Похищение с сюрпризом - Анна Бахтиярова

- Помогай, - велела она мужу. - Самой неудобно. И жалко себя.

- Но... но...

- Это жертва! Я тоже зверь!

- Но...

- Не воспринимайте слова Клотильды буквально! Мы сражаемся против агрессии. И жертвоприношение будет ошибкой! К тому же, я теперь тоже часть вашей безумной семьи, значит, должна внести лепту!

Лизетта выдернула второе перо и громко выругалась. Гастон не спешил «помогать». Не верилось в успех затеи, а причинять жене боль – не его вариант. Хвост отрывать – это вам не репьи из шерсти вычесывать. Зато Дина мигом сориентировалась. Подскочила и оставила Лизетту без очередного пера. А потом еще без одного, еще и еще. Та только и успевала охать и кусать губы.

- Готово! - объявила Дина, справившись с последним.

Всего перьев набралось одиннадцать. Миг, и все они - разноцветные, будто расшитые шелковыми нитями, исчезли в огне. А дальше... дальше рухнула стена, что преграждала путь черному принцу. Она сдалась под натиском темной, разрушительной магии. Но в ту же секунду подтвердилась теория Лизетты: пламя, поглотившее перья из павлиньего хвоста, погасло, а с ним рассыпался в прах и череп. Оба черепа. И тот, что обитал в комнате, и тот, что «украшал» жезл.

Увы, в самом жезле еще осталась сила. Скопилась за годы соседства со зловещим наконечником. Аккурат для последнего прицельного удара. Луч, что вырвался на волю, неся смерть, предназначался Гастону. Кому ж еще? Ведь именно его наследник эндорского престола считал главным недругом.

Но всё пошло не по плану.

Волк Майло повис на руке чёрного принца. Тот взвыл, жезл дернулся и... луч полетел в Дину.

- Не-е-е-ет! - заорал Гастон. Он стоял слишком далеко, чтобы отвести беду.

Зато хватило времени кое-кому другому...

- Нет! - закричала Дина, оставшаяся целой и невредимой. - Что ты наделал? Что же ты наделал?!

У Гастона потемнело в глазах. Почудилось, что это мать стоит тут - посреди комнаты, что из красной превратилась в обычную - серую, и причитает. Как в памятном сне. Только она не трясет за плечи мальчика, а оплакивает его отца...

- Убью! - Гастон ринулся на чёрного принца, даже не вспомнив о мече, что висел на поясе.

Он понимал, что стряслось непоправимое. Не видел печати смерти на лице Габриэля-старшего, зато отлично разглядел, как погас лис Андре. Не растворился, что не раз проделывал плут Елисей, а рассыпался, будто превратился в серебристую пыль...

Врагу крепко досталось от зубов Майло. Он сидел на полу и укачивал истерзанную руку. Словно не зловещий принц, что наводил на всех ужас, а ребенок, которому досталось в драке со сверстниками. А, может, вместе с черепами ушла и вся его хваленая сила?

- Ты труп! - Гастон повалил убийцу на спину и ударил по лицу кулаком, вложив всю накопившуюся ярость. Он только нашел отца, а этот бессердечный любитель диковинок отнял его. Одним движением!

- Сам ты труп, - чёрный принц рассмеялся. - Стражники не выпустят вас живыми из замка.

В первый миг Гастон отпрянул. Он не испугался угрозы. Смутила улыбка безумца, заигравшаяся на губах врага. А, может, дело было вовсе не в помутнении рассудка чёрного принца, а в крови, что окрасили зубы.

- Убью! - повторил Гастон и кинулся на принца с удвоенной яростью.

Он бил и бил его по лицу, пока на нём с криками не повисла Лизетта.

- Не надо! Пожалуйста, не надо! Ты не такой! Не такой, как он!

Ее слова, а еще больше пропитанный страхом голос, отрезвили Гастона. Он остановился и, тяжело дыша, поднялся на ноги. Принц остался на полу и... продолжал смеяться.

И, правда, безумец...

- Хватайте их! Вяжите! Бейте!

- УБЕЙТЕ!

На помощь фальшивому наследнику бежали стражники, готовые порвать обидчиков на кусочки. Огонёк, истратившая все запасы силы, юркнула за волка, а Лизетта привычно спряталась за спиной Гастона. Он сам, наконец, вспомнил про меч, выхватил его из ножен, чтобы обороняться. Но что такое один меч против десятков клинков...

Хорошо хоть Дина пришла на помощь.

- Габриэль!

Она кинула брату два медальона: свой и отцовский.

Мгновение и все три слились в один, подарив Гастону мощную волну энергии. Почудилось, что сами боги, в которых он никогда не верил, поделились могуществом. Темная магия принца больше не мешала медальонам Пенетьери, и они проявили себя во всей красе. Гастон не видел себя со стороны. Зато остальные застыли, глядя, как он, покрытый серебристым сиянием, идет на противников, держа в руках слившиеся медальоны, а рядом шагает величественный лис...

Первым сложил оружие предводитель стражи. Опустил меч и преклонил колени. За ним последовали и другие бравые охранники, признавая право Гастона хозяйничать и в серебряном дворце, и в Эндории. Но он едва обратил на них внимания. Просто шел. Куда? Он сам не знал. Главное, подальше от комнаты, где остался черный принц и тело отца...