Шестой знак. Том первый - Александра Лисина

При виде «предложения» повелитель на мгновение растерялся. Да так искренне, что ему было невозможно не поверить. Его глаза снова округлились, а во взгляде отразилась напряженная работа мысли, к которой примешивалось неподдельное недоумение. На конверт он смотрел, как на ядовитую змею, которая невесть как прокралась в его спальню. А когда поднял взгляд, там появилось столько непонимания, что я окончательно поверила: эта дурацкая идея принадлежала кому-то другому.

– Леди, откуда вы это взяли?

– Пару оборотов назад доставили, – суховато сообщила я. – Ниг принес со словами, что это якобы от вас.

– Ах да… – владыка неожиданно нахмурился, а потом неловко кашлянул. – Прошу прощения. Мне жаль, но письмо было доставлено вам по ошибке.

Я хмыкнула.

– Спасибо, обрадовали.

– У нас существует обычай… – замедленно пояснил он, изучая собственный герб на конверте так, будто никогда раньше не видел. – Любая женщина, появляющаяся во дворце, непременно должна показаться мне на глаза.

– Зачем? – непонимающе моргнула я. – Ниг говорил, что в «невесты» приглашают девушек только определенного возраста. Под который я, к счастью, не подхожу. Собственно, именно поэтому появление конверта так меня удивило.

– Возраст тут не имеет значения, – качнул головой владыка. – Это… скажем так, результат недальновидного решения, из-за которого я теперь вынужден искать женщину, которую судьба предназначила лишь для меня одного.

– Что? – едва не растерялась я. – Вы ищете, сами не зная кого?!

– Это сложно объяснить, – вздохнул он, облокотившись на стол. Причем на лице владыки в этот момент появилось настолько странное выражение, будто он и хотел бы пояснить свою мысль, да только сомневался, что это стоит делать. Наверное, я – не тот собеседник, с которым можно спокойно разговаривать на такую щекотливую тему? Или он еще не успел забыть своей недавней вспышки? Вернее, причины, по которой она произошла? Все-таки первая часть разговора вышла у нас, мягко говоря, нервной. И быстро это не забудется, как ни крути.

Какое-то время мы молчали, думая каждый о своем. Я помалкивала больше потому, что не считала себя вправе влезать в чужую жизнь, а он… действительно сомневался, наверное?

– Вообще-то, это не такая уж большая тайна, – словно прочитав мои мысли, обронил повелитель. – У нас об этом прискорбном случае знают практически все. Так что, наверное, нет смысла что-либо утаивать.

– Если вам эта тема неприятна, давайте поговорим о чем-то другом, – дипломатично предложила я.

Но он только усмехнулся и, вернув самообладание, уже другим тоном ответил:

– Раз уж сегодня ваша очередь задавать вопросы, то я не стану нарушать традицию. Тем более рано или поздно все равно кто-нибудь расскажет. Пусть лучше вы узнаете это от меня, чем через третьи руки.

Я деликатно смолчала.

– Это случилось, когда я был молод, – чуть прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, негромко начал рассказывать владыка. – Примерно двести пятьдесят лет назад, когда в Тень отправился отец, передав мне право на владение страной. Возможно, вам известны особенности наследования силы у магов, обладающих равными способностями к Свету и Тени, но если же нет, то для начала я должен сказать, что в семьях таких магов возможно рождение лишь одного наследника с даром. Причем для его зачатия наибольшее значение имеет, как ни странно, личность матери, а не отца. В первую очередь потому, что выносить младенца с даром способна далеко не каждая женщина.

Я снова смолчала, но при этом решила уточнить потом у Эннара кое-какие скользкие моменты. Вдруг и у него в роду такая же фигня?

– Раньше мои предки искали пару на протяжении многих лет, а кто-то – и десятилетий, – продолжил владыка, не обратив внимания на мою задумчивость. – Это было утомительно, долго и не всегда продуктивно. Поэтому со временем наши маги изобрели методы, позволяющие определить потенциальную супругу с довольно высокой долей вероятности, хотя даже с их помощью поиски больше походили на игру со случаем. Как правило, претенденток все равно оказывалось несколько, и каждая из них имела равные шансы стать супругой повелителя. Но как только одна из них оказывалась на сносях и маги подтверждали зачатие наследника, именно она получала титул владычицы.

– И что, исключений не было? – осторожно поинтересовалась я, еще больше озаботившись своим собственным будущим.

– До сегодняшнего дня – нет. В нашей семье на протяжении долгого времени принята традиция: до тех пор, пока не родится наследник, количество потенциальных матерей не ограничено. Невест может быть одна, две, три… столько, сколько девушек пожелают рискнуть. Разумеется, тех, кого предварительно отобрали наши маги. При этом если в результате такого союза рождается обычный ребенок, он остается здесь же, во дворце, вместе с матерью, а если вдруг появится наследник…

Я кивнула – дальше можно было не объяснять.

– Значит, у вас были большие семьи? – предположила я.

– Напротив, – покачал головой повелитель. – После рождения наследника мои предки, как правило, не озабочивались вопросами продолжения рода – это теряло смысл. За тем исключением, конечно, если у владыки возникали теплые чувства к супруге. Но могу сразу сказать, что это – исключения. Во всех остальных случаях в наших семьях редко когда появлялось больше двух-трех детей.

– А вы, вероятно, в своем поколении оказались единственным? – снова предположила я.

– Отец с первого раза угадал с супругой и посчитал, что других наследников ему не нужно. Тем более что рано или поздно непременно встал бы вопрос о том, кому передавать Знак, а он не хотел междоусобиц.

– Почему он считал, что обладать Знаком должен именно маг?

– Чтобы поддерживать Купол, разумеется, – спокойно отозвался повелитель, впервые за вечер потянувшись к бутылке вина. – Гораздо легче управлять миром, когда за него отвечает один человек. И когда власть сосредоточена в одних-единственных руках.

Я улыбнулась.