Похищение с сюрпризом - Анна Бахтиярова

Гастон горько засмеялось.

- Решить судьбу императора и принца было самым простым. Я принимал решение, как простой человек, а не правитель. Я понятия не имею, как управлять империей. У тебя это получится гораздо лучше. Ты в себе не сомневаешься.

Настал черед Дины загрустить.

- Нет, Габриэль. Я всего лишь эгоистичная девчонка. А ты прислушиваешься к сердцу. Из тебя получится справедливый император. Мне же стоит найти свой путь. Отец пожертвовал жизнью ради меня, значит, надо вернуть долг, начать думать не только о себе. И, кажется, я придумала дело. Прежние правители жестко контролировали чародеек. Разрешали держать по одной ученице, а от остальных девочек, проявлявших способности избавлялись. Я хочу открыть школу для юных чародеек. Но, конечно, буду помогать и тебе. Магическая поддержка ни одному императору не мешала.

- Хорошая идея со школой, - похвалил Гастон сестру. - Может и Огоньку там занятие найти. К своим лесным она вернуться не может, а к здешним не хочет. Но ты не слушаешь. Какой из меня император?

- Императорами не рождаются, Габриэль, - Дина сжала его ладонь. - Ты научишься.

- Как?! - вскричал он. - Мне не у кого учиться!

Сестра назидательно покачала головой.

- Так уж и не у кого? У тебя тесть - император, балда. Свяжись с ним. Спорю, он что угодно сделает, чтоб дочка в императрицах ходила.

- Он меня не выносит.

- Это было до того, как ты оказался наследником Пенетьери и сыном его лучшего друга.

Не слушая больше возражений, Дина поцеловала брата в щеку и скрылась в лабиринте дворцовых коридоров. Он постоял с минуту, размышляя над ее предложением, а потом решил, что подумает об этом позже. Сейчас не помешает отдохнуть. А еще лучше - выспаться. Ночью он обещал отправиться с Лизеттой на экскурсию по городу. Пока они держали в тайне ее особенность, потому днём жена скрывалась от посторонних глаз.

Гастон рывком открыл двери императорских покоев, мечтая о мягкой постели. Увы, желанию не суждено было сбыться. Внутри поджидали трое: лошадь, волк и... ведьма. В смысле, Клотильда собственной персоной. Причем, не призрачной персоной. А во плоти.

- Она... она... - принялась заикаться лошадь Лизетта.

- Поговорить я пришла, - перебила воспитанницу ведьма. - Мы все заинтересованы в снятии проклятия. Предлагаю помочь друг другу.

Уставший Гастон усмехнулся.

- Каким это образом, интересно? Отдав тебе медальон истины?

- Одолжив на время, - ни капли не смутилась ведьма. - Я воспользуюсь им в вашем присутствии, Ваше высочество.

Если Клотильда хотела польстить, то добилась обратного эффекта. У Гастона едва дым из ушей не повалил. Ах, теперь он высочество?!

- Ей не с руки лгать, - поспешил разрядить ситуацию Майло. - Иначе не добьется моего прощения. И возвращения в Алманию.

Позволить ведьме прикоснуться к медальону, что годами носил на груди отец, было последним, чего желал Гастон. Но Лизетта смотрела жалобно. Да и он сам понимал, что без помощи ведьмы проклятие не снять. Не вечно же жене ходить на четырех лапах. Или четырех копытах.

- Хорошо, - Гастон расстегнул цепочку и, дождавшись, пока медальоны разделятся, протянул один ведьме. - Действуй.

Та взяла его бережно, словно страшилась покалечить. Положила на правую ладонь, прикрыла левой, позволив цепочке струиться вниз. Крепко-крепко зажмурилась и зашептала что-то неразборчивое под нос. А потом внезапно замолчала, вслушиваясь в тишину. А, может, и не в тишину вовсе. Медальон, наверняка, общался с ведьмой, давал подсказки.

Наконец, она очнулась и болезненно поморщилась.

- Неприятная новость у меня, - проговорила хрипло. - Подходящий обряд существует. Проводить его нужно двум людям, что зверьем ходят. Сразу же после восхода солнца. Но только свободу получит кто-то один. Тот, кто больше достоин. Это решат боги.

Гастон сжал кулаки.

- Так, ведьма! Опять твои фокусы!

- Нет-нет, - она выставила ладони вперед. - Я бы рада помочь обоим. Но от меня тут больше ничего не зависит.

- Что за обряд? - грозно спросила Лизетта, заподозрив, что Майло повезет куда больше. Он-то ничего плохого не делал. Жил себе в лесу тихонечко. Это она синяки и шишки свите годами организовывала.

- Костер надобно развести. С травками особыми. Список я составлю. А как он разгорится хорошенько, перепрыгнете через него. Но сначала нужно брызнуть в пламя несколько капель крови ближайшего родственника. Это, своего рода, жертва. Поняли?

- Поняли, - проворчал Майло. - Кровью-то поделишься, бабка?

- Поделюсь. А тебе, девочка, надо либо родителей с сестрами приглашать, либо мужа о помощи просить. Он тоже родственник.

- Будет тебе кровь, - пообещал Гастон, а сам поежился.

Слишком двусмысленно прозвучала фраза.

****

- Всё готово, Ваше высочество, - объявил слуга, отвечавший за дрова, и, получив кивок от повелителя, поспешил удалиться.

Остальное Гастон сделал сам. Покрошил травки, которые раздобыл у Аврелия, вылил из пузырьков кровь Клотильды и свою, брызнул на поленья зажигательную жидкость, вроде той, которой стращал неприятелей на постоялом дворе. Клотильда, Дина с Огоньком, волк и Лизетта в образе коровы внимательно следили за его действиями. Гастон подарил жене сочувственный взгляд. Не повезло ей нынче. Корова не слишком прыгучая живность. Волку гораздо удобнее через костер сигать. С другой стороны, может в этом есть скрытый смысл? Впервые он увидел Лизетту в зверином обличье именно коровой. Вдруг та «явилась» и напоследок? А что? Хорошая мысль. Жизнеутверждающая.

И всё же... всё же...

Костер, «приправленный» травками, игриво трещал, языки пламени весело плясали, а Гастону отчего-то меньше и меньше нравилась затея. Он не мог объяснить причину. Просто накрыло дурное предчувствие.

- Готовы? - спросила Клотильда парочку, ради которой всё затевалось.

Волк отступил в сторону.

- Дамы вперед.

- Боишься? - усмехнулась Лизетта.

- Нет. Просто уступаю. Вдруг тот, кто прыгнет первым, сразу же обернется. Ты молодая, должна же нормальной человеческой жизнью пожить.

Лизетта подарила Майло благодарный полупоклон, отошла подальше, приготовившись к разгону, а потом... потом передумала. Получалась вот какая штука: уступая ей место, волк проявлял благородство. Вдруг за это его сочтут достойнее?

- Страшновато, - соврала она, хотя ни капли не боялась. Ну, обожжется малость. Что с того? Главное, с рогами и копытами навсегда распрощаться. - Давай лучше ты первый. К тому же, я хоть по ночам человек, а ты девятнадцатый год в звериной шкуре ходишь.

Волк мотнул головой.

- Нет. Ты не должна так рисковать. Прыгай.