Царица - Эвелина Тень

– А почему не через площадь Спака?

– Там сейчас митинг, – ответил водитель, не оглядываясь, – до девяти все оцеплено. Но вы не волнуйтесь, тут крюк всего на пять минут, будем вовремя.

И я решила не волноваться. Вернее, почувствовала огромное облегчение от простого и совсем не страшного объяснения. Но все-таки после такого количества покушений становишься немного параноиком, и я прижалась носом к боковому стеклу, вглядываясь в конец переулка, и точно – заметила мелькнувшие полицейские машины и толпящиеся фигуры с плакатами. Тьфу ты, их еще не хватало! Я досадливо поморщилась, одновременно увидев некий тонкий расчет в том, чтобы провести легализацию самого именитого вампира в истории в мирный вечер пятницы, в самый разгар митинга против нелюдей.

Машина – неброского цвета седан известной своим качеством марки – подъехала к управлению без семи девять, и я быстро вышла, бросив контрольный взгляд через плечо и увидев, что Брэд как раз паркуется в двадцати метрах от меня. Делал это очень медленно, с усердием, иногда, видимо, включая что-то не то и поэтому дергая авто и истерично повизгивая тормозами, что заинтересовало плотного мужчину в темном деловом костюме, энергичной походкой устремившегося к нему. Я тем временем направилась ко входу и через пару шагов была остановлена еще одним спортивным мужчиной в штатском, проверившим мои документы, и допущена к ступеням управления. Поднимаясь, заметила справа и слева еще трех человек явно из служб. «И снайперы на крыше и в соседнем доме», – подумала мрачно. Внутренний голос захихикал, но понял, что я, против обыкновения, не шучу, и озадаченно смолк. У дверей я прошла еще одну проверку и наконец смогла попасть в холл.

Народу-то! Я ошеломленно завертела головой: кого тут только нет! И полицейские (среди них я заметила Таню Даллас, которой приветственно кивнула, но ответной реакции не получила), и военные (особенно живописен был пожилой генерал при полном параде и бритой голове), и городская администрация (мне показалось, или тот тучный господин, прячущийся за живописным генералом, помощник мэра?), и работники миграционной службы (их присутствие казалось наиболее оправданным), и еще, еще люди… Да уж, тут собрался почти весь цвет нашего города, ну, половина так точно! Знала бы, принарядилась повыпендрежней! Хотя, получше оглядевшись, отметила, что атмосфера в холле царила торжественная, угнетенная и мрачная, как на похоронах, и собравшиеся выглядели соответственно. Так что я к месту оделась в костюм светло-шоколадного цвета, своей сдержанностью подходящего к драматизму обстановки. Главное, не забыться и случайно не снять пиджак, являя миру слишком нежный и праздничный шелковый топ.

Несмотря на огромное количество людей, в холле было относительно тихо: редкие скупые фразы произносились вполголоса, в основном же все скорбно молчали, с явным напряжением поглядывая на дверь. Возле ближайшей к выходу колонны я заметила двух беседующих мужчин в темных строгих костюмах и в одном из них с большим облегчением признала полковника Березина. Шеф махнул мне рукой, и я подошла, по пути с интересом рассматривая собравшихся, отчего споткнулась, но была учтиво поддержана вторым мужчиной, весьма представительным и привлекательным на вид.

– Спасибо! – улыбнулась я благодарно и даже слегка кокетливо, но тут же улыбочку пригасила, вернее, молниеносно ее трансформировала в выражение серьезной почтительности. О боже! Это же шеф моего шефа! В смысле это замначальника нашего управления.

«Это точно он?» – недоверчиво переспросил внутренний голос. Его замешательство было мне понятно: я редко сталкивалась с высшим руководством, а уж лицом к лицу – тем более. И все же это действительно оказался прямой начальник полковника, потому что Березин поспешил меня представить:

– Это и есть Регина Дарт.

При этом он не посчитал нужным сообщить имя своего собеседника – то ли шифровался, то ли полагал, что я обязана знать.

– Добрый вечер!

Я старательно изобразила что-то среднее между полупоклоном и книксеном. Для создания благоприятного впечатления не мешало бы еще и уважительно добавить имя, но тут внутренний голос дал сбой, забормотав растерянно и невнятно… господин… э-э-э… э-э-э… господин… Я поняла, что с вежливым обращением вышел облом, и в качестве компенсации добавила подобострастия во взор.

– Рад познакомиться, Регина, – доброжелательно откликнулся шеф шефа, – наслышан.

Он смотрел прямо и спокойно, вовсе не изучающе, но я совершенно отчетливо поняла, что он в какие-то секунды заметил, проанализировал и запомнил во мне все, начиная с кончиков кожаных туфель и заканчивая бриллиантами в ушах. С тоской припомнилось, что меня тоже когда-то учили моментально схватывать все детали и при этом не шарить глазами по объекту.

Боюсь только, что в суматохе последних дней я все свои рабочие навыки подрастеряла. И, кстати, о бриллиантах… При этой мысли я заволновалась. Ну вот, дурочка, нацепила цацки, захотелось выглядеть достойно! Теперь начальство подумает, что платит мне слишком много или что я живу не по средствам, объясняй потом, что это подарок семьи!

– И я очень рада, – произнесла ответную любезность.

Хотела даже добавить, какая это высокая честь для меня, но решила не перегибать палку. Тут бы удачно обратиться к нему по имени-должности, но шеф шефа сам так и не назвался, и, вероятно, по тем же причинам, что и Березин: то ли не хотел публичности, то ли был уверен, что начальство и так все знают если не в лицо, то уж по имени и фамилии точно.

– Очень рада, – душевно повторила я, стремясь теплотой тона замаскировать пробел в информации.

Шеф шефа неторопливо перевел взгляд на Березина, и я расслабилась: дергаться поздно, он меня уже систематизировал и свои выводы сделал. Тут внутренний голос пришел в себя и противно загундел о том, что надо было в свое время уделить руководству больше внимания и вызубрить все имена, должности и звания. Я слабо отбивалась: мол, своего начальника я знаю и самого главного тоже, а заместителей у него целых пять штук, что ж теперь, всех запоминать?! Тут я покосилась на стоявшего рядом мужчину и, крякнув, была вынуждена признать, что этого можно было бы и запомнить: очень уж симпатичный. Что ж, видно, не сделать мне карьеру в нашем ведомстве. Впрочем, я начала это подозревать еще с тех пор, как увлеклась стрельбой из левой руки и дружбой с вампирами, хоть и бывшими.

– Полковник докладывал о ваших успехах, – между тем заговорила так до конца и не установленная мной вышестоящая личность. – А что вы сами о них думаете?

Я вздрогнула и попыталась сохранить приятное выражение лица. Лично я вообще сомневалась, что происходящее со мной можно назвать успехом. Или он о договоренности с Эланом? Что ему о нас известно? Я поморщилась (внутренне, наружно не рискнула, памятуя о том, что на меня смотрят два особиста): высказался так… обтекаемо, в лучших традициях нашей службы, а ты тут мучайся! Что ж, ответим так же.

– Лестно слышать такую высокую оценку. – Я скромно потупилась. – Впереди еще много работы, но я надеюсь со всем справиться.

Березин с умным видом кивнул, а его шеф, готова поклясться, едва улыбнулся уголками губ. В его глазах мелькнул веселый интерес и погас.