Пленница проклятого демона - Ольга Силаева

Я застыла с мечом у горла.

— Нет. Я никуда не отойду.

Тень негромко засмеялся:

— Серьёзно?

— Ты обещал мне эту встречу с Конте, и она последняя, — тихо-тихо произнесла я. — Так что оставь меня в покое.

— Ну, если ты настаиваешь…

В следующий миг Конте вскрикнул. Катана Тени свистнула, отсекая пряди, падающие Конте на лоб, под корень, и те полетели на пол. Ещё чуть-чуть — и хлынула бы кровь.

— Так нагляднее? — поинтересовался Тень.

Я медленно встала и отошла к стене, не сказав ни слова.

— Настала твоя очередь подойти поближе, Тень? — поинтересовался Конте. — Давай. Я знаю как минимум семь способов придушить тебя моими же цепями. Искалеченная рука мне не помешает.

— Не получится, — ровно сказал Тень.

— Да ну? Мы оба полукровки. Рискнём?

Тень хмыкнул:

— Я почти готов взять назад слова о том, что ты жалок. Ты и впрямь неплохо держишься для живого мертвеца.

— А моё презрение к тебе лишь растёт, — выплюнул Конте. — Думаешь, я забыл о том, что ты купил её? Или о том, что ты с ней сделал до этого?

— Конте, всё не так, — быстро сказала я. — Этой ночью он…

Ослепляющий удар в подбородок отбросил меня в угол камеры. Я медленно сползла вниз по стене. Всё поплыло перед глазами, и лишь яростный крик Конте звенел в ушах.

Послышались шаги.

— Прямо сейчас, — сообщил Тень, стоя надо мной, — я отнёсся к тебе как к равной. Как тебе ощущения?

Я прижала ладонь к горящей щеке. Тень ударил меня не сильнее, чем смог бы врезать человек, но, чёрт, больно было так, словно плавились сами кости. Даже несмотря на то, что я наносила и получала подобные удары на тренировках с Конте и, казалось бы, давным-давно должна была привыкнуть.

— Ты…

— Я не помню, чтобы я разрешил тебе делиться событиями прошлой ночи, какое бы удовольствие они тебе ни доставляли в тот момент.

Я вспыхнула. Даже то, что он спас меня, не давало ему права…

— Не тронь её, — раздался ледяной голос Конте. — Если хочешь кому-то врезать, врежь мне.

Глаза Тени блеснули:

— С огромным удовольствием.

Он вынул руку со сжатым кулаком из кармана плаща. И медленно, с явным наслаждением начал отводить её для замаха.

— Прекрати, он же скован! — закричала я, взлетая на ноги. Забыв обо всём, я бросилась к Конте.

Тень одним толчком отшвырнул меня обратно в угол камеры.

— Пожалуй, она всё-таки права, Конте, — заметил он. — После моего удара ты долго будешь сплёвывать выбитые зубы, и собеседник из тебя выйдет неважный. Так что сначала поговорим. Есть что сказать мне напоследок?

— Меня казнят сегодня на закате? — хрипло сказал Конте.

— За тобой придут сюда за час до заката, — согласился Тень. — И если тебя найдут здесь, то определённо казнят. Впрочем, если ты каким-то чудом избавишься от цепей, выберешься из камеры и заковыляешь в сторону выхода, твои тюремщики только поаплодируют: им не придётся терять время, чтобы идти за тобой самим.

Конте криво усмехнулся:

— Ничего, я воспользуюсь тайным подземным ходом, чтобы выбраться. Слышал, во дворце есть не один. Осталось лишь узнать где.

— Вряд ли безвременно почивший архитектор ими с тобой поделится, — протянул Тень. — Впрочем, пару лет назад смотритель тюрьмы выпустил молоденькую демонессу за хорошую взятку, и я достоверно знаю, что нынешний смотритель до сих пор пользуется этим ходом время от времени. Даже Церон порой им не пренебрегает. Попробуй разговорить его за выпивкой.

Конте ухмыльнулся:

— Думаю, я легко его перепью.

Тень отступил, привалившись к стене, и его лицо сделалось замкнутым.

— Я мечтал, чтобы было иначе, — после долгого молчания произнёс он. — В катакомбах, когда я встретил твою ученицу… Я хотел, чтобы это был ты. Я должен был убить там тебя.

— А вместо этого отрезал мне косу, — пробормотала я.

Тень не пошевелился.

— Этот разговор не о тебе.

— За чем же дело стало? — поинтересовался Конте. — Попроси у стражников ключи от моих кандалов, дай мне меч, и мы решим наши разногласия раз и навсегда. Уверен, никто не станет возражать.

Тень хмыкнул:

— Забавно. Твоя Закладка постоянно просит меня о том же самом.

— Узнаю её.

Конте прищурился.

— Ты хотел сразиться со мной больше, чем с ней, — протянул он. — Я польщён. Интересно, почему? Так спешишь собрать все наши головы? Семья Мореро настолько тебе досадила? Ниро, потом я? А потом, должно быть, наш отец?

— Не забывай о своей Закладке.

— Не называй её так!

— О, я буду называть её как мне вздумается, — засмеялся Тень. — Я купил её, помнишь? На эту ночь и на все последующие.

Конте сжал челюсти.

— Тварь, — прошептал он. — Надеюсь, она перережет тебе горло, пока ты будешь спать.

— Не волнуйся, я надёжно её свяжу. Думаю, ей понравится.

— Прекрати, — процедила я. — Представь, что у тебя самого есть семья, чёрт подери! Дочь или сестра… А потом кто-то, кто её купил, приходит к тебе перед казнью и произносит эти слова.

— А заодно и врёт о твоём отце, — спокойно добавил Конте. — Я не верю ни одному твоему слову из тех, что ты сказал Закладке, Тень. Мой отец никогда не предал бы мою мать и не оставил их с Ниро в опасности. Он любил нас всех, какими бы недостатками он ни обладал. А я — люблю его.

Тень несколько секунд смотрел на Конте.

— Стоило бы отправить тебя в могилу с этой ложью, — произнёс он наконец. — И знаешь что? Пожалуй, именно это я и сделаю.

Конте медленно покачал головой:

— О нет. Это я отправлю тебя в могилу, Тень. Ты будешь жить, зная, что ты проиграл. Для тебя ведь так важна наша вражда, правда? Тебе так хочется, чтобы я признал твоё превосходство, клял себя за то, что ты меня поймал… Но знаешь что? Я не буду этого делать. Ты убил Ниро, но Ниро никогда не проигрывал тебе по-настоящему. И я тоже не проиграю. Ты для меня никто. Пустое место.

Тень прищурился.

— Что ж, — спокойно сказал он. — Если я для тебя — пустое место, вряд ли удар из ниоткуда станет для тебя сюрпризом.

Конте открыл рот для ответа — и в его открытый рот впечатался сжатый кулак Тени. Раздался короткий стон.

— Нет! — закричала я.

Кровь потекла у Конте между сомкнутых окровавленных губ. Голова дёрнулась, и он обвис почти без чувств.

Я бросилась на Тень, но путь мне преградила обнажённая катана.