Потомки Шаннары - Терри Брукс

Кое-как они добрались до стены ущелья и устало привалились к ней. В парке наверху раздавались крики и метались огни факелов. Их схватка с порождениями Тьмы подняла на ноги солдат Федерации. Пост Федерации наверняка уже блокирован.

— Веревки! — прохрипел Падишар.

Пар свою потерял, но веревка Колла все еще висела у того через плечо. Колл отступил на шаг, размотал веревку и метнул тяжелый крюк вверх. Он за что-то зацепился. Колл проверил его своим весом. Веревка выдержала.

Падишар подтолкнул Пара к стене, их взгляды на мгновение встретились.

— Лезь! — резко приказал предводитель. Его дыхание стало учащенным и хриплым. Он подтолкнул к нему и Колла.

— Лезьте оба, мы вас прикроем. Когда заберетесь наверх, не ждите нас, а сразу бегите в парк. Дамсон найдет вас и приведет обратно на Уступ.

— Дамсон, — глухо повторил Пар.

— Забудь о своих подозрениях и о моих тоже, — резко проговорил предводитель повстанцев. В его твердом взгляде мелькнуло сожаление. — Доверься ей, парень! — Она — это лучшее, что есть у меня!

Из мрака снова вынырнули порождения Тьмы, в ночном воздухе слышалось их шипящее дыхание. Морган отделился от стены, чтобы их встретить.

— Убирайся немедленно, Пар, — бросил он через плечо.

— Поднимайся! — рявкнул Падишар Крил. — Быстро!

— Но вы… — начал было Пар.

— Ах, черт! — взорвался тот. — Я останусь пока с горцем, чтобы прикрыть вас! Не надо лишних жестов! — Он грубо толкнул Пара в плечо. — Что бы ни случилось с любым из нас, ты должен выжить! Эту битву выиграет именно магия Шаннары, а ты один можешь ею повелевать! А теперь убирайся!

В дело включился Колл, подталкивая и подсаживая Пара на веревку. Выбираться по узловатой веревке было легко. Он лез вверх, а слезы унижения стояли в его глазах, Колл лез за ним, поторапливая его.

Пар только раз замешкался, чтобы бросить взгляд вниз. Порождения Тьмы плотно окружили Падишара Крила и Моргана, прислонившихся к стене ущелья.

Слишком уж их много.

Пар отвел взгляд. Закусив губу от ярости, он продолжал взбираться вверх, в темноту.

Морган Ли не обернулся, когда скрип сапог на стене стих: его взгляд неотрывно следил за окружающими их созданиями. Он чувствовал Падишара, стоявшего плечо к плечу рядом с ним. Твари не делали попыток приблизиться, они держались на границе пелены тумана, сохраняя дистанцию. Узнав, на что способно оружие Моргана, они стали теперь осторожнее.

«Безмозглые твари, — горько подумал Морган, — по-моему, я заслуживаю лучшего конца, чем этот».

Он сделал выпад в сторону ближайших врагов, и они отпрянули. Усталость повисла на Моргане, словно тяжелые цепи. Он знал, что в этом виновата магия. Вся ее сила проходила через него, от меча исходила какая-то энергия, сначала вызвавшая прилив сил, а потом — нарастающую усталость.

Но было и кое-что еще. Невидимые узы привязывали его к мечу, заставляя страстно желать его магии, ему казалось: если он прекратит пользоваться ею хоть на мгновение — даже чтобы просто отдохнуть, — исчезнет какая-то важная часть его самого. Он не мог понять, что с ним происходит.

Внезапно он испугался, что не сможет бросить меч, пока полностью не обессилеет.

Или не умрет.

Сверху, из парка, раздались громкие крики: солдаты обнаружили веревку. Итак, остался лишь один путь к спасению — пост Федерации.

Падишар придвинулся к Пару.

— Пошли, горец! — коротко сказал он.

Они начали двигаться вдоль стены ущелья, сначала медленно, потом, видя, что чудовища не бросились на них, быстрее. Вскоре они уже бежали, спотыкаясь на каждом шагу. А что еще оставалось делать? Вокруг серыми узорами на черном фоне вихрились полотна тумана. За пеленой дождя мерцали и переливались, казалось, ожившие деревья. Моргану мерещилось, что он попал в мир бесчувственного полусна, где не существует времени и расстояния.

Пока они бежали, на них дважды нападали порождения Тьмы. И дважды магия меча Ли останавливала их. Огромные тела падали, перекатываясь, словно булыжники по горному склону, и превращались в пепел. В ночи вспыхивало пламя, быстрое и яркое, и Моргану казалось, что с каждой вспышкой уходит часть его самого.

И когда наконец они увидели впереди массивный силуэт поста Федерации — башню, возвышающуюся над деревьями и туманом, — Морган смутно почувствовал: что-то не так.

— Быстро в дверь! — закричал Падишар Крил и толкнул его вперед так сильно, что горец чуть не упал.

Они отчаянно налегли на дверь поста, но она оказалась заперта. Морган ощупал ее края и поверхность и обнаружил, к своему ужасу, маленькие знаки, испещрившие ее, — магические руны, слабо мерцающие в сером тумане и преграждающие им путь к спасению надежнее любого замка.

Он заметил, что у них за спиной собираются порождения Тьмы, в бешенстве обернулся и заставил их рассеяться. Падишар молотил по невидимому замку, еще не понимая, что дверь держит не железо, а магия.

Морган повернулся, его лицо представляло собой застывшую маску ярости.

— Отойди, Падишар! — закричал он.

Он бросился на дверь, будто она была еще одним порождением Тьмы, и поднял сверкающий меч Ли, полосой серебряного света прочертивший темноту. Меч обрушился на дверь, словно молот, — раз, другой, потом еще и еще. Руны засветились глубоким злобным зеленым светом. При каждом ударе сыпались искры — яркие протестующие вспышки. Морган завыл, будто безумный, — магия меча быстро забрала у него последние силы.

Затем все взорвалось белым пламенем, и Моргана проглотила темнота.

Пар вылез из мрачной темноты Преисподней на стену, ограждавшую ущелье, и перебрался через шипы, торчащие на ее гребне. Руки и ноги его были покрыты ссадинами и царапинами. Пот разъедал глаза; он задыхался. На мгновение его зрение помутилось, и весь мир вокруг погрузился в непроницаемую тьму, в которой кое-где светились колеблющиеся огоньки.

Он понял, что это факелы, они пылали у входа на пост Федерации. Потом он расслышал звуки тяжелых ударов бревна. Часовые и те, кто пришел им на помощь, пытались вышибить закрытые входные двери.

За ним на стене появился Колл. Хрипя от напряжения, он перебрался через стену и тяжело спрыгнул на прохладную и мокрую землю. Капюшон плаща откинулся, дождь стекал по его темным волосам, в глазах застыло выражение, которого Пар не мог понять.

— Можешь идти? — встревоженно прошептал Колл.

Пар молча кивнул, еще не зная, может он передвигаться или нет. Они медленно встали на ноги. Мышцы болели, дыхание было тяжелым. Братья, спотыкаясь, отошли в тень деревьев и притаились, прислушиваясь к сумятице у входа на пост. Колл пригнулся к нему:

— Пар, пора убираться отсюда. — (Пар с укором посмотрел на него. ) — Знаю! Но мы ничем не можем им помочь. По крайней мере сейчас. Надо спасаться самим. — Он беспомощно опустил голову. — Пожалуйста!