Я, ангелица - Катажина Береника Мищук

Я плыла в широкой лодке по Озеру Времени. Петрек греб с улыбкой. Я чувствовала себя счастливой, хотя мне было немного душно, несмотря на то что мы находились на свежем воздухе, а мое лицо щекотало легкое дуновение ветра.

Мы спокойно плыли, и все это время мимо нас проплывали видения. Все они были обо мне.

Я с университетским дипломом.

Я в белом платье.

Я в Париже во время медового месяца.

Я с подписанным трудовым договором.

Я держу на руках какого-то кричащего младенца.

Полнота счастья и самореализации в моем нынешнем душевном состоянии.

Внезапно этот прекрасный сон, когда я широко улыбалась и пускала слюни на наверняка вышитую вручную и непригодную для стирки подушку Клеопатры, резко потревожили. Хуже всего было то, что прервал его женский вопль с сильным американским акцентом, прекрасно уловимым даже в этом единственном метком слове:

– ЗАРАЗА!

Я тут же села на кровати. Вернее, попыталась сесть. Мне это не удалось, потому что я запуталась в руке Петрека, которой он меня обнимал. Потом выяснилось, что на мне была еще его нога и полгруди, из-за чего мне, наверное, и стало немного душно, а нежное дуновение ветра оказалось дыханием Петрека, лицо которого лежало недалеко от моего.

– Что такое?.. – пробормотал он невнятно, с трудом разлепив глаза.

Перед нашей кроватью стояла Филис, одетая, как обычно, в кожаный костюм проститутки. Совершенно никакого вкуса. Не знаю, как можно по собственной воле сочетать на себе столько ярких красок. К тому же ее огромная грудь, как обычно, выглядела так, будто держалась под одеждой только с помощью исключительно сильной магии.

Интересно, что было бы, если бы она попробовала пробежаться?

Ах да. Тогда она получила бы ей по лицу.

– Где рукопись? – злобно прошипела она, сжимая в руке пустой рюкзак.

В отличие от Клеопатры, она справилась с застежкой-молнией. Должна признаться, не ожидала такого от нее.

Петрек сел и потер глаза. Увидев одетую в цветастые тряпки рыжеволосую Филис, он прокомментировал все происходящее так, как умел только он – коротко и по теме:

– О фак…

– Сифилис, какого черта ты здесь делаешь? – рявкнула я.

В ее глазах раскраснелась злость, впрочем, как и на щеках.

– Филис, ты ничтожество, – ответила она. – Я ищу рукопись Морония. Где вы ее спрятали?

Я небрежно оперлась локтем о спрятанную под подушкой тубу. Я скорее ее раздавлю, чем отдам этой корове.

– Не вижу причин, по которым я должна поделиться с тобой этой информацией, – ответила я.

– Хорошо, тогда я тебя убью, а потом поищу ее сама, – улыбнулась она.

– Погодите-ка. Я ничего не понимаю. – Петрек сел. – Почему ты хочешь ее убить?

Филис смерила его долгим взглядом.

– Потому что я заключила сделку с ангелом Моронием, – объяснила она, наверное, только потому, что красавец Петрек ей приглянулся. Уверена, мне бы она об этом не рассказала.

– С Моронием? – выдавил парень.

Меня захлестнуло отчаяние. Есть ли хоть кто-нибудь, кто не заключал с ним какую-нибудь сделку?

– Да. В обмен на рукопись и убийство Виктории он обещал отдать мне Белета, – призналась она без всякого стеснения. – Мы были любовниками. Я любила его, пока ты не появилась!

– За помощь Моронию ты будешь осуждена и наказана Люцифером, – сказала я, пытаясь ее вразумить. – Скорее всего они отнимут у тебя силу, и ты, как обычная гражданка Нижней Аркадии, с Белетом быть не сможешь. Вашим отношениям навсегда придет конец.

Надо будет спросить об этом Белета. Значит, у него была девушка?! И когда, черт возