Тени войны - Алекс Орлов

Через несколько секунд, показавшихся солдатам очень долгими, из шахты со свистом подул горячий ветер, и на поверхность, оглушая десантников ревом двигателей, один за другим вышли пять «ребусов» и стремительно унеслись в высоту.

Едва ворота шахты дернулись, чтобы двигаться в обратную сторону, на ближайшую створку запрыгнули Рауль и Лоуренс и, держась за короткие веревки, перекинули через край тяжелую колоду. Позади них на движущейся створке наготове со своими рогатинами стоял Гаусс.

Ворота уперлись в деревянную колоду, и послышался треск сминаемого дерева. Но вскоре они сдались, и между створками осталась щель шириной около метра. Гаусс тотчас упал на живот и свесился вниз. Его придерживали за пояс Алекс и Стаут. Из шахты раздавалось только натруженное кряхтение компьютерного гения и пронзительные звуки сирен. Наконец у Гаусса начало что-то получаться, и одна сирена замолчала, а через минуту замолчала другая.

Гаусса вытянули за пояс из щели и похлопали по щекам. От висения вниз головой лицо его стало красным.

А сержант Стаут уже размотал веревку и первым спустился в щель между створок. За ним последовали остальные. Глубина оказалась около восьмидесяти метров, и вскоре все благополучно достигли дна шахты. Алекс приказал наглухо закрыть забрала шлемов, и отряд двинулся вдоль стены широкого туннеля.

Он тянулся около полукилометра, и за то время что десантники его преодолевали, им приходилось дважды прятаться в стенных нишах и пережидать, пока по туннелю не прокатятся возвратившиеся машины.

Когда отряд появился в ремонтном цехе, где прибывшие аппараты дозаправлялись топливом и пополняли боекомплект, на них сразу обратили внимание четверо охранников. Трое из них не успели даже прицелиться, а один бросился к кнопке тревоги, но был сражен выстрелом из штурмовой винтовки.

Находившиеся возле заряжающихся машин пилоты открыли в спины десантников огонь из легкого оружия, но доспехи надежно защищали солдат, и они без труда перестреляли всех сопротивляющихся и побежали к застекленной кабине. В ней находился пункт автоматического управления заправкой и перезарядкой боевых машин.

Дверь в кабину с терминалом оказалась закрытой, и когда Савин вышиб ее ногой, зазвучала сирена тревоги. Десантники быстро заняли позиции напротив входа в цех, а Гаусс, не теряя времени, забрался в кабину и, подсоединив свой взламывающий блок, начал подбирать пароли.

В цех ворвались полтора десятка простых пехотинцев, которые с испугу начали стрелять по сторонам. Они остановились, сообразив, что не видят противника. В этот момент прогремел дружный залп, и половина из них упала.

Остальные рванулись обратно к выходу, но убежать удалось только одному.

За это время Гаусс закончил свои дела и через стекло подал знак Алексу.

Командир оказался прав, и Гаусс сразу определил на карте большое, никак не обозначенное помещение, к которому шли все коммуникационные сети.

Очевидно было, что это и есть нужный им объект. Гаусс довольно быстро сориентировался во множестве подземных коридоров и теперь точно знал, куда идти.

Раньше подходы к этому подвалу охранялись солдатами из отряда «Хот». Но теперь все они были переброшены на охрану станций связи, столь необходимых в условиях войны. А им на смену прибыли обычные пехотинцы.

К подвалу вел отдельный стометровый узкий туннель. Свернув в него, десантники побежали, так как эта узкая труба в любой момент могла стать ловушкой, закрытой с обеих сторон. Бойцы находились уже на середине пути, когда впереди показалась физиономия пехотинца и, исказившись от ужаса, моментально исчезла.

— Поллак!.. Это они!.. Диверсанты!.. — визгливо заорал увидевший десантников пехотинец.

Алекс на бегу швырнул вперед легкую гранату, и крики были заглушены ее взрывом. Но Поллак оказался у заднего конца туннеля.

Неожиданно в спины десантникам ударили очереди из ручной плазменной установки. Первый заряд попал рядовому Канцелю в спину. Его насквозь пробитое тело пролетело еще несколько метров и, свалив Гаусса, упало возле стены. Один из зарядов сбил Алекса с ног, сорвав с него наплечник, другой разбил винтовку Савина. Остальные заряды плазмы чудом миновали десантников.

Капрал Савин, перекувырнувшийся от толчка через голову, встал на колено. Он вытянул вперед руку с «грау» и со второго выстрела прострелил пулеметчику голову. Затем, вскочив на ноги, он быстро, как спринтер, кинулся к поверженному противнику. Подобрав плазменную установку и ее дополнительный боекомплект, он бегом вернулся к Алексу.

Оставив бездыханное тело Канцеля, отряд двинулся дальше. В конце узкого туннеля была небольшая круглая комната, в которой взорвалась фаната Алекса.

Теперь здесь лежали двое убитых пехотинцев. От круглой комнаты шел широкий коридор с высоким потолком. И теперь только он отделял десантников от секретного помещения.

У лейтенанта Алекса Линдера появилось неприятное ощущение возле сердца.

Как будто какая-то чужая боль пришла к нему. Стараясь не отвлекаться, он повел десантников дальше. Когда они подошли к входу в последний туннель, Гаусс швырнул туда подобранный шлем пехотинца, и тотчас по нему ударил шквал огня из штурмовых винтовок. Стреляли не меньше десятка человек.

Алекс снял с пояса две осветительные фанаты и отдал одну Лоуренсу.

Капрал Савин, вооруженный трофейной плазменной установкой, понял все без слов и встал за углом, ожидая, когда осветительные фанаты бросят в туннель.

Одна за другой в туннеле полыхнули две ослепительные вспышки, и вслед за этим на середину его выскочил Савин. Пехотинцы, спрятавшиеся за баррикадой из металлической мебели, все еще боролись со световыми зайчиками и ничего не успели понять, когда плазменный смерч разнес в куски хлипкую баррикаду и их тела.

Как ни странно, но дверь в секретный подвал была заперта на обычный замок, который выбили выстрелом. Когда десантники спустились туда, их поразила пустота. Никаких специальных и хитроумных приборов они не обнаружили. А Алекса уже не отпускала острая боль в сердце.

Наконец он понял, где находится источник этой боли. Посередине подвала на полу стоял невзрачный металлический цилиндр. Всего около метра высотой и толщиной в полметра.

— Вот он, секрет нового оружия, — сказал Алекс, показав рукой на цилиндр, — Я еще не знаю, откуда это, но это — зло, ребята, в чистом виде…

Отойдите все к двери.

Когда все отошли, лейтенант Линдер повернулся к Савину и, кивнув в сторону металлического цилиндра, сказал:

— Давай, капрал…

Савин поднял плазменную установку, выпустив в металлический цилиндр длинную очередь. Металл полностью поглотил заряды, но через секунду зашуршал, защелкал и стал на глазах покрываться частой сетью мелких трещин.

У Алекса сразу отошла от сердца боль и прояснилась голова. Он вытащил из-за пояса свой штатный «грау» и, прицелившись, выстрелил в Портал, и тот рассыпался с хрустальным звоном на тысячи острых осколков.