Грани Обсидиана - Наталья Колесова

– Это, как понимаешь, были вы.

Найна презрительно приподняла верхнюю губу.

– Мы – ваши слуги?!

– Да. Но ваши хозяева погибли или бежали из умирающей страны, забыв надежно запереть или уничтожить опасные создания. А потом из колдовской страны ушли и вы сами.

– Где ты взял этот бред?!

– В старых хрониках. В книгах волшебников. Из истории, – спокойно отвечал Хантер. Кажется, он искренне верит в эти… сказки. Или просто выбрал то, во что ему удобнее верить.

– Ты говорил, что встречал оборотней далеко на юге, значит, мы расселились по всей стране?

Он слегка нахмурился.

– Возможно…

– Бедняга, тогда работы тебе хватит на всю жизнь! – издевательски посочувствовала Найна. – Надеюсь, очень короткую.

Он оскалился не хуже нее самой:

– И все равно я заберу с собой в могилу как можно больше таких, как ты!

Найна с огромным удовольствием его туда бы сейчас отправила. Но вовсе не стремилась составить ему компанию. Ответила тем, что повернулась и пошла дальше. Хантер догнал, заглянул ей в лицо:

– Что, не верится?

– Верить в людские россказни – себе дороже! Вы всегда приписываете себе власть над тем, чем не можете управлять. Да и спорить о прошлом все равно что спорить о богах: который из них правильнее. Ты продолжаешь верить в своих, я – в своих.

Хантер хмыкнул, но умолк.

Дорога была заброшенной. Уже несколько лет по ней не то что не ездили, но даже и не ходили. Умеет же проклятый охотник находить безлюдные места! Пытаясь сообразить, где они очутились, Найна прошла вдоль когда-то глубокой колеи, заросшей буйной нетронутой травой. Повернулась, выискивая знакомые ориентиры.

– Каменный тракт!

Хантер ткнул ногой земляной отвал дороги.

– Каменный?

– Здесь неподалеку старая каменоломня. Камень брали еще для строительства замка. Потом Фэрлин разрешил людям добывать камень и вывозить за пределы наших земель…

– Фэрлин – это…

– Наш лорд.

– Ты зовешь его так запросто, по имени?

Найна мысленно выругала себя за неосторожность. Вслух же отозвалась:

– Хочешь, чтобы я его навеличивала, как принято у вас?

Хантер огляделся.

– Что-то не вижу здесь никаких людей.

– И уже не увидишь.

Найна, присматриваясь, медленно прошла вдоль дороги. Сорвала в задумчивости уже подсохший «гребешок», пожевала и выплюнула жесткую травинку. Кажется, здесь, да… Она поскребла подошвой сапога что-то выглядевшее как небольшой пригорок: под тонким слоем земли проявилась серо-желтая, гладкая поверхность. Кость. Гигантский череп. Хантер наклонился, разглядывая его с профессиональным интересом.

– Что за зверь?

Найна злобно усмехнулась:

– Еще одно ваше, колдунов… «творение». Мы называем их ползуны. Голова и длинное тело… или хвост. Переваривает все, чего касается. После него даже земля кипит и несколько лет остается голой, видишь, вон его след тянется? Остановить ползуна можно, только пробив череп. Но для этого надо подобраться к нему вплотную.

Хантер засунул палец в дыру в черепе и присвистнул, оценив его толщину. Взглянул исподлобья:

– Вижу, вам это все-таки удалось?

– Да, – отозвалась Найна. – Правда, Джастин остался без ноги – ползун задел его хвостом, – но кого это волнует, правда, человек?

Бэрин называет это Волной переселения, Пограничники – прорывом, а люди – Нашествием. Это было два года назад… или уже три? Кажется, Ольгер прав хотя бы в одном: она запоминает года лишь по числу и силе столкновений. Тогдашний гарнизон Пограничников на Черной был уничтожен в считаные часы, а посланник Корнера – мальчишка Гэвин – добрался до ближайшей заставы только через сутки. К этому времени Звери уже заглотили поселок каменотесов и богатое село Каменное, торговавшее с соседними владениями. И вторглись в земли лорда Таура. Остановить их удалось лишь ценой огромных потерь – и Пограничников, и людей. И Таур – кстати, отец теперешней леди Фэрлин – тогда первым поддержал договор семи лордов с Пограничниками.

– …люди сюда так и не вернулись, – закончила Найна.

– Почему?

– Выжившие – их очень мало – поселились в Высоком. Здесь все еще небезопасно. Часть земли до сих пор отравлена, а часть…

Хантер остановился рядом с ней на краю заброшенной каменоломни. Найна, поджав губы, внимательно осматривала карьер и темные провалы штолен. Показалось или там что-то мелькнуло? Она быстро втянула воздух и с досадой подцепила пальцами металлический ошейник: о, если бы не это проклятое колдовство, с ним она и на чутье теперь полагаться не может! Хантер истолковал ее движение по-своему:

– Что, натирает?

Найна не успела уклониться: охотник, оттянув ошейник, деловито осматривал ее шею.

– Вроде поджило…

Ощутив прикосновение его осторожных пальцев, Найна нервно дернула головой. Хантер вскинул взгляд – кажется, и сам только сообразил, что делает. Отступил, буркнув:

– Заживает, как на собаке…

Найна пренебрежительно фыркнула:

– Конечно, я же для тебя собака и есть!

– Что ты там все высматриваешь?

Найна напряженно вглядывалась в тень у крайней штольни.

– Ты же хотел знать, почему люди сюда не вернулись? Взгляни-ка…

Хантер прищурился. Она посматривала то на него, то на штольню. Увидела, как дрогнуло лицо человека, рука рванулась к поясу.

– Что за?!.

– Ухватка, – с удовлетворением сообщила Найна. – Обычно охотится ночью, но, видно, сильно оголодала, нас почуяла…

Тонкая черная конечность с тремя лоснящимися когтями-крючьями вновь вытянулась из темноты, пошарила по площадке перед штольней, нерешительно замерла и спряталась: ухватка прикидывала, насколько безопасно выходить на солнечный свет.

– Если в округе не находится добычи, они жрут друг друга. Возможно, там осталась всего одна, зато самая сильная. Не желаешь поохотиться?

Найна беспечно спрыгнула на первый уступ. Человек схватил ее за локоть.

– Ты куда?

– Туда, – Найна поглядела на него снизу. – Если не хочешь, чтобы я сдохла от удушья… на радость ухватке, пойдешь за мной.

– А если мне совершенно все равно, сдохнешь ты или нет?

– Тогда отпусти меня, садись и смотри. Зрелище будет занятным.

Человек разжал пальцы, и она продолжила спуск. Услышала, как за спиной покатились камни: охотник двинулся следом, хоть и тяжеловесно, но довольно уверенно. Найна и не сомневалась, что он пойдет – кажется, Хантер из тех, кто всегда принимает вызов.