Кошачья гордость, волчья честь - Дарья Кузнецова

Собственно, одним из величайших героев тех сражений и был Вольный, прославившийся истинно кошачьей живучестью (он два раза сбегал из плена), множеством военных хитростей и безжалостной готовностью выжечь вражеские леса до основания. Насколько я слышал, имелось у него к улунам что-то глубоко личное, потому что такая ненависть не возникает на ровном месте.

В этот момент мы покинули казармы, и я опомнился.

— Вель, ты очень спешишь? — уточнил осторожно.

— В каком смысле? — растерянно покосилась на меня тень.

— Хотел предложить прогуляться.

— Пойдем, — спокойно кивнула она и даже без сомнений уцепилась за протянутую ладонь. Остальные кошки тактично отвели глаза. И хотя ухмылки были весьма насмешливыми, никто не высказался, и мы спокойно отделились от остального коллектива. — Ты хотел что-то сказать? — полюбопытствовала девушка.

— Ничего конкретного. — Я растерянно пожал плечами. — Просто погода хорошая, почему бы не пройтись?

— А! Извини, — смущенно улыбнулась кошка. — Я не поняла. Ты не поговорить без лишних ушей хотел, это свидание.

— Вроде того, — со смешком согласился я. — Хотя один вопрос не для лишних ушей у меня все-таки есть. Что не так было с цветами?

— Красивые цветы, — озадаченно покосившись на меня, похвалила кошка.

— Вы на них очень странно смотрели. У вас не принято дарить цветы?

— Я так и поняла, что это очередное культурное различие, и девочки тоже поняли, — с улыбкой ответила она. — У нас цветы дарят не часто, и символически это — приглашение перейти к более близким отношениям. Только к этому жесту прибегают, когда не уверены в ответе. В нашей с тобой ситуации выглядит достаточно странно.

— Ну почему же? — медленно проговорил я. — Вполне уместно. Смотря что понимать под «близкими отношениями», верно?

— Пожалуй, — согласилась кошка и через несколько секунд задумчивого молчания добавила чуть тише: — Тогда тем более правильно, что я взяла их и не стала указывать тебе на это несоответствие.

— Почему? — уточнил я.

— Я сегодня очень о многом думала. Стоило это сделать немного раньше… но лучше ведь поздно, чем никогда, верно? — с мягкой улыбкой заметила она. — Я, наверное, очень неправильная кошка. То есть я понимаю, как на моем месте поступили бы остальные. Понимаю, что вполне смогу прожить одна. Даже понимаю, что ты… совсем-совсем волк. То есть, ты не будешь, как Трай, подстраиваться и осторожничать. И брак наш ты видишь, наверное, в исключительно вашем понимании, когда женщина — мать и хозяйка, а мужчина — добытчик и защитник. И теоретически подобная перспектива должна меня пугать. Только… почему-то не пугает. А еще мне почему-то очень нравится, что ты, когда рядом, постоянно норовишь меня обнять или хотя бы взять за руку. Это приятно. А если мне нравится именно это… Глупо поступать так, как принято, вместо того, чтобы поступить так, как хочется, да?

— Не то слово, — не удержался я от смешка. — Тогда я, с твоего позволения, тоже поступлю, как мне хочется, ладно?

— Ладно, — растерянно согласилась она. — А чего тебе хочется?

Я вместо ответа потянул ее в сторону с пешеходной дорожки, к стоящей в стороне под раскидистым деревом скамейке. Наверное, это была чья-то личная собственность, но я надеялся, что претензий нам никто не предъявит, мы же не собирались ее портить! В принципе можно было и не присаживаться, но при миниатюрности кошки целоваться сидя было значительно удобнее, чем стоя.

Велесвета сообразила, чего я от нее хочу, растерянно оглянулась через плечо, будто ожидая увидеть там строго грозящую пальцем Неспящую. Но улица была пустынной, а редкие прохожие в нашу сторону не смотрели. В конце концов, эка невидаль — влюбленная парочка!

Долго рассиживаться я не планировал. Да вообще, честно говоря, не планировал проводить часть прогулки вот так, но… очень хотелось прямо сейчас наиболее полно выразить всю степень собственного одобрения новому направлению мыслей кошки. Конечно, я очень быстро увлекся: уж очень приятно было обнимать и прижимать к себе стройное тело девушки, и уж очень искренне Веля отвечала на поцелуи.

Правда, через пару минут пришлось прерваться, когда я понял, что мне чудовищно трудно держаться в рамках приличий и не распускать руки. Учитывая, что кошка вообще смутно ориентировалась в приличиях, — что наших, что кошачьих (если таковые вообще имеются) — прикасалась ко мне безо всякого стеснения и явственно пахла желанием, задача была весьма трудной.

— А куда мы идем? — полюбопытствовала несколько разочарованная Велесвета, когда мы все-таки покинули облюбованное место.

— Поначалу я планировал просто прогуляться и поболтать на отвлеченные темы, но, надеюсь, ты не обидишься изменениям в программе, — честно ответил ей. — Как и положено злому волку, я планирую затащить тебя в собственное логово. В гости.

— Мне надо бояться? — иронично уточнила она.

— Как хочешь. Но там не страшно, вполне уютно. И даже чисто, — поспешил заверить Велю.

— А почему в гости?

— То есть?

— Ну почему всего лишь в гости?

— Искушаешь, — тихо хмыкнул я в ответ. — Не хочется осложнять твою будущую жизнь, это неприлично — жить вместе до обряда.

— А это долго? — задумчиво проговорила Велесвета, покосившись на меня.

— Что — долго?

— Обряд. Он долгий? Надо чего-то ждать и готовиться, да? Или с кем-то договариваться?

— Кхм. Вообще-то нет, обряд очень простой. Нужно приобрести обручальные браслеты, прийти в обрядовый дом и попросить жреца Длиннохвостой все устроить. Мне казалось, уж в этом наши обычаи совпадают, разве нет?

— Я вообще не знаю, как это обычно происходит. — Кошка пожала плечами. — Может, не будем затягивать?

— То есть ты настолько основательно все обдумала? — растерянно уточнил я. — Тогда в самом деле к чему тратить время понапрасну!

В решимость тени и отсутствие осложнений я не верил до последнего. Но нет, Велесвета действительно оказалась настроена серьезно. Выбор браслетов прошел гладко, нам обоим сразу приглянулась одна пара, а сам обряд и вовсе не занял много времени: жрец даже порадовался отсутствию проволочек и посторонних в виде толпы гостей. Старая короткая клятва, обмен браслетами, запись в храмовой книге… и в результате закат этого удивительно длинного дня я встречал женатым человеком.

От этой мысли стало немного не по себе. Вроде бы я действительно к этому стремился и даже настраивался на долгое ожидание и уговоры упрямой кошки, а тут вдруг — раз! — и готово. Может, потому и не по себе, что сказываются обманутые ожидания?

— Не возражаешь, если твои вещи мы заберем завтра? — предложил я, когда мы покинули храм, представлявший собой небольшую открытую беседку в тенистой рощице. Велесвета в ответ только качнула головой, и мы направились домой.