Ричард Длинные Руки - сеньор - Гай Юлий Орловский

Он рухнул за стол, лицо серое, усталое, веки покраснели. Возможно, даже спина исцарапанная. Гунтер рявкнул пару слов, воины исчезли, а вместо них пришли испуганные слуги, начали расставлять по столу блюда с холодным мясом, сыром, принесли вина. Я сел, кивнул Гунтеру, чтобы присоединялся. Рихтер положил на стол руки, худые, жилистые, но, судя по костям и сухожилиям, когда-то это был крепкий мужик, мог бы отличиться и среди воинов. Я ощутил некоторое уважение, ведь принято считать, что в умные идут слабые да хилые, еще туда попадают калеки, которые уже воевать не могут, а силы пока что есть, этот же сразу пошел в умные, преодолев немалое сопротивление друзей, родни, невесты и всех баб, мол, для мужчины нет ничего лучше, чем в доспехе и при мече.

– Я не знаю точно, – ответил он с напряжением в голосе. – Но это может случиться уже сегодня… Я чувствую, как магические силы сгущаются и сгущаются. Уже достигли такой плотности, что даже слабый маг может… очень многое.

– Атака магов?

Он покачал головой.

– Боюсь, хуже. Маги только прорвут занавес, что установил прежний владелец замка. Или который был здесь издавна. Может быть, изначально.

– А ты можешь оценить толщину этих защитных стен из магии?

Брякнул и сам ощутил, что брякнул, но от растерянности за что только не хватаешься, Рихтер ответил серьезно:

– Велика, но не менялась сотни лет. Даже если не слабела, то и противники не спали. Сейчас готовы проломить, да, проломить. У меня мыши уже кричат, предупреждают. Думаю, кто-то копил силы не одно столетие… Так что направлено не против вас лично. Просто вы успели нажить смертельных врагов среди соседей, маги их используют для…

Он умолк, подбирая слово, я сказал:

– Для десанта. Это и понятно, пушечное мясо. Маги придут подобрать трофеи. Но как собираются пройти по такому узкому мосту? Перебить их будет легко… Или прикроют магическим щитом? Сделают невидимыми или неуязвимыми?

Рихтер после паузы признался с явной неохотой:

– На беду, ничего этого не знаю. Могу сказать только, что защитные силы слабеют к ночи. Больше всего – в момент полнолуния… В полночь. Если кто-то и попытается проникнуть, то это случится не при солнечном свете.

Я скривился.

– Предпочел бы, чтоб наоборот. Ладно, и то какая-то определенность. Ночью стражу удваивать!

Тяжелое молчание воцарилось за столом. Гунтер вдруг сказал в пространство:

– А если откроют Ворота Бальда?

Я молчал, слышу впервые, Рихтер задвигался, проскрипел недовольным голосом:

– Это все легенды.

– Но я слышал… – заикнулся Гунтер, Рихтер оборвал хмуро:

– Слухи, слухи, слухи… Никто никогда ничего не видел, а пересказывают, пересказывают! Это мечта человека о быстрых перемещениях. Идет караван из одной страны в другую, идет день, неделю, месяц, а пройдена едва ли треть пути, по дороге приходится терпеть лишения, отбиваться от разбойников, нечисти, голодать и страдать от жажды… Вот тут и рождаются россказни про какие-нибудь двери или даже ворота. Мол, караван пройдет, р-р-раз и – на месте!

Гунтер буркнул все так же неприязненно:

– А как же Блаженный Олаф? Он когда-то жил здесь, при замке. И другие очевидцы, которых занесло в другие дали…

Рихтер отмахнулся.

– Бред. Ложь. Никто из них не перенесся из соседнего королевства, как же – проверить можно! Все почему-то из таких, о которых у нас и не слыхали.

– Но ведь рассказывают же, – возразил Гунтер. – Они ж все описывают, не сбиваются!

– Мало какой мир я могу придумать, – буркнул маг.

Лицо его на миг посветлело, потом омрачилось, словно вспомнил, где находится. Я подумал с удивлением, неужели и в таком возрасте люди могут о чем-то мечтать, грезить, создавать свои миры.

– Я б такое не придумал, – твердо сказал Гунтер. – А люди эти, что попадали в наше королевство, вовсе не маги, а простые охотники, бродяги, лесорубы. Такие даже не придумают, как отвертеться, когда жена застанет с соседкой в сарае!

Маг покачал головой.

– Когда человек страстно мечтает о другой жизни, он такое напридумывает! Тот Олаф, возможно, из соседней деревни, что за рекой, а здесь плел, что из неведомого мира под двумя солнцами и где люди летают на больших птицах!

Я сказал напряженно:

– Да, это, скорее всего, легенды, мечты… но как они звучат? Эти ворота открываются сами по себе? В пустыне, в горах, или находятся в замках?