Твой плен - Нидейла Нэльте

Не успели спутники взлететь, сделать небольшой круг для ориентации и разогнаться, как показалось горное селение.

Непохожие на Рубиновый Рог, невысокие, заросшие растительностью, горы всё равно вызвали в душе предводительницы приступ ностальгии.

Животных пришлось оставить в пещере, невидимой с селения, и добираться пешком. Тропа оказалась узкой и крутой, однако проходимой.

Вещи решили на всякий случай забрать: снова остаться без ничего не хотелось. Только шлемы поснимали, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Предводительница легко шагала впереди. В детстве она облазила все доступные склоны Рубинового Рога, горные тропы были для неё родной и привычной стихией. А после центрового отряда марагов и вовсе любила выбраться на какую-нибудь недоступную, скрытую от глаз площадку и там долго сидеть, выгоняя из головы мысли, наслаждаясь поблёскиванием Препоны и видом скалистых подножий далеко внизу.

За ней шёл Лунар, следом Китилья, замыкал Кадим.

Живописные домики, прилепившиеся на склонах, казались Сафире чудными: зачем городить их снаружи, когда можно превосходно обустроиться внутри?

Селение находилось в стороне от основного тракта, и оказалось совсем небольшим. Кое-где меж домами журчали горные ручейки, придавая особенного очарования.

На каменистых улочках сновала детвора, редкие прохожие с любопытством смотрели на незнакомцев.

– Мы ищем оружейника, – обратился Лунар к одному из них.

Мужчина кивнул, указал рукой:

– Кузница там, дальше, в пещерах.

Прохожий ещё что-то объяснял, однако Сафира не слушала – она смотрела на ковыляющего в отрепьях старика.

Наставник Ним тоже был стар, но до сих пор прекрасно управлялся с мечом, легко всходил по лестницам, даже самым крутым, расположенным в толще стен. Летал на драк-коне.

Старик остановился, окинул четвёрку взглядом.

– Отдай ненужное, и к тебе придёт нужное, – произнёс, взглянул на нёсшего мешок Лунара, после на Сафиру.

– Он говорит на твоём языке? – прошептала она, приблизившись к воину.

– Нет, а что? – с некоторым удивлением отозвался тот.

Девушка потянула мешок, раскрыла, присев на траву. – Что ты делаешь?

– Показалось… будто он произнёс заклинание.

– Едва ли. Скорее, заученную фразу.

– Сила… я знаю, когда она говорит со мной.

Сафира решительно взяла верхний свёрток и подала старику. Тот поблагодарил, принимая, развернулся и похромал прочь.

– Лучше бы отдала тем, кому каждая вещь действительно нужна, – качнула головой Китилья.

Сафира промолчала: повторять о силе не хотелось, она не любила доказывать и убеждать. Повела плечами, обернулась к Лунару:

– Ты узнал насчёт оружейника?

Воин кивнул, водрузил на плечо поклажу и двинулся в указанном направлении.

***

Кузницу заметили издалека: из скалы, видимо, через отверстие, валил дым. На входе в пещеру обнаружилась открытая дверь, сбитая из досок, перетянутых узорчатыми металлическими поясами.

Сам мастер вышел навстречу, словно почувствовал посетителей. Он показался Сафире огромным: разгорячённый обнажённый торс, руки в кожаных наручах, свободные тёмные штаны, стянутые обручем волосы. Внимательно оглядел пришедших, неспешно молча кивнул в ответ на приветствие, словно сам себе.

Под пристальным взглядом стальных серых глаз Сафире захотелось спрятаться за спину Лунара – предводительнице снова пришлось напоминать себе, кто она.

– Я ждал вас, – пророкотал низким басом оружейник, продолжая рассматривать Сафиру.

– Почему? – нахмурилась та, забыв, что он не понимает языка.

Но мастер будто и не заметил разницы, просто промолчал.