Пара для дракона, или рецепт идеального глинтвейна - Алиса Чернышова

— Благодарю за совет, лорд, — голос Тира был поразительно мягок, но внутри дракон буквально вибрировал от напряжения и ярости. — Надеюсь, и вы однажды встретите свою пару и познаете любовь к ней на своем опыте. Должно быть, это ужасно — тысячелетия одиночества.

— Могло быть хуже, — с чёрных губ не сходила насмешливая улыбка. — Я, как и ваш наставник, не слишком скучаю в одиночестве, благо, мы оба умеем находить игрушки по вкусу. К слову, как жаль, что мне не довелось встретиться с господином Исом, моим старым добрым другом! Передайте ему мои наилучшие пожелания.

— Всенепременно, — сказал Тир, и Ирейн показалось, что она слышит скрип его зубов.

— Не посмею задерживать, ваша светлость, — поклонился Лаари. — Денно и нощно я молюсь Аштарити о вашем с княгиней благополучии.

— Благодарю, — сухо сказал Тир и протянул Ирейн руку. Та приняла её, и, лишь следуя за князем сквозь толпу, поняла, что не так: за все время разговора дракона и демона ни единого звука вокруг не прозвучало.

Ирейн хотелось, конечно, расспросить подробнее об этом лорде Лаари, она даже приоткрыла рот — но, столкнувшись с предупреждающим взглядом матушки Му, захлопнула его. В итоге, тишина была разбита только тогда, когда они вновь сели в нутро самоходной машины, где до того безраздельно властвовали Фло с Ветой.

— Что лорд Лаари забыл здесь? — матушка Му говорила вроде как легко, но за этим Ирейн чудилась тревога. — Мы, похоже, чего-то не знали об этой вечеринке.

— Я отправил вестника Ису, — отметил Ар. — Чем быстрее об этом станет известно в Предгорье, тем лучше.

— О, — сказала Фло, чуть прищурившись. — Сам Чёрный Палач заглянул на огонёк? Мне всегда казалось, что людей он предпочитает видеть совсем в других… обстоятельствах.

— А кто такой этот Лаари? — спросила настороженно Ирейн, чувствуя себя дурой (не то чтобы в этом ощущении было что-то новое). По хорошему, лезть в разговоры умных нелюдей не стоило вовсе, но ей стало не по себе от странных намёков до такой степени, что она даже прижала Вету покрепче.

Драконы, кажется, поняли её переживания и тут же натянули на лица более простые выражения.

— Тебе не стоит его бояться, моя княгиня — это просто тип такой специальный, неудобный, за которым частенько ходят неприятности. А так-то Лаари — просто брат правителя Вечного Царства, ну, и их Глава Безопасности — по совместительству.

— Понятно, — сказала Ирейн, чувствуя, как её коконом окружают успокаивающие эмоции Тира — не она одна училась пользоваться их связью.

Ну, если все не так уж страшно…

— Этот Лаари — приятель Иса, вашего друга, да?

— В известной манере, — как-то странно усмехнулась Му, а в эмоциях Тира проскользнуло нечто, от чего Ирейн не пожелала спрашивать дальше.

На пару минут повисла тишина.

— Княже, — сказала матушка после раздумья. — Мой сын попросил меня оставаться с княгиней первое время, но твоя пара хорошо справляется и без меня — вижу, Небо было милостливо, наделяя тебя ею, и вскоре это станет понятно не мне одной. Старейшины, быть может, и кучка престарелых маразматичных шовинистов, но даже им не изменяет логическое мышление. Я же встретила на этом чудесном мероприятии столько старых друзей, своих и чужих, что предпочту, пожалуй, задержаться.

Тир откинулся на спинку, и Ирейн почувствовала его сомнения, столь сильные, будто это был чуть ли не вопрос жизни и смерти.

— Ваша безопасность…

— Стала условностью ещё тысячи три лет назад. И это я молчу о том, что здесь, у всех на виду, я в разы защищеннее, чем обычно.

— Госпожа Му могла бы погостить у Михала, — вдруг встряла Фло. — Если есть настолько серьёзные сомнения.

— Хорошо, — сказал Тир. — Матушка, прошу вас, будьте осторожны, а не…

— А не как всегда? — вопросила Му насмешливо. — Заметь, княже, я ещё жива — а это уж о чем-то, да говорит!

Драконы переглянулись.

— Да будет так, — кивнул Тир медленно. — Хорошо проведите время среди друзей, матушка. Мы же, с вашего позволения, полетим.

— Э… полетим? — переспросила Ирейн нервно. — Вы это серьёзно?..

Как показала практика — да, они это серьёзней некуда.

В свое время Ирейн очень внимательно слушала откровения заезжавшего к ним преподавателя истории из захолустного магического универсума, который раз за разом надеялся обрести силы с щедрот Древнего Города. Этот самый учёный муж, напиваясь, постоянно баял о полёте на драконе — мол, величайшее мистическое переживание, источник вдохновения для любого поэта-магоциониста. Шанс, значитца, за который любому возвышенному мыслителю и помереть не жалко.

Ну, что тут сказать? Поэт и возвышенный мыслитель из Ирейн были, прямо скажем, ещё похуже, чем княгиня.

— А, может, мы своим ходом как-нибудь? — промямлила она, прижимая Вету покрепче.

Серый дракон, состоящий словно бы из завихрений постоянно норовящих сбежать ветров (редкостная красотища), натурально закатил глаза. Ирейн только покосилась завистливо: Казначей превращался в дракона небольшого (если сравнивать с князем), гибкого и компактного. Такого ничего не стоит в пристройке спрятать с комфортом!

Бирюзовый Тир, заметив её взгляд на друга, завистливо фыркнул и распахнул свои роскошные оперенные крылья, демонстрируя себя во всей своей красе. Ирейн тут же вернула внимание к нему.

"Я тебя не уроню, — сказал он мысленно. — В сфере тебе будет комфортно, все ощущения от полета нивелируются, а пейзаж будет, как на ладони. Верь мне!"

Она скептически оглядела прозрачный мешок с сияющей петлёй наверху, который напоминал ей одновременно воздушный пузырь в животе у рыбы и хозяйственную сумку, с какой дракон мог бы сходить на базар.

— Оно не лопнет? — поинтересовалась она опасливо.

Казначей закашлялся, Му рассмеялась, Тир заискрил. Не, ну хоть кому-то тут весело!

— Моя княгиня, уверяю, драконы столетиями носят в таких сферах друзей, слуг, возлюбленных и себе подобных в человечьем обличьи. Ещё не было ни одного случая, чтобы существа внутри погибали — по крайней мере, без желания на то дракона или очень серьёзного механического воздействия извне. Даже если на вас нападут, и сфера упадёт, вы ни капли не пострадаете.

— Кто нападёт? — тут же насторожилась Ирейн.

— Эм, это было гипотетически, — отозвалась матушка Му.

Надо сказать, со словом "гипотетически" у Ирейн отношения тоже были не очень. Всякий раз, когда бухие до синевы приезжие маги говорили что-то вроде "гипотетически, я умею превращать медь в золото", "гипотетически, выпивки станет вдвое больше", "гипотетически, все должно пройти хорошо — так вот, на выходе из этого самого, которое на "г", вдруг оказывалось, что медный поднос рассыпался в пыль, бочку настойки, от одного глотка которой помер незадачливый пьяница, надо отсылать в Ковен для экспертизы, а все, что должно было быть хорошо, выходит в итоге очень, очень плохо.