Пехотная баллада - Терри Пратчетт

— Вряд ли они стронули с места подъемник, — сказала Полли. — Я надежно загнала камень в щель.

— Может быть, нас выдали прачки, — заметила Холтер. — Чем-то не понравилась мне эта госпожа Энид.

— Теперь уже неважно, — сказала Полли. — А что вон за той дверью?

— Кладовая, — ответила Холтер. — И никакого выхода, кроме решетки в полу.

— Можно через нее выбраться?

— Только если нас порежут соломкой.

Они мрачно уставились на дверь в дальнем конце кухни. Она снова открылась, показались чьи-то силуэты, и послышался приглушенный разговор. Холтер подошла — и в дверном проеме немедленно возникли солдаты с мечами. Полли взглянула на Блуза, который сидел, привалившись к стене, и тупо смотрел в никуда.

— Я лучше скажу ему…

Холтер пожала плечами.

Блуз открыл глаза и слабо улыбнулся, когда Полли подошла.

— А, Перкс, — сказал он. — Мы почти справились, правда?

— Простите, что подвели вас, сэр, — сказала Полли. — Разрешите сесть, сэр?

— Пожалуйста, располагайся как дома, — ответил Блуз, — хоть камни и холодноваты. Боюсь, это я вас подвел.

— Нет-нет, сэр… — запротестовала Полли.

— Вы — мои первые подчиненные, — сказал Блуз. — Ну, не считая капрала Дребба, но ему семьдесят и у него только одна рука, у бедолаги… — Он ущипнул себя за переносицу. — Мне нужно было просто отвести вас в долину. И не более того. Но нет, я по глупости мечтал дожить до того дня, когда все в мире будут носить блуз. Или есть. Почему я не послушал сержанта Джекрама? Увижу ли я когда-нибудь свою дорогую Эммелину?

— Не знаю, сэр, — ответила Полли.

— Перкс, я издал риторический вопль отчаяния, а не задал вопрос, — заметил Блуз.

— Простите, сэр.

Полли сделала глубокий вдох, готовясь броситься в ледяные глубины правды.

— Сэр, я хочу сказать, что…

— Боюсь, как только они выяснят, что мы не женщины, нас отправят в настоящую темницу, — продолжал лейтенант. — Очень большую и грязную, насколько я знаю. И битком набитую.

— Сэр, мы женщины… сэр, — сказала Полли.

— Да, да, молодчина, Перкс, но больше уже не нужно притворяться…

— Вы не поняли, сэр. Мы правда женщины. Мы все.

Блуз нервно улыбнулся.

— Ты, кажется… слегка не в себе, Перкс. Кажется, нечто подобное случилось и с нашим Ригглсуортом…

— Сэр…

— …хотя, нужно признать, он отлично умел выбирать занавески…

— Нет, сэр. Я была де… я девушка. Я отрезала волосы, притворилась парнем и поцеловала Герцогиню, сэр. Поверьте на слово, сэр, потому что я не хочу входить в подробности. Мы вас обманули, сэр. Ну… не то чтобы обманули, но у нас — у нас всех — был повод куда-нибудь деться… по крайней мере, деться из тех мест, где мы жили раньше. Мы соврали.

Блуз уставился на нее.

— Ты уверен?

— Да, сэр. Я — существо женского пола. Каждый день проверяю, сэр.

— А рядовой Холтер?

— Да, сэр.

— И Тьют?

— Да, сэр. Они обе, сэр. Не спрашивайте, сэр.

— И Маникль?

— Да, сэр. Она ожидает ребенка.

На лице Блуза мелькнул ужас.

— О боги. Сейчас?!

— Нет, через несколько месяцев, сэр, насколько я понимаю.

— А бедный маленький рядовой Гум?

— Тоже девушка, сэр. Игорь — на самом деле Игорина. Карборунда зовут Яшма… где бы она сейчас ни была. Мы не уверены насчет капрала Маладикта. Но остальных, сэр, при рождении совершенно точно завернули в розовое одеяльце, сэр.

— Но вы вели себя совсем не как женщины!

— Так точно, сэр. Мы вели себя как мужчины, сэр. Простите, сэр. На самом деле все мы просто хотели найти наших парней, или сбежать, или что-нибудь доказать. Простите, что мы свалились именно на вас, сэр.

— Ты не ошибаешься? Точно?

Какого ответа ты ждешь? — подумала Полли. «Хм, если хорошенько подумать, мы все-таки мужчины»?

Но она ограничилась тем, что сказала:

— Да, сэр.

— Значит… тебя зовут не Оливер?

Судя по всему, лейтенант никак не мог поверить. Он разными способами задавал один и тот же вопрос, надеясь услышать в ответ нечто иное.

— Нет, сэр. Меня зовут Полли, сэр…

— Правда? А ты знаешь песенку про…

— Да, сэр, — твердо ответила Полли. — И поверьте, я буду очень рада, если вы не станете ее напевать.

Блуз устремил туманный взгляд на дальнюю стену. Ох боги, подумала Полли.

— Вы страшно рисковали, — наконец сказал лейтенант. — Поле боя — не место для женщин.

— Война не ограничивается полем боя, сэр. В такие времена самое лучшее для девушки — надеть штаны.

Блуз снова замолчал, и Полли вдруг стало его очень жалко. Он был простоват — как бывают простоваты очень умные люди, — но не плох. Он хорошо обращался с солдатами и заботился о них. Блуз не заслужил такого финала.

— Простите, что втянули вас, сэр, — сказала она.

Блуз поднял глаза.

— Ты просишь прощения? — спросил он, и, к удивлению Полли, впервые за весь день на его лице мелькнула радость. — Святые небеса, да тебе не за что извиняться. Ты учила историю, Полли?

— Лучше зовите меня Перксом, сэр. Я пока еще солдат. Я плохо знаю историю, сэр. По крайней мере, ту ее часть, которая достойна доверия.

— Значит, ты никогда не слышала о самофрипийских амазонках? Сотни лет эти воительницы славились как самая страшная боевая сила! Одни только женщины! Беспощадные в битве! Они стреляли из смертоносных длинных луков. Чтобы до предела натянуть тетиву, им приходилось отрезать одну… э-э-э… надеюсь, вы не отрезали себе… э-э-э…

— Нет, сэр, мы не отрезали себе «э-э-э». Только волосы.

Блуз, казалось, испытал неимоверное облегчение.

— А еще были телохранительницы царя Самуила в Очудноземье. Семи футов росту и с копьями. В Клатче есть много легенд о воительницах, которые сражались бок о бок с мужчинами. Грозные и бесстрашные, если я правильно помню. Вражеские солдаты предпочитали бежать, чем столкнуться в бою с женщиной, Перкс. Они знали, что не справятся…

Полли снова посетило странное ощущение — как будто она пыталась перепрыгнуть через препятствие, которого вдруг не оказалось на месте. Она поспешно спросила:

— И что, по-вашему, теперь будет, сэр?

— Понятия не имею, Перкс. Э… а что случилось с… рядовой Гум? Что-то вроде религиозного экстаза?

— Наверное, сэр, — осторожно ответила Полли. — С ней говорит Герцогиня.