Мой ангел Крысолов - Ольга Родионова

Осторожно переложили несчастного капитана, который даже не слышал адресованных ему благодарностей, и Кея на расстеленные одеяла. Мэгги укутала Птичьего Пастуха — он не сопротивлялся, только с отвращением отворачивался от яблок, которые Мэгги настойчиво совала ему в рот. Нета подошла с одеялом к Тритону.

— Мне не холодно, — сказал он, еле шевеля губами. — Макса накрой. Он трясется весь.

— Тебе отсюда не видно Макса, — машинально возразила Нета.

— Какая разница. Я чую. Я же отродье, ты забыла?

— Тош… у тебя уже снег на щеках не тает. Ты замерз.

— Что ты его уговариваешь? — подошедшая Целительница забрала у Неты одеяло и заботливо подоткнула Тритона со всех сторон. — Герой… Замерзнуть хочешь насмерть?

Тритон промолчал и закрыл глаза. Снег запутался в его ресницах, в черных длинных прядях волос, рассыпавшихся по камням. Со стороны костра снежинки подтаивали, на их место тут же падали новые, и на волосах уже наросла ледяная корка.

Вернувшийся Огневец приволок охапку довольно ровных досок для строительства укрытия. Чен остался на бригантине, и Нета решила слетать туда еще раз — выяснить, нашел ли Марк припасы, и поискать еще что-нибудь полезное, хотя бы теплые плащи для парней.

Палуба за это время покрылась слоем льда, и Нета подивилась, как на ней удерживается Чен: буси скакал по ненадежным обломкам с прежней легкостью, только избегал пользоваться правой рукой, видимо, ключица еще не совсем зажила.

— Тут есть одна пробоина, — сообщил он, цепляясь за остатки перил на краю борта, — в корпусе. Я не доберусь — далеко. Попробуй ты. По-моему, через нее можно попасть в кают-компанию.

Нета кивнула и, спустившись метров на семь к пробоине, заглянула внутрь. Если повезет и ничего не обрушится, туда можно было пролезть.

— Я попробую, — крикнула Нета Чену, глядевшему на нее сверху. — А ты поищи Марка, что-то он запропастился…

— Я его видел, — ответил Чен. — Он нашел ход в трюм и полез за солониной и сухарями. Скоро вернется. Слушай, эта метель мне не нравится. Наша грозовница не пробовала с ней управиться?..

— Пробовала, — Нета вздохнула. — Говорит, не получается. Какая-то неправильная метель.

— Тем более не нравится, — Чен нахмурился. — Ладно, давай лезь и возвращайся поскорее. Надо хоть как-то укрепить лагерь. Мало ли какие напасти еще свалятся на нашу голову…

Нета забралась в пролом, отряхивая снег с волос, и огляделась. Было тесно и ненадежно, но, если отодвинуть вон те две доски… Она осторожно подвигала доски. Вроде бы, ничего не собиралось обрушиваться на голову, и Нета поползла вперед, очень скоро наткнувшись на преграду, в которой, ощупав хорошенько, узнала спинку одного из роскошных капитанских кожаных диванов. Навалившись плечом и упираясь ногами, она попробовала сдвинуть диван, но не смогла. Это было обидно. Нета ткнулась туда и сюда, пытаясь найти обходной путь, и обнаружила правее дивана обломки буфета, которые, кажется, можно было пошевелить. Скрючившись, точно узник, роющий подземный ход на свободу, она стала вытаскивать куски дерева и осколки толстого стекла, постепенно освобождая узкий кривой лаз в кают-компанию. Изрезала пальцы, но заметила это, только увидев кровь на очередном обломке. Надо было торопиться: проход в любую минуту мог обрушиться и похоронить ее под завалами.

Наконец, лаз, в который можно было протиснуться, был готов. Нета легла на живот и, извиваясь, как червяк, проползла в кают-компанию. Странно, но это помещение не было затоплено. Нета представила себе внутреннюю планировку и поняла, что кают-компания, находившаяся по правому борту, оказалась вверху, когда «Недотрога Молли» завалилась на бок. Пол стоял под углом градусов шестьдесят, и все вещи, не привинченные к полу, съехали к одной стене, образовав громадную кучу. Однако на потолке горел вечный фонарь из тех, что почти невозможно достать ни за какие деньги. Сэр Макс, кажется, заплатил за него какую-то баснословную сумму. Нета достала с потолка чудесную диковинку и стала осматривать кучу барахла, сваленную в углу.

Настоящую радость ей доставил чайник — большой, с загнутым носом медный чайник из Алгерии, совершенно необходимая вещь холодной снежной зимой. Нета порылась еще и нашла треснувшую палисандровую шкатулку, набитую мешочками с чаем разных сортов. Вспорхнув от восторга, она немного полетала под косым потолком и взялась за кучу уже всерьез. Из разбитого гардероба были извлечены несколько капитанских плащей из добротного камелотского сукна. Нета связала их в узел и сунула туда же шкатулку и чайник. Один плащ валялся в стороне, зацепившись полой за спинку сломанного резного кресла. Сердце у Неты дрогнуло: это был плащ Тритона — тот самый, в котором он был в ту ночь на кладбище в Бреле. На сукне еще виднелись засохшие темные пятна. Нета прижалась к ним лицом и зажмурилась. А потом сунула плащ в узел вместе с остальным барахлом и поползла через пролом к выходу.

По пути ей под ноги попалось что-то круглое, с острым краем, она уже хотела отшвырнуть неудобный предмет в сторону, но все же решила сначала ощупать, и правильно сделала: это была серебряная чайная чашка с вызолоченым нутром и гравировкой изящной вязью: «КМ». Нета улыбнулась, представив, как обрадуется сэр Макс этой находке, и положила вещицу в карман шубки.

Толкая перед собой неудобный узел, она выбралась наружу и сразу услышала взволнованный голос Марка наверху.

— Да говорю тебе… увидел подземный ход! И свет впереди.

— И ты, конечно, туда полез, любопытное отродье?

Нета поспешно взлетела, чуть не выронив свою поклажу, и закружилась над палубой. Марк задрал голову и сказал:

— Нета! Там, под скалами, замок. Страшно красивый. Хочешь посмотреть?

— Никто никуда не полезет, — отрезал Чен. — Не хватало еще девчонок таскать на экскурсию в место, которое никто не успел осмотреть. Пойдем мы с тобой, я погляжу на этот твой замок, а потом будем решать, что делать. Нета, ты давай в лагерь, отнеси все это и предупреди стаю. Я вернусь и все расскажу.

Буси распоряжался совсем как Корабельник. Только Корабельник был родной, а Чен все-таки пришлый… Но Нета понимала, что стае нужен вожак, и не собиралась спорить. Поэтому она просто кивнула и полетела в лагерь.

Огневец бродил вокруг костров, как неприкаянный, со своими досками — вколотить их в голую скалу было совершенно невозможно, и он искал расщелины. Три доски уже стояли, криво и неустойчиво, но Целительница с Мангой растянули на них кусок парусины и просто накрыли раненых сверху, чтобы хотя бы защитить их от снега. Концы парусины приходилось держать, чтобы не загорелись от костра и не снесло ветром.

Метель усиливалась, Нета еле долетела со своим узлом, но отродья так обрадовались чайнику, что она тут же забыла об усталости и полетела к ручью за водой.

Когда чайник закипел, девушки сгрудились возле палисандровой шкатулки с чаем, нюхая поочередно каждый мешочек и придирчиво выбирая аромат.

— Не спорьте, — сказала Лина и, отобрав мешочки, уложила их обратно, оставив один. — Вот этот подойдет. Это «Царский смех», он дарует силы и веселит кровь. А для Макса и Кея я потом еще отдельно заварю «Малину Адама», чтобы сбить жар.