть стражник обернется, и тогда мы на него набросимся.

Подлянка снова взглянула на караульного и покачала головой:

— Что-то с ним не так, капрал. Слишком уж он бледный. И распухший какой-то.

Хек Урс придвинулся ближе к ней и прищурился:

— Некромантия! Это мертвец. Один из наших утонувших матросов с «Солнечного локона», Брив.

К ним присоединился Густ Хабб:

— Котолый именно Блив: помощник плотника или плетельщик канатов?

— Не важно, — прошептал Хек. — Это работа Корбала Броша.

— И что? — произнес позади них Биск. — Живой или мертвый, это всего лишь один человек. — Он поднял со дна канавы камень. — Приготовьтесь.

Медленно выпрямившись, он бросил камень. Тот пролетел над головой стражника и с грохотом ударился о деревянные ворота.

Караульный повернулся.

— Пошли!

Отряд поднялся из канавы и устремился вперед.

Но стражник каким-то образом продолжал смотреть на них, поднимая меч.

Атакующих охватило замешательство.

— Как это он сумел? — спросил Лишай.

— Это не один и тот же человек! — заявил Хек. — Это какой-то другой Брив!

— Он шшил их вмеште! — завопил Густ Хабб.

Отряд остановился в пятнадцати шагах от охранника, оторопело уставившись на него.

Мертвец проворно поднял меч.

— Стражник, к которому не подберешься сзади! — крикнул Хек Урс.

— Боги, — сказала Подлянка, — ничего глупее я еще не видела.

— Ты говоришь так только потому, — возразил Хек, — что тебя не было на «Солнечном локоне»!

— Лишай, вы с Биском заходите справа. Хек и Густ — слева. За мной!

— Вообще-то, здесь я капрал, Подлянка…

— Просто — за мной, капрал.

Остальные рассыпались полукругом. Подлянка направилась к стражнику.

— Эй! — крикнула она.

Как она и подозревала, стоявший лицом к воротам стражник решил повернуться. Второй стал сопротивляться, и у них заплелись ноги.

Издав боевой клич, Биск атаковал сбоку. Лишай последовал за ним, в то время как Хек действовал с другой стороны. Споткнувшись, Густ Хабб растянулся на дороге и тут же вскрикнул, приземлившись на собственный меч.

Стражник семенил на месте, размахивая мечами, которые с лязгом ударялись друг о друга.

Пригнувшись, Подлянка подрезала ему сухожилия. Он упал как раз в тот момент, когда Биск, завопив, замахнулся своим громадным двуручным мечом. Тяжелый клинок просвистел над стражником и, вылетев из рук капрала, вонзился в правое бедро Густа Хабба. Тот снова взвыл.

Подбежав к упавшему стражнику, Хек Урс отсек ему обе головы.

— Брив и Брив! Сдохни! Сдохни, сдохни и снова сдохни!

Подлянка отошла назад:

— Лишай, посмотри, что там с Густом. Насколько он плох?

— Насколько плох? — рассмеялся Лишай. — Этому придурку насквозь пронзило ногу! И он свалился на собственный меч! Кровь так и хлещет!

— Так перевяжи его, чтоб тебя!

— Нечего тут командовать! Ты не капрал…

— Нет, — бросила она. — Вот только Густа проткнул именно наш капрал, так что я понижаю его в звании. Чей это был план? И как, сработало? Естественно, сработало. Почему? Да потому, что это был мой план! Слушайте все — я теперь капитан.

— Может, все-таки сержант? — уточнил Хек, все еще тяжело дыша после того, как размозжил головы Брива и Брива.

— Капитан! У Сатер давно была мысль меня повысить.

— С чего мы вдруг должны тебе верить? — поинтересовался Биск.

— Да с того, что я вам об этом сказала.

Густ продолжал выть.

В это мгновение ворота распахнулись, и в них появился высокий мужчина с раздвоенной бородкой.

— Ага, — проговорил он, бросив взгляд на Густа Хабба. — Отважные солдаты покойной капитана Сатер… и ее друзья. Что ж, вы идеально рассчитали время. Я как раз приготовил