Принцесса в академии - Варя Медная

– Просто кто-то обронил, – перебила я. – С кем не бывает. Или какая-нибудь девушка специально кинула в реку. Знаете, есть такое гадание на суженого. Нет, что же это я, конечно, не на суженого, а на погоду. Надеюсь, только следующим я не вытащу оттуда её палец… – Я отодвинула рыбку и всадила вилку в следующую. Что-то звякнуло.

Губки Икки и Вжикки сложились буквой «О». Лэмкин нервно огляделся.

Кольца оказались во всех рыбешках без исключения. Правда, ученые мужи об этом уже не узнали: сломались на четвертой по счету.

– Кажется, я забыл погасить дома свечу, – забеспокоился Фауст и поспешно поднялся.

– А мне ещё зубрить список из двухсот пяти растений, вызывающих галлюцинации, – спохватился Гензель.

– А я… – Лэмкин судорожно заозирался в поисках подсказки, – должен помочь Фаусту погасить свечу, а Гензелю выучить список из двухсот пяти растений, вызывающих галлюцинации.

Все трое исчезли из виду быстрее, чем я успела набрать в грудь воздуха для ответа. Больше этим вечером они не показывались.

– Вот там ещё места освободились, – я мрачно кивнула на стол через три от нас, и мы с Эмилией поднялись, оставив Икки и Вжикки в совершенном экстазе.

Они примеряли колечки.

Молчание нарушила Эмилия:

– Не думаю, что это что-то значит.

– Угу.

– Наверняка половина девушек нашли сегодня кольца в рыбках. Это или чья-то шутка, или случайное стечение обстоятельств.

– Несомненно.

Когда до цели оставалось совсем немного, напарница тронула меня за руку:

– Погоди, Ливи. Думаю, так выйдет слишком долго. Сесть за столик, втереться в доверие, дождаться реакции на орехи, перейти к следующей компании…

– Что ты предлагаешь?

– Добавить их в блюдо, которое пользуется наибольшим спросом, занять выгодную позицию где-нибудь на возвышении, – она указала на каменные кармашки-балкончики в стенах примерно на уровне второго этажа, – и наблюдать.

– Хм, а это мысль. Только блюд слишком много, и вкусы у всех разные. А что, если… – Я остановила пробегавшего мимо официанта – того самого, который ранее снабдил коктейлем мадам. Похоже, он был тут единственный. – Скажите, а какой напиток сегодня гвоздь программы?

Он без колебаний ткнул пальцем в пузатый котел на треножнике, установленный справа от стола с закусками:

– Пунш скорби.

– Какие милые у вас названия. Интересно, кто их придумывал? Спасибо.

Парень помчался дальше по своим делам, а мы с Эмилией устремились к котлу, возле которого крутилось двое стеклянных человечков. Набрав по увесистой кружке густого тягучего варева, они отошли. Один из них сделал глоток, и его тело на миг из матового стало абсолютно прозрачным. Мне не забыть зрелища растекающегося у него внутри пунша.

Эмилия перехватила мой взгляд.

– Мы не станем это обсуждать.

– Хотела сказать то же самое.

Теперь путь был свободен. Мы договорились сделать вид, что наливаем напиток, и незаметно высыпать фисташки в котел.

Я подошла к столу, взяла половник и зачерпнула бледно-голубой пунш. Донести его до стакана так и не успела – на поверхность всплыл глаз.

– Он из мармелада, – сказала Эмилия. – Я в этом абсолютно уверена.

– Да, я тоже ни секунды не сомневаюсь. Из чего ещё он может быть?

– Гляди, как здорово прорисована радужка. – Она низко наклонилась и указала пальчиком. – А зрачок блестит ну совсем как настоящий!

– Простите, девушки. – Между нами втиснулся какой-то мужчина в котелке. – Так вот где он был! – радостно воскликнул он, выуживая глаз из половника. Потом сунул себе в глазницу и встряхнул головой, чтобы тот встал на место.

Тут к нам подскочила дама, видимо его спутница. Она остановилась, а её телеса продолжали колыхаться, постепенно успокаиваясь.

– Говорила же тебе не налегать на пунш! – воскликнула она и дала ему подзатыльник, отчего глаз прыгнул обратно в половник.

– О, я и забыла, что не пью пунш, – сказала Эмилия.

– Я, кажется, тоже не притронусь к нему до конца жизни, – добавила я, передавая половник потерпевшему. – Ладно, всё равно там осталось только на самом донышке, – прошептала я, когда мы отошли.

– Давай лучше доверимся рукам профессионала, – предложила Эмилия и указала на барную стойку, вдоль которой выстроилась шеренга стульев на высоких ножках. Среди сидевших там было много студентов Принсфорда.

– Идём, – согласилась я. – Надеюсь, они не подают коктейлей со вставной челюстью.

– Так даже лучше: мы сможем подсыпать орешки в бокалы и наблюдать за каждой отдельной реакцией. С пуншем все разбрелись бы по залу, а так трудно уследить.

– В любом случае, получится быстрее, чем с едой.

– И не будем тратить время на втирание в доверие.

* * *

Когда мы подошли, стоявший за стойкой блондин в футболке «Неразбавленное зло» окинул нас профессиональным взглядом, прикидывая, кто перед ним. Настоящие профи успевают подать напиток ещё до того, как клиент откроет рот: болтунья с каменной пылью – для троллей, «Кровавая Анна» – оркам, настойка из наперстянок – эльфам, ну и так далее. Конечно, это традиционные коктейли, а индивидуальные вкусы могут варьироваться.

– Добрый вечер, принцесса, – подмигнул он.

– Откуда вы… ах да! – Я помахала палочкой с мишурой. – Принцесса фей, да, это я. Кто же ещё!

– Так как насчет мятного фраппе для человеческой девушки?

– Да вы сняли заказ с моего языка! С удовольствием. А, погодите, там случайно нет ммм… неортодоксальных ингредиентов? Ну так, в качестве предположения, в состав добавляется глаз?

– Нет, но, если хотите, могу положить его вместо вишенки…

– Нет-нет, спасибо. Я сторонница традиционной рецептуры.

Он повернулся к Эмилии и оглядел её с ног до головы. Выражение лица стало чуточку недоуменным, хотя улыбка по-прежнему не сошла. Он снова оглядел её.

– А вы…

– Мне то же, что и ей, – поспешно сказала Эмилия.

– Да, но вы… – Он напряженно всматривался.

– Подруга принцессы фей, – выпалила она и шутливо тронула кончик моей волшебной палочки. Звездочка отвалилась.

– Будет сделано!

Одной парой рук бармен продолжил протирать стаканы, а вторая принялась колдовать над нашими коктейлями.

Я отвернулась и незаметно извлекла часть тестовых образцов. Пробную порцию я успела подсыпать ещё до того, как наш заказ был готов.

Первым испытуемым стал ни о чем не подозревающий «дипломат». Он ненадолго выпустил из рук стакан и отвернулся к товарищу. Следующий глоток был уже приправлен фисташками. Студент собирался снова обратиться к другу, но тут его брови удивленно взлетели. Он покончил с коктейлем одним глотком, с удовольствием вытер усы и хлопнул донышком по стойке: