Пара для дракона, или рецепт идеального глинтвейна - Алиса Чернышова

— Экспедиции, — поправил лекарь-дракон быстро. — Да, кажется, я улавливаю эту идею. Прошу простить мои резкие высказывания, моя княгиня. Стоило понять сразу. Благо это явление типично для развивающейся человеческой культуры, и не столь важно, применяется ли в качестве лекарства вода, ментальная магия или электрошок.

Ирейн не совсем поняла последние слова, но пошла на попятный. Право, с чего это она на лекаря взъелась? Пора бы уже привыкнуть к тому, какая у нелюдей бывает реакция.

— И вы простите, — сказала она. — Знаю, что у вас такое не принято.

— Не принято, — вздохнул Каменный. — Это не совсем верная постановка вопроса. Видите ли, для нас понятие Предназначения — базис, на котором зиждется культура. Нам от рождения даруется магия, место в паутине вероятностей и истинная пара. И то, что было сделано с вами, не может восприниматься нами адекватно: вы были буквально на волоске от того, чтобы лишиться магии и всего, что приходит с ней — пары в том числе.

Ирейн поёжилась от того ужаса, который охватил Тира.

— Нам повезло, что этого не произошло, — продолжил лекарь. — Но оставить все, как есть, не представляется возможным, если вы желаете в будущем наладить нормальный, стабильный энергообмен.

— Вы можете это исправить, господин Ме? — спросил Тир, положив руки ей на плечи.

— Как я уже сказал, мне придётся ещё получить консультации от специалистов, ибо мои познания в тёмной магии недостаточно глубоки. Однако, прогноз спорный. Да, что-то сделать удастся, но вы и сами должны понимать ситуацию. Её светлость — тёмная ведьма. Это значит, что дар её, по сути, состоит из трёх взаимосвязанных составляющих — магий смерти, хтонической природной и ментальной. Последняя, как вы знаете, входит в десятку самых сложных для изучения и тройку хуже всего поддающихся контролю. С лёгкой руки… моего неведомого коллеги, которого я позже попытаюсь отыскать для обстоятельной научной беседы, магия ассоциируется у княгини с болью. Таким образом, для того, чтобы все исправить, помимо лекарского вмешательства потребуются старания, медитации, тренировки сознания с её стороны. И уйдут на то, чтобы получить хотя бы минимальный эффект, не дни и не месяцы, а годы.

— Годы…

— Да, княже. Увы, но в ментальных сферах правило "ломать проще, чем строить" работает в разы сильнее остальных. Сознание слишком сложно, ментальная энергетика тонка и непредсказуема, и мгновенного результата тут быть не может, равно как и гарантий. Я сделаю все, что смогу — но остальное будет зависеть от вас.

Тир осторожно погладил Ирейн.

— Хорошо, — сказал он. — Вы отчитаетесь перед Советом о состоянии княгини?

— Лишь о текущем состоянии, — дракон серьёзно поглядел в глаза Князю. — Я сообщу им, что из-за покушения княгиня сможет встретиться с ними не ранее чем через пятнадцать суток. Остальное останется меж нами.

— Спасибо, — сказал Тир. — Я запомню это.

А потом повернулся к Ирейн.

— Слышал, у людей принято заносить женщин в новый дом на руках. Как ты думаешь, будет логично, если ты будешь нести Вету, а я — тебя?..

— Ну нельзя же оставлять их прямо так, на виду! А если кто украдёт?

Тир, лениво перекатив голову по мрамору купальни, спросил:

— Ну и кто может их тут украсть?

— Да вот хотя бы я! — засопела Ирейн. — Это же рас-то-чи-тель-но!

Князь вздохнул.

— Сердце моё, — проникновенно. — Это же наши покои, то есть, если ты их и украдешь, то у себя самой. Это, я тебе скажу, точно породит новый прецедент в мировом праве. И вообще, у меня возникает чувство, что дракон, переживающий за свои сокровища, у нас ты, а никак не я!

