Эльфийка вишневых кровей - Елена Кароль

— В порядке. — Я тяжело вздохнула и покаялась: — Мне так жаль, что все настолько ужасно получилось… Прости.

— Ерунда. — Он досадливо поморщился и отвел взгляд. — Сами виноваты. Настроились на легкие приключения, вот и получили за легкомыслие. А приключения, они такие… кровавые получились. — Вздохнул, снова посмотрел на меня и посочувствовал: — Сильно тебе досталось? Я тут к ребятам зашел, оказывается, я один такой счастливчик. Пара синяков от обморока. Вообще позор…

— Знаешь, лучше обморок, чем так. — Я махнула рукой на кровать, где спал осунувшийся Малкош. Снова тяжело вздохнула и поняла, что чем дальше, тем неуютнее мне находиться в палате с вампирами, которые никогда не узнают правды. — Я очень рада, что у тебя все хорошо. Я, наверное, пойду. Передавай Малкошу привет, когда проснется. Я зайду еще вечером. Пока.

— Пока.

Навестив всех, я зашла в ординаторскую к улыбчивым и приветливым девочкам, узнала, что Аррисш еще не встал, и поняла, что в город придется идти одной. Что ж, все верно. Это только мой выбор и мой путь.

И только мне отвечать за свои поступки.

Светлая, надеюсь, ты уже проснулась.

Пока шла, старалась не думать, потому что понимала — ничего хорошего из этого не получится. Кто я и кто Светлая? Что бы ни говорила Кася и как бы ни уверял меня Аррисш, что в мире встречаются вещи и похуже, но я-то знала, что я не такая хорошая, как они думали. Я владела запретными знаниями и без раздумий ими пользовалась, когда возникала необходимость.

Что по этому поводу скажет Светлая? Что решит?

Ведь не зря эти знания запретны, не просто так господин обезумел.

А что ждет меня? Может, и правда надо было согласиться на предложение Плетельщика? Меня бы научили, показали, проконтролировали…

Сомнения начали грызть с утроенной силой, и к тому моменту, когда я дошла до храма, я уже ни в чем не была уверена. Страх. Неуверенность. Сомнения.

Сжав нервно дрожащие пальцы в кулачки, я не могла себя заставить ступить под свод храма Светлой богини, остановившись на последней ступеньке. Трусиха… Какая же я все-таки трусиха!

— Вишери? Детка, это ты?

Я торопливо обернулась и искренне удивилась. По лестнице поднималась лэри Шанти, одетая в простое, но красивое алое платье, выгодно подчеркивающее ее и без того пышные формы. Под руку ее вел очень симпатичный, статный, элегантно одетый мужчина, который почему-то смотрел на меня с таинственной усмешкой, словно что-то хотел сказать.

Присмотрелась к нему и я.

Что-то…

Что-то странное в нем было. Смутно знакомое и одновременно незнакомое.

— Доброе утро, Вишери. — Пара приблизилась, и мужчина, оказавшийся красивым смуглым демоном, приветливо кивнул. — Вижу, ты меня не узнала. Неудивительно, сам себя порой не узнаю.

— Ох, Светлая! — Я шокированно открыла рот. Этот голос! Этот голос я узнала! — Вы… Это вы!

— Сейчас меня зовут Зумий. — Бывший Древний бог галантно поклонился и неожиданно завладел моей ладошкой, поцеловав ее тыльную сторону. — И все благодаря тебе, Вишери.

Смутившись, я не знала, куда деваться. Встреча была настолько неожиданной, причем прямо на ступенях храма Светлой богини, что я растерялась.

Зумий же мелодично рассмеялся и, отпустив мою руку, приобнял красавицу вампиршу, которая почему-то обиженно надула губы.

— И, конечно же, благодаря тебе, мое солнышко. Не дуйся, милая, тебе это не к лицу.

Я почувствовала себя откровенно лишней, так что решила отступить, пока не поздно.

— Было очень приятно увидеться. Мне пора. Я к Светлой пришла…

— О, да-да! Не будем отвлекать. До встречи. — Пара доброжелательно со мной распрощалась и отправилась дальше, кажется, на рынок. Лэр Зумий, всего за пару недель превратившийся из гнома-заморыша в статного черноглазого рокового красавца, громко уверял кокетничающую Шанти, что она изумительна и никто с ней не сравнится, а я вздохнула, мотнула головой, прогоняя безумные мысли (а ведь Аррисш говорил, что Древний живет и восстанавливается под присмотром Шанти! Вот так «присмотрела»!), и поняла, что больше тянуть нельзя.

Если смог начать новую жизнь Древний, то почему я не смогу?

Смогу! Еще как! У меня тоже есть ради кого постараться!

С этими собственническими мыслями я и вошла в храм.

Красивый, белоснежный и полный божественного присутствия храм Светлой богини.

Изящные колонны с изумительной резьбой, которые, казалось, были созданы самими богами, радовали глаз. Приятные легкие ароматы эфирных масел ласкали обоняние. Приглушенное ненавязчивое пение служительниц было приятно слуху, и я шла и шла, приближаясь к алтарю и забыв закрыть рот.

Никогда не была в храме Светлой и сейчас понимала, как много я потеряла.

Это было…

Потрясающе!

Последние шаги я делала все медленнее, с благоговением рассматривая мраморную статую богини. Красавица… Какая она красавица!

Она действительно была Светлой. Не только потому, что ее фигура вырезана из белого мрамора, а потому, что об этом говорило ее выражение лица и аура, окутавшая статую. Статую, в которой жила частичка богини. Милосердие, доброта, участие — все это и много чего еще можно было увидеть в ее глазах и улыбке. Она любила всех. Она прощала все. Она понимала и принимала нас такими, какими мы были, без оглядки на расу, пол, возраст и прошлое. Она поддерживала. Утешала.

И помогала тем, кто этого желал всей душой.

Я общалась с ней молча. Не проронила ни звука, но я знала, что она услышала каждую мою мысль и каждое сомнение. Каждый мой поступок, каждое запретное знание стали известны и ей. Я не скрывала ничего, потому что чувствовала — вместе с исповедью я избавлялась от страхов и неуверенности. От боли, горечи, обид.

— Спасибо… — На глаза навернулись слезы радости, когда и меня окутало ее ласковое сияние.

Она не злилась на меня! Ни капельки!

А еще я знала, что делать дальше. Знала все. И была искренне благодарна Светлой богине за все, что она для меня сделала — забрала все мои страхи и сделала так, чтобы я поверила в себя.

Бесценный дар.

Божественный.