Живой металл - Абрахам Грэйс Меррит

— Знаете, Дилоуз, было бы честнее, если бы вы провернули это огнем и мечом.

— Юрист будет учить меня честности! Знаете, Саул, я не собираюсь никого обманывать.

— Хм-м…

— …я просто хочу полететь на Луну. За это все будут платить, и именно это они получат. Так что легализируй все это и будь паинькой.

— Мне припомнилось, что по похожему поводу сказал Вандербильду его юрист: «Все и так хорошо. Зачем портить дело, подводя под него законную основу?» О’кэй, брат-разбойник, все будет выглядеть честно. Что-нибудь еще?

— Еще. Подумай сам. Может, еще что-то придумаешь. Джордж, вызови, пожалуйста, Монтгомери.

У главы отдела внешних связей Монтгомери было, по мнению Гарримана, два неоценимых качества: первое — он был его личным служащим; второе — он был способен развернуть рекламную кампанию, с целью убедить общество в том, что на леди Годиве во время ее исторического рейда был бюстгальтер фирмы «Кариес», или в том, что вся сила Геракла выражалась в его обжорстве.

Он явился с большой папкой.

— Рад, что вы нашли время для меня, шеф. Смотрите, что я принес… — он положил папку перед Гарриманом и начал раскладывать эскизы и тексты. — Это Кински сработал — золотой парень!

— Для чего весь этот товар?

— А? Для «Нью Уорлд Хоумз».

— Убери. Мы отказываемся от «Хоумз». Погоди… не вопи. Пусть твои ребята доведут это до конца. За что уплачено, должно быть сделано. А ты займись другим, — он быстро объяснил свой новый замысел.

Монтгомери кивнул.

— Когда начнем, и сколько можно тратить?

— Сейчас. Сколько нужно, столько и трать. О расходах не беспокойся; это самое крупное наше дело.

Стронг вздохнул.

— Хорошенько все обдумайте, — продолжил Гарриман, — а завтра обсудим подробности.

— Минутку, шеф. Вы собираетесь лететь на Луну и в то же время скупить права у этих… лунных государств. И сколько вы собираетесь им дать? Не боитесь загнать себя в угол?

— Я что, здорово похож на болвана? Мы сначала получим эти права, а уж потом выпустим джинна. Это первая часть вашей с Каминзом работы.

— Хм… — Монтгомери задумчиво погрыз ноготь. — Ну, ладно, с чего начинать, мне, в общем, ясно. Когда вам нужны эти права?

— Даю вам шесть недель. Иначе заставлю тебя на собственной шкуре написать прошение об отставке и послать мне по почте.

— Лучше я напишу его сейчас, только пусть кто-нибудь подержит зеркало.

— Черт возьми, Монти, я же знаю, что шести недель вам за глаза хватит. Но поторапливайтесь: не имея в руках этих прав, мы не сможем ни цента вложить в основной проект. Если промешкаете — мы умрем голодной смертью, а уж Луны нам точно не видать.

— Ди-Ди, — сказал Стронг, — зачем тебе эти договоры с людоедами? Если тебе приспичило на Луну, давай позвоним Фергюссону и начнем делать дело.

— Мне нравится твоя прямота, Джордж, — нахмурившись, ответил Гарриман. — Году… ммм… в 1845-м или 46-м один бравый американский офицер захватил Калифорнию. Знаешь, что сделал госдепартамент?

— Нет.

— Заставил вернуть ее. Что-то этот парень недоучел или что-то нарушил. А я не хочу, чтобы так случилось с нами. Мало достичь Луны и объявить об этом, надо еще, чтобы земные суды признали наши действия законными, а то нам тошнехонько придется. Так, Саул?

Каминз кивнул.

— Вроде, как это было с Колумбом?

— Точно. Но мы не дадим себя одурачить, как Колумб. Монтгомери выплюнул кусочек ногтя.

— Но вы же знаете, шеф, что эти бумажки от банановых правительств вместе не потянут и на ломаный грош. Почему бы разом не получить эти права от ООН? Их легче убедить, чем чертову кучу косоглазых дармоедов. Я мог бы начать с Совета Безопасности и…

— Разработай и эту идею, она тоже со временем пригодится. Ты не понял механику нашей авантюры, Монти. Конечно, эти бумаги не стоят ничего. Но есть одна тонкость — сам факт их существования, а это — главное. Смотри: мы летим на Луну, или собираемся лететь. Эти страны начинают пищать: мы мол одурачили их с помощью подставных фирм. Кому они будут жаловаться? Ясно, Объединенным Нациям. И что же дальше? Все большие, богатые и влиятельные страны, расположены севернее, в умеренном поясе. Когда они поймут суть претензий, они посмотрят на глобус и увидят, что Луна над ними не проходит. Самая большая страна, Россия не имеет даже огорода южнее двадцать девятой параллели. Так что ООН им не поможет.

— А если нет, — продолжил Гарриман, — США могут заартачиться — ведь Луна проходит над Флоридой и югом Техаса. Вашингтон колеблется: то ли им поддерживать традиционный взгляд на землевладение, то ли идею, что Луна принадлежит всем. А поскольку первыми до Луны добрались американцы, Штаты могут предъявить свои требования. Тут мы выходим из-за ширмы и оказывается, что корабль и прочие расходы оплачены неприбыльной корпорацией под эгидой ООН.

— Постой, — прервал его Стронг. — Я и не знал, что ООН может создавать корпорации…

— Век живи, век учись, — ответил Гарриман. — Что скажешь, Саул?

Каминз кивнул.

— Такая корпорация у меня есть, я основал ее пару лет назад. Она занимается наукой и образованием и… эх, ребята, это же все покрывает! Ну, слушайте дальше: эта корпорация, детище ООН, просит свою родительницу признать лунную колонию автономной территорией под защитой Объединенных Наций. Не стоит сразу просить полного и равноправного членства, чтобы не усложнять…..

— Будто все остальное просто! — сказал Монтгомери.

— Да, просто. Эта колония станет суверенным государством де-факто, распространяя свой статус на всю Луну. Слушайте дальше: это государство сможет покупать, продавать, издавать законы, распоряжаться территорией, устанавливать монополию, собирать налоги и так далее, до бесконечности. А владеть им будем мы!

А вот причина, почему все это нам удастся: большие государства не смогут выдвинуть столь же основательные требования, как банановые государства, и не смогут договориться о дележе добычи в случае применения силы. Великие державы не позволят Штатам подмять все под себя. Проблему решат самым простым образом — передадут бразды правления ООН. А на самом деле все, от экономики до законодательства, будет принадлежать нам. Теперь ты понял, Монти, в чем дело?

— Черт меня возьми, если понял, зачем вам это, шеф, — улыбнулся Монтгомери, — но мне это нравится. Красивое дело.

— Не думаю, — сердито проворчал Стронг. — Я не раз видел, как Дилоуз кидался в разные авантюры; временами у меня мурашки по коже бегали, но эта — самая безумная. Мне кажется, ты чересчур увлекся и пытаешься надуть весь мир.

Прежде чем ответить, Гарриман глубоко затянулся сигаретным дымом.

— Мне безразлично, Джордж, что ты об этом думаешь, и что ты думаешь обо мне. Я собрался на Луну! Если для этого понадобится надуть миллионы людей, то так тому и быть.