Ирейн снова посмотрела на стену, изукрашенную барельефом с вкраплениями драгоценных камней. Собственно, насчет сохранности оных она и пыталась вести с разомлевшим драконом разъяснительную беседу — с очень переменным успехом.

— Но…

Тир, очевидно, посчитал, что ещё одного витка диалога просто не выдержит, потому ловко изловил свою пару и принялся отвлекать всеми возможными способами. Отвлекателем князь был умелым и ненасытным, вода подогревалась магией, солнце давно опустилось над княжеской долиной, потому Ирейн позволила себе просто расслабиться и плыть по течению — благо, оно того стоило.

Князь последовал советам лекаря с выдающимся рвением: десять дней Ирейн не видела ничего, кроме роскошных комнат так называемого "женского крыла", прилегающих к ним висячих садов да зелёной зоны, пропитанной целебной магией. И никого, кроме Тира и Веты.

Правда, мелькало ещё энное количество служанок, что умудрялись оставаться совершенно незаметными и не докучать. Это, впрочем, было частью культуры: у девушек были одинаковые наряды, максимально скрывающие фигуру, одинаковые причёски (как утверждал Тир, ту, что явилась бы с неаккуратно убранными волосами или хоть толикой косметики, ждало бы немедленное увольнение), а лица прислужниц скрывали полумаски, которые не то чтобы прятали черты лица, но смазывали их. В общем, сии девы умудрялись казаться скорее привидениями, чем реальными людьми.

Надо сказать, первые несколько дней Ирейн за такой подарок, как одиночество и покой, Тиру была благодарна: она исследовала ту часть Княжеской Резиденции, где её поселили, наблюдала с высоты за Долиной, чтобы вечером забросать дракона вопросами о том, как оно все устроено, пробовала всяческие необычные блюда, игралась с Ветой. Тишина после всего, что случилось за последние недели, вовсе не тяготила, да и Тир, надо отдать ему должное, проводил с ней каждую свободную минуту — к обоюдному удовольствию.

Как знать, была ли это такая специальная тактика или нет, но произошло неизбежное: очень быстро Ирейн, натура деятельная и к праздному времяпровождению не привыкшая, в своих роскошных покоях основательно заскучала. Да, общую тоску слегка разбавляла возможность поболтать с Фло (как выяснилось, та дала Ирейн в дорогу не только пироги, но и несколько неактивированных куколок тишины, зеркальце для связи, ещё парочку интересных полезностей и письмо с дельными советами и объяснением, как новыми подарками пользоваться). Однако, на десятый день Ирейн все же окончательно и бесповоротно взвыла от скуки, вцепилась в попытавшегося поутру вероломно удрать по своим княжеским делам Тира, как медвежонок в ветку, и отчаянно запросила о пощаде. Князь не удивился и даже обрадовался (чем окончательно подтвердил теорию хитромудрого заговора с его стороны), и тут же предложил устроить небольшой завтрак в кругу друзей — благо, гардероб ей на первый случай уже приготовили, драгоценности он ей отобрал, а его советники уже ночей не спят — так жаждут с ней познакомиться.

Ирейн, на самом деле, вполне себе подозревала, что видали её драконы-советники… собственно, там же, где и она их. Тем не менее, понимала и то, что знакомиться с друзьями Тира все равно придётся, и чем раньше, тем лучше.

Состоялся "скромный дружеский обед" на оплетённой диковинной растительностью площадке над водопадом, с которой открывался поистине роскошный вид на Долину. Какие-то чары заглушили рокот воды, и она падала бесшумно, порождая многочисленные радуги и создавая иллюзию абсолютной нереальности происходящего. Это было Ирейн на руку: как-то проще было думать, что это не она выходит с князем под руку пред светлы очи его советников, а просто сон такой причудливый, предрассветный.