Штурм и буря - Ли Бардуго

– Сегодня твоя смена, – прорычал Толя, ткнув пальцем в грудь Мала. – Ты должен был быть с ней!

– Простите, – еле выдавил он, потирая горло. – Наверное, я заснул. Я был прямо за…

– Ты был на дне бутылки, – прошипел великан. – От тебя разит алкоголем.

– Простите, – сокрушенно повторил Мал.

– Простите?! – кулаки Толи сжались. – Да я готов разорвать тебя на части!

– Можешь расчленить его позже, – вмешалась я. – Сейчас мне нужно, чтобы ты нашел Николая и попросил его встретиться со мной в военной комнате. А я пока переоденусь.

Я пошла в свою комнату и закрыла дверь, пытаясь взять себя в руки. Неплохое начало дня – я чуть не умерла и, возможно, спровоцировала мятеж. Может, успею еще что-нибудь поджечь до завтрака.

Я ополоснула лицо и переоделась в кафтан, а затем поспешила в командный пункт. Там уже ждал Мал, развалившись в кресле, хоть я его и не приглашала. Он переоделся, но все равно выглядел неопрятно. На его лице начали проявляться свежие ссадины с прошлой ночи. Когда я вошла, он поднял голову, но ничего не сказал. Смогу ли я когда-нибудь смотреть на него без чувства боли?

Я положила атлас на длинный стол и подошла к древней карте Равки, идущей вдоль всей стены. Из всех карт в комнате эта была самой старой и красивой. Провела пальцами по выпуклым хребтам Сикурзоя – гор, обозначавших южную границу Равки с Шуханом, затем спустилась к западным предгорьям. Долина Два Столба была слишком маленькой, чтобы быть обозначенной на этой карте.

– Ты что-нибудь помнишь? – спросила я Мала, не глядя. – О жизни до Керамзина?

Мал был ненамного старше меня, когда приехал в приют. Я все еще помнила день его прибытия. До меня дошли слухи, что приедет еще один беженец, и я надеялась, что это будет девочка, с которой мы сможем играть. Вместо этого мне достался пухлый, голубоглазый мальчишка, который готов был на что угодно, чтобы выиграть спор.

– Нет. – Он все еще хрипел после схватки с Толей.

– Совсем?

– Раньше мне снилась женщина с длинной золотой косой. Она размахивала ею передо мной, как игрушкой.

– Твоя мама?

– Мама, тетя, соседка. Откуда мне знать? Алина, насчет того, что произошло…

– Что-нибудь еще?

Парень смотрел на меня несколько секунд, потом вздохнул.

– Каждый раз, когда я чувствую запах лакрицы, то вспоминаю, как сидел на крыльце с красным стулом перед собой. Все. Остальное… – Он замолчал и пожал плечами.

В объяснениях я не нуждалась. Воспоминания – это роскошь, предназначенная другим детям, а не сиротам Керамзина. «Будь благодарна. Будь благодарна».

– Алина, – снова позвал Мал, – то, что ты сказала о Дарклинге…

Но в эту секунду в комнату вошел Николай. Несмотря на ранний час, он выглядел по-королевски: волосы сияют, сапоги начищены до блеска. Он взглянул на синяки и щетину Мала и вздернул бровь.

– Я так понимаю, вы еще не просили принести чай?

Принц уселся и вытянул перед собой длинные ноги. Толя и Тамара заняли посты, но я попросила их закрыть дверь и присоединиться к нам.

Когда все собрались вокруг стола, сказала:

– Утром я ходила к пилигримам.

Николай резко поднял голову. В ту же секунду образ легкомысленного принца куда-то испарился.

– Скажи, что я ослышался.

– Со мной все хорошо.

– Ее чуть не убили, – вставила Тамара.

– Чуть не считается, – возразила я.

– Ты совсем сдурела?! – воскликнул Николай. – Эти люди – фанатики! – Повернулся к Тамаре. – Как ты могла ее отпустить?

– Я и не отпускала.

– Только не говори, что ты пошла одна, – обратился он ко мне.

– Нет, конечно.

– Она пошла одна.

– Тамара, заткнись! Николай, я же сказала, со мной все хорошо.

– Только потому, что мы вовремя подоспели, – отрезала девушка.

– Как вы туда попали? – тихо спросил Мал. – Как вы ее нашли?

Лицо Толи помрачнело, и он стукнул громадным кулаком по столу.

– Если бы ты был на страже, нам бы и не пришлось ее искать!

– Хватит, Толя, – резко оборвала я. – Мал покинул пост, а я сама отвечаю за свои глупости.

Я сделала глубокий вдох. Мал выглядел опустошенным. Толя – словно готов разнести в щепки всю мебель вокруг. Лицо Тамары окаменело, а Николая я еще никогда не видела таким злым. Но, по крайней мере, мне удалось привлечь их внимание.

Я придвинула атлас к центру стола.

– Иногда пилигримы называют меня дочерью Двух Столбов.

– Двух Столбов? – переспросил Николай.

– Это долина, названная в честь руин у входа в нее.

Я открыла атлас на помеченной странице. Там была подробная карта юго-западной границы.

– Мы с Малом родом оттуда, – сказала я, проводя пальцем по краю карты. – Поселения тянутся по всей этой области.

Открыла на странице с изображением дороги, ведущей в долину, усеянную городами. По ее бокам стояли узкие каменные столбы.

– Не особо впечатляет, – проворчал Толя.

– Именно. Это древние руины. Кто знает, как долго они там стоят и чем были изначально? Долину называют Два Столба, но, возможно, они были частью ворот или акведука. – Я провела пальцем по оси. – Или арки.

В комнате воцарилась мертвая тишина. С аркой на переднем плане и горами вдалеке руины выглядели в точности как пейзаж за спиной святого Ильи в «Истории святых». Не хватало только жар-птицы.

Николай придвинул атлас к себе:

– Может, мы просто выдаем желаемое за действительное?

– Не исключено, – признала я. – Но трудно поверить, что это случайность.

– Мы отправим разведчиков, – предложил он.

– Нет. Я хочу лично туда наведаться.

– Если уедешь сейчас, все, чего ты добилась со Второй армией, пойдет насмарку. Я поеду. Если Василий может ездить в Карьев, чтобы купить пони, то никто не возразит, если я отправлюсь на небольшую охоту.

Я покачала головой.

– Это я должна убить жар-птицу.

– Мы даже не знаем, там ли она.

– Почему мы вообще это обсуждаем? – спросил Мал. – Всем и так ясно, что поеду я.

Тамара с Толей обеспокоенно переглянулись.

Николай прочистил горло.

– При всем уважении, Оретцев, ты не в лучшей форме.

– Я в порядке.

– Ты хоть видел себя в зеркало?

– Ты смотришь в него за нас двоих, – парировал Мал. Затем измученно провел рукой по лицу. – Я слишком устал и пьян, чтобы спорить. Но я единственный, кто может найти жар-птицу. Это должен быть я.