Атлант. Продавец времени - Юрий Корчевский

Никита был удивлён: он не представлял себе их воинов без дубинок – уже насмотрелся с дирижабля.

– Стоять! – приказал он.

Мужчины азуру замерли, держа оружие наготове.

И вдруг краснокожие, как по команде, упали перед Никитой на колени. Один из них подполз к шеренге азуру и что-то сказал, но язык их был непонятен.

– Кто-нибудь знает язык краснокожих? Кто-то понял, что он сказал?

Из шеренги краснокожих так же, не поднимаясь с колен, подполз ещё один, едва живой мужчина.

– Я понимаю по-вашему, – произнёс он.

– Скажи, кто вы такие и как сюда попали?

– Перед вами все, кто остался в живых от некогда сильного и могущественного племени войя, называемого краснокожими. Мы потеряли много людей в битвах с маленьким людьми, которые пришли к нам верхом на жуках. Потом случилось наводнение. Ночью пришла большая вода и застала нас врасплох. Люди убегали от воды, но многие утонули. Наше племя издавна живёт на земле, и никто из нас не может плавать. Да это и не спасло бы. Теперь в твоих силах, вождь, решить – оставить нас у себя или не принять. Мы голодны, едва держимся на ногах и не желаем вам зла.

Оба согнулись в поклоне, коснувшись головами земли. Остальные краснокожие последовали их примеру.

Никита был растерян.

– Вы трое, идите в селение, принесите им еды и воды, – распорядился Никита трём мужчинам племени азуру. – Остальным не сводить с них глаз.

Он боялся, что это обман. Выслали вперёд слабых и истощённых, а основной отряд прячется в лесу.

Отослав в селение троих мужчин, Никита отправился вместе с ними. Они пошли за провизией, он же направился к Вирту – надо было посоветоваться.

Вирт стоял с женщинами и детьми на окраине. Увидев Никиту, он отошёл в сторону.

– Кто это?

Никита объяснил ситуацию.

– Что думаешь?

– Для начала накормить и напоить. Охотников отправить в лес, пусть обследуют окрестности – нет ли других краснокожих? Если слова их правдивы – а я чувствую, что врать они не должны, – оставить их у себя. Наше племя невелико, и чужаки лишними не будут. Отъедятся, будут охотиться или займутся другими делами.

– Хм, пожалуй, так и сделаем. А пока пусть поживут под навесом, на окраине.

Навес был сделан ещё в первое прибытие Никиты. Здесь сначала размещалось племя, но после постройки деревянных домов под навесом сушили коренья и фрукты, а также играли дети. От солнца и дождя группу людей он укроет.

Мужчины, нагруженные корзинами с жареной рыбой, вяленым мясом и сухофруктами, направились к краснокожим. Те жадно набросились на еду.

Никита отметил, что их предводитель сначала протянул еду женщинам и подросткам, а остальное разделил поровну между мужчинами. Это хороший знак, стало быть – не утратили краснокожие человеческий облик.

Пока краснокожие насыщались, Никита отправил четырёх охотников в лес.

– Быстро осмотрите окрестности! Увидите чужаков – сразу назад, в схватку не ввязывайтесь. Нам надо знать, пришли они одни или в лесу скрываются ещё их соплеменники.

Охотники ушли.

– Я не вождь, – сказал Никита, обращаясь к краснокожим, – но я сейчас разговаривал с ним. Он не против принять вас, но, оставшись у нас, вы должны будете соблюдать наши законы и чтить наши традиции. Каждый должен заниматься делом для блага всего племени. Драк, раздоров и воровства мы не потерпим. Первое время будете жить под навесом, а дальше всё зависит от вас. Вольётесь в наше племя – мы поставим вам деревянные дома.

– Мы принимаем ваши условия, – поклонился предводитель краснокожих.

Может, он и не был вождём, но в данной группе остальные признавали за ним право говорить от их имени. Что ж, значит, быть по сему. Лучше разговаривать с одним, чем убеждать всех.

Краснокожих в сопровождении мужчин азуру отвели в селение, к навесу. Женщины и дети азуру смотрели на пришедших с любопытством и жалостью. Не так давно они тоже испытали горькую долю беженцев и едва спаслись.

Вскоре вернулись охотники, отправленные Никитой в лес на поиски возможного основного отряда. Добросовестно обследовав окрестности, они не нашли даже следов, которые бы говорили о том, что где-то в засаде ждали результатов встречи племени азуру с остатками племени краснокожих их воины.

Несколько дней краснокожие приходили в себя, отсыпались и ели. Потом их предводитель подошёл к Никите и ткнул себя пальцем в грудь:

– Арат.

– Никита, – представился в ответ тот.

– Мои люди достаточно отдохнули. Мы не хотим быть вам в тягость. Скажите, что нам делать?

– Ты же лучше знаешь, что умеют делать твои люди.

– Мужчины – охотники. Женщины выделывают шкуры, шьют, готовят пищу.

– Вот и занимайтесь. Вам никто не чинит препятствий.

Арат помялся:

– У нас нет оружия. Как без него охотиться?

– Оружия вам мы пока не дадим. Навес рядом с домами, и никто не хочет нападения.

– Я понял: вы пока нам не доверяете.

– Ты прав, доверие надо заслужить. А для этого нужно время и добрые дела.

– Хотя бы один нож на всех, кусок верёвки и клочок прочной кожи.

– Это можно, жди.

Спустя непродолжительное время Никита принёс всё, что просил Арат, и его воины живо смастерили себе пращи. Вещь незамысловатая, но при должном навыке опасная.

Неожиданно Арат сказал:

– А ведь я тебя узнал!

– Это невозможно, мы никогда не виделись.

– Ты был на летающем корабле и сбрасывал с него огонь на жуков и маленьких людей.

– Было такое, – вынужден был признать Никита.

Он понимал: дирижабль летел низко, в полусотне метров над землёй, и человек с острым зрением вполне мог разглядеть его лицо.

– Ты нас здорово тогда выручил. Их было много, больше, чем звёзд на небе. Сначала мы думали, что вы пришли вместе с ними – ведь летающие корабли уже причиняли нам вред, бросая сверху железные стрелы. А стали нам помогать. Почему?

– Разбив и уничтожив вас, они пришли бы на наши земли.

Арат кивнул.

– А скажи, когда вы уходили от воды, ты не видел людей других племён?

– Один раз и издалека. Мы предпочли укрыться – кто знает, что у них в голове?

– Как они выглядели?

– Как ты.

Арат повернулся и ушёл к своим.

К удивлению Никиты, краснокожие вернулись из леса с добычей. Оказалось, что все они были отличными пращниками – этому их учили с детства.

Постепенно краснокожие, сначала державшиеся особняком, овладели языком и влились в племя.