Двуликие. Ведьмино пламя - Яна Демидович

Дориан насупился. Тряхнул головой, и волосы вновь прикрыли шею.

– Мне нужно то, что поможет обрести единство. Сплести заново разделённую сущность, – сказала Дайана, перехватывая взгляд старика.

Клочковатые брови приподнялись. А потом улыбка Барахольщика стала ещё шире, обнажились нечистые, словно покрытые горчицей, зубы.

– Как вас зовут, госпожа?

– Дайана.

Барахольщик перегнулся через прилавок. Поманил её пальцем, вынуждая приблизиться. Заговорщически прошептал, обдав запахом каледонского виски и чеснока:

– У меня есть то, что вам нужно, госпожа Дайана.

– Что это?

– Тёмный камень Единства, – прошептали губы старика.

Какое-то мгновение – и будто бы из воздуха на прилавке возникла шкатулка. Барахольщик запустил руку в бороду, послышался тоненький «звяк!»… В пальцах старца сверкнул малюсенький ключик, и шкатулка раскрылась.

У Дайаны перехватило дух. На шёлковой подложке белого цвета лежала чёрная слеза – каплевидный оникс, подвеска на серебряной цепочке… Поверх неё была начертана светлая руна – два соединённых колечка-звена…

Пальцы непроизвольно потянулись к подвеске. Крышка шкатулки тут же захлопнулась.

– Нет-нет! Ещё рано!

Дайана кивнула, скрывая досаду: «Деньги вперёд, да? Ну хорошо…» Вытянула было купюры из кошелька… Барахольщик пренебрежительно цокнул языком:

– Я не нуждаюсь в местных деньгах, госпожа.

Дориан нахмурился. Дайана, пожав плечами, стала доставать из рюкзака остатки своих драгоценностей.

– Золото-серебро меня тоже не интересует, – немедля скривился Барахольщик.

– Но тогда…

– Я отдам камень бесплатно, – неожиданно сообщил торговец. – Если вы, – он странно покосился на Дориана, – согласитесь на моё предложение…

Дориан резко шагнул вперёд. Столь же резко спросил:

– Какое ещё предложение?

Барахольщик противно хихикнул.

– Отгадайте мою загадку. Если отгадаете – получите камень. А ежели нет… – рот растянулся до ушей, украшенных пучками шерсти, – …я отрублю господину Вампиру голову, – сказал торговец – и положил на прилавок до блеска заточенный топор.

Звенящая тишина.

– Ты совсем, что ли, рехнулся, да?! – проглотив потрясение, рявкнул Дориан и угрожающе двинулся в сторону прилавка.

– Нет-нет, успокойтесь, мой господин! – зачастил Барахольщик, вскидывая перед собой пухленькие, мясистые руки. – Просто у меня кончился прах вампира, ничего личного! А ведь его так нелегко достать! Вы же понимаете?

Ответом было рычание. Барахольщик ойкнул и поспешно подхватил топор, когда путь Дориану преградила Дайана.

– Стой! Не горячись ты!

– Не горячись?! Он хочет отрубить мне голову! Прямым текстом сказал!.. – прошипел Дориан и отпихнул её с дороги.

Дайана повисла на его рукаве, пытаясь остановить.

– Успокойся!

– Отстань, Ридделл! Начищу ему рыло, отберу твой амулет и…

Шкатулка исчезла с быстротой молнии. Барахольщик затряс пальцем, похожим на сморщенную, гнилую сардельку.

– Но-но-но, господин Вампир! Попрошу без рукоприкладства! Я не отдам камень Единства за просто так!

– А ну верни шкатулку на место! Куда ты её спрятал?! А, вижу! Топорщится борода! Сейчас как повыдергаю…

– Дориан, прекрати!

Дайана снова оказалась впереди, со всей силы вцепилась в его воротник, встряхнула…

– Остынь! Надо отгадать загадку.

Дориан посмотрел на неё сверху-вниз – молча, словно обкатывая на языке скверное слово. Потом отцепил от воротника её пальцы, схватил за правое запястье и утянул в уголок – поговорить.

– У меня руки так и чешутся прижать этого ненормального к стенке! Как пить дать испугается и отдаст камень!

Дайана посмотрела на вампира исподлобья, упрямо выпятила подбородок:

– Нет. Поступим, как он хочет. И никакого насилия.

Дориан закатил глаза. Бросил в сторону:

– И почему мне досталась хорошая половина?

Затем тяжко вздохнул, опять посмотрел на неё.

– Уверена?

– Да. Чего ты боишься? Топора в руках плюгавенького старичка? Ты ведь победил Финнигана!

Дориан засопел.

– Ну ты сравнила. Грубая сила Финни – против хитрости торгаша. Этот старикан горазд на пакости и выдумки. Печёнкой чую, что здесь какой-то подвох… Впрочем, ладно. Уговорила.

Дориан повернулся к Барахольщику, глянул злющими глазами. Миг, прыжок – и топор, выбитый из руки, грохнулся о дощатый пол. В ту же секунду мозолистая ладонь сграбастала старика за бороду.

– Тебе повезло, что она не позволила убить тебя, – выплюнул Дориан, наматывая на кулак грязную косицу. – Выкладывай свою загадку. Но если вздумаешь хитрить – клянусь, уж тогда не пожалею…

Последние слова были произнесены зловещим шёпотом.

Озвучив угрозу, Дориан отступил. Но продолжил есть Барахольщика глазами. Тот же наконец перевёл дух и быстренько ощупал бороду.

– Итак, загадка, мистер Барахольщик, – холодно напомнила Дайана, что присоединилась к Дориану и скрестила руки на груди.

– Да-да, моя славная госпожа, но сперва… – торговец суетливо покинул прилавок. На мгновение скрылся за кривоватым шкафом, а после, наполовину высунувшись из-за него, бурно замахал им рукой: – Прошу сюда!

Высокомерно хмыкнув, Дориан пошёл, куда звали, Дайана – следом.

Стоило им оказаться за шкафом – и лицо Дориана потемнело, вытянулось… И стало напоминать баклажан.

Барахольщик стоял возле раскрытых колодок, что вызывали в памяти Срединные века.

– Ты хочешь сказать… – подозрительно спокойным голосом начал Дориан.

– Да, господин Вампир, да! Вы подходите сюда, снимаете меч, аккуратненько укладываете голову, руки – и вуаля! Моя страховка готова! Как только госпожа Дайана разгадает загадку, вам будет дарована свобода. Слово Барахольщика!

– А если нет – я стану курицей у мясника, – сказал Дориан и безрадостно засмеялся. Затем повернулся к Дайане:

– Ну что, Ридделл. Не подведёшь меня?

Дайана выразительно положила руку на рукоять клинка. Она не даст его в обиду, даже если не разгадает!

Наградив торговца ненавидящим взглядом, Дориан снял с себя меч. Гадливо осмотрел деревянную поверхность, уложил конечности в специальные выемки – и от души выругался, когда Барахольщик с размаху захлопнул колодки и навесил на них замок.

– Ну вот и славненько! – довольно захихикал торговец, потирая ручки. – А теперь загадка…