Божьи воины - Анджей Сапковский

Обо всем этом, как уже сказано, Рейневан знал давно, этобыло элементарное знание. Однако после проведенного в Праге исследованияСамсона Акслебен использовал определения «перисприт позиционный» и«циркулирующий», а эти уж относились к высшей школе, и магики «Архангела»разъяснили их Рейневану лишь позже. Итак, связь перисприта с духом была, какгласило большинство теорий, неразрывна, связь же с телом — нет. Перисприт,утверждали теории, может в любой момент решить, что связь духа с данным теломоному телу не соответствует. И связь порвать. Обычно перисприт делает это в тотмомент, когда связь возникает, то есть сразу в момент рождения, либо в первыенедели жизни ребенка — отсюда и столь высокая детская смертность. Разрываясвязь, перисприт высвобождает дух и вместе с ним переходит в эфирную сферу,астральную, и остается там навсегда, будучи — как и сам дух —непредрасположенным к материальному миру, относящимся к нему негативно. Случается,однако, утверждают теории, что перисприт может отделиться не только от тела, нои от духа. Это происходит тогда, когда перисприт более предрасположен к мируматерии, нежели к миру духовному. Такой перисприт в отличие от «позиционного»кружит, вращается в своеобразной «зоне сумрака» между миром материальным иастральным, выискивая возможность связать какое-либо незанятое тело скаким-либо временно не имеющим пристанища, бездействующим духом. Самсон в еготеперешней духовно-телесной форме является типичным примером такой связи.

Проблема состоит в том, что неизвестно, связывается липерисприт наугад, или же руководствуется при соединении какой-то логикой. Нокто же, в конце концов, сегодня в состоянии понять логику такого перисприта. Апока не поймет, то ничего и сделать не сможет. То, что перисприт соединил,смертному человеку не разъединить.

— Выходит, — сказал с отчаянием в голосе Рейневан, — мыоказались в исходном пункте. Протопали впустую немалое расстояние и напрасноподставляли шеи...

— Другой, равный мне специалист по интересующим васвопросам, — снова прервал его чародей, — живет в Гренаде. Это немного дальше,чем Троски. А тамошние эмиры к христианам не благоволят. Как правило,насаживают их на кол. Либо с них живьем кожу сдирают. В отличие от Акслебена яне именую себя мэтром мэтров, но что знаю — то знаю. И тоже умею высказатьгипотезу. От высказанной мэтром мэтров она несколько отличается. В основном вотношении того, что возможно, а что невозможно, что выполнимо, а что нет.Выполнимо все, достаточно только знать, как выполнить.

— Не обижайтесь, — прервал на этот раз Рейневан. — Ногипотез-то у нас уже насобиралось достаточно. А как быть с Самсоном?

— Самсон, — Рупилиус даже не взглянул на него, — Самсонзнает мою гипотезу, несколько отличающуюся от гипотезы Акслебена. Это гипотезарадикальная и рискованная, признаю, я не удивлюсь, если он ее не примет и неиспытает. Но если примет, то ему придется подождать. Я дойду до сути проблемы.Найду самый верный способ вторичной пересадки, на это мне потребуется самоебольшее два года. Вы спрашиваете, почему я назначаю вам именно такой срок? Излюбви к четным числам? Это снова ведет нас к нашему уговору. Поэтому спрашиваю:мы договорились?

— Договорились.

— В течение двух лет?

— В течение двух лет.

— Ну тогда пошли.

Утомительное хождение по тесным коридорчикам и узенькимлесенкам Самсон скрасил Рейневану рассказом. Кое о чем Рейневан догадывался, нослушал охотно.

О том, что Рейневан попал в Тросках в лапы католиков, узналисовершенно случайно. У гуситов был шпион в замке Тольштейн, занятом братьямиЯном и Генриком Берков в Дубе. В замок приехал с визитом пан Лотар Герсдорф.Сопровождавший семерых узников. Пока пан Герсдорф пировал с братьями, шпионвыспрашивал узников. Один, кажется, бывший мартагуз, оказался особенноразговорчивым. И сообщил нечто важное. В результате полученной информациисхватили и засадили в яму гейтмана Войту Елинека, обвинив в предательстве,шпионстве и преступном своекорыстии. В яме пришпаренный как следует Елинекосветил многое. В том числе и касающееся Рейневана.

Узнав, что Рейневан находится в Тросках в руках де Бергова,Ян Чапек и гуситские гейтманы сочли его погибшим и ни о каких спасательныхоперациях и слышать не хотели. За дело на свой страх и риск взялись Шарлей,Самсон, Таулер и Батя. К тому же у Таулера в резерве был еще его бывшийзнакомый, машталер. Однако решили, что в замок пойдет не Таулер, а Самсон. Былозамечено, что в Троски часто наведываются деревенские мужики со снабжением. Ине только на телегах, но и в одиночку. Стража к ним не цеплялась при условии,что приходящий подходил под тип селянина — то есть был очень неряшлив, оченьвонюч, а по внешности напоминал придурка.

Самсон Медок подходил. В основном. Получив для конспирациигуся, кадушку масла и корзинку грибов, он зашел в нижний замок и, затерявшись втолпе, принялся разыскивать машталера. Прежде чем нашел он, нашли его.

Рупилиус Силезец быстро узнал о событиях несколькихпредшествующих дней. О посещении силезских и лужицких панов и рыцарей, опродаже пленников. И о каком-то то ли ворожее, то ли заклинателе, брошенном вуморильню. Будучи уверенным, что кто-нибудь о нем упомянет, Рупилиус следил заприбывающими в замок. Используя для этого магию. Магия безошибочно обнаружилаСамсона.

— У меня сердце замерло, — признался Самсон, — когда онприхватил меня в конюшне...

— У меня замерло, — Рупилиус был столь же откровенен, —когда прихваченный схватил меня за горло. К счастью, мы быстра сообразили, ктоесть кто.

Ни тот, ни другой слишком-то не распространялись о деталях.Рейневан не налегал, решив о деталях быстрого взаимораспознавания расспроситьСамсона позже. Сейчас он выслушал продолжение — о том, что узнавшие друг другаРупилиус и Самсон Медок решили вытащить Рейневана из oubliette и сделать этотаким образом, который ни у кого не вызовет подозрений в колдовстве — то естьразбив замок решетки кузнечным молотом. Теперь, шепотом закончил Самсон, ониидут к тайному проходу, связывающему замок Троски с окружающей местностью.

Ибо такой проход существует. И вопреки распространеннойлегенде — вовсе не легендарный.

— Быстрей, быстрей, — поторопил их Рупилиус. — Надо спешить.Чувствую, над замком нависло что-то недоброе.

* * *

Винтовая лестница была крутая, а ступени исключительнонеровные. Спускались долго. До того момента, пока путь им не преградиламонолитная плита, шероховатый камень. Не видно было ни двери, ни входа.Разумеется, для Рупилиуса это не было проблемой.