Когда пришел волшебник - Инна Шаргородская

Гном снова покачал головой.

– Оно тебе надо, благородная дама? Вот парня твоего я бы еще взял, будь он маг…

Антон встрепенулся.

– Пригожусь и без магии, однако, – сказал он. – Как у нас шутят, я знаю дзюдо, каратэ и еще много страшных слов. Чем тут сидеть…

– Что ж, пойдем, – гном окинул внимательным взглядом рослую фигуру Антона, его широкие плечи и одобрительно кивнул.

– А я? – жалобно сказала Вероника. – Вы оставите меня одну? А вдруг сюда придут… ну, хоть твои приятели-уголовники, кавалер? Что я буду делать? Я даже страшных слов не знаю!

– Ох…

Кавалер Грикардос тяжко вздохнул, почесал в затылке и вопросительно посмотрел на Антона.

– Правильно дама говорит. Ведь могут, могут заглянуть на огонек… а дверь у меня не запирается!

– Хитра эта дама не по годам, – проворчал Антон. – Знает, на что нажать. Ладно, пошли все вместе. Мне же спокойнее, когда она на глазах…

Гном сразу оживился.

– Пошли так пошли!

Он суетливо приблизился к стене, приложил к ней руки. Одна из каменных плит от этого легкого прикосновения неожиданно ушла в глубину, а потом со скрежетом поползла вверх.

Открылась глубокая ниша, в которой чего только не было – и банки с какими-то съестными припасами, и связки кореньев, и подозрительного вида тюки, и маленькие резные шкатулки, и грубо сколоченные из досок ящики…

Грикардос придвинул к себе один из ящиков, откинул крышку. И вынул оттуда… пистолет. Большой, с длинным вороненым дулом, с полированными деревянными щечками на рукоятке. Повертел его в руках и передал Антону.

– Стрелять умеешь?

– Да.

– Это хорошо.

Гном достал из ящика еще два таких же пистолета, с сомнением глянул на Веронику.

– Давай сюда, – решительно сказала она. – На курок как-нибудь нажать смогу.

– Молодец. Это я люблю, – сказал гном. – Благородных дам, их сразу видно – ни в чем кавалерам не уступят! Только погоди, зарядить надо.

Он положил грозное оружие на стол и достал из ниши небольшую коробочку.

– Познакомился я тут с одним златокузнецом… или тинтарокузнецом, по-ихнему. Ох, и мастер! Это он из тинтаровой пыли отлил, что после работы остается…

В коробочке оказались патроны из драгоценного голубого металла.

– А я эти пульки еще и заговорил немножко, – похвастался Грикардос, высыпая их на стол. – Теперь они не только человека – и эльфа взять могут. Против серебра куда эффективней! Жаль только, оборотней тут нет, не проверить.

Он быстро и ловко зарядил все три обоймы, вставил их на место. Потом, немного подумав, зарядил еще три – про запас, и вручил по штуке Антону и Веронике.

– Черт знает, сколько их там окажется, этих рыцарей, – проворчал гном. – А в магии я и сам не больно разумею. Только по своему горному делу.

Напоследок он вытащил из ниши еще одну шкатулку, полную мелких разноцветных камушков, отобрал штук десять и сложил к себе в карман.

– Это так… авось, пригодится. Ну, теперь все. Пошли, ребятушки…

Они покинули подземелье, выбрались из дупла наружу и оказались перед широким бесплодным полем.

Огоньки жилых кварталов Шеморы казались отсюда невероятно далекими.

– Эй, а мы что, пешком шагать собрались? – поинтересовался Антон. – До утра не доберемся!

– Ну зачем же пешком, – сказал Грикардос. – Только… не совсем оно у меня по-человечьи. Я, вишь, живность всякую так и не научился перекидывать, зачем оно мне? А вот камушки – легко. И потому…

Он не договорил. Нагнулся, кряхтя, подобрал что-то с земли и, распрямившись, вручил Антону и Веронике по довольно увесистому, покрытому инеем булыгану.

– Я перекину эти камни, – объяснил гном. – А вы, главное, держитесь за них покрепче. Так и долетите.

Антон негромко охнул.

– Ты уже пробовал это делать? – спросил он.

– А как же!

– И что, все живы оставались?

– Обижаешь, парень! Ну… пару раз ноги кое-кто ломал… только поначалу! Теперь-то уж я наловчился.

Антон посмотрел на Веронику. В глазах ее плясали отсветы факела, который держал в руках кавалер Грикардос, и была в них одна решимость. Ни тени страха. Он вздохнул и повернулся к гному.

– Ну, валяй. Перекидывай…

Через пару мгновений они оказались прямехонько перед Шеморскими воротами. Вернее, перед злополучным кафе, служившим для этих ворот прикрытием.

Перенос совершился без малейших неудобств, словно и не был наколдован столь экзотическим способом. Булыжники даже не успели оттянуть руки.

– Пока не выбрасывайте их, – предупредил своих спутников гном – Может, еще понадобятся.

Он вперил пристальный взор во входную дверь «Львов на страже». Антон с Вероникой тоже обратили к ней свои взгляды.

И сразу же сделалось ясно всем троим, что внутрь заглянуть не удастся. Да, пожалуй, и незачем. На двери болталась наискось табличка «Закрыто», в окнах не горел свет.

Грикардос посмотрел направо, потом налево. Улица была пуста, ни одного прохожего или проезжего. Шеморцы рано ложились спать…

– Ну вот, – со вздохом сказал он. – Похоже, опоздали. Ладненько, попробуем по-другому.

Гном выудил из кармана пригоршню камешков. Отобрал один, белый и почти идеально круглый, остальные ссыпал обратно. И в ответ на вопросительные взгляды землян пояснил свои действия так:

– У кавалера Овечкина остался мой амулет. Он ведь его не выбросил, надеюсь? Ну, а коли даже выбросил, делать все равно больше нечего… Камушек к камушку ровно беги, – добавил он тем же тоном и бросил белый шарик на дорогу. – Братца сыскать твоего помоги!

Камень подпрыгнул. Помешкал немного, словно что-то соображая, и вдруг покатился вперед, постепенно набирая ход.

– За ним! – скомандовал Грикардос и припустил следом первым.

– А эти-то, – взмолилась Вероника, – эти хоть бросить можно?

Гном оглянулся на бегу, посмотрел на увесистый булыжник в ее маленьких ручках.

– Бросай, – разрешил милостиво. – А то не догонишь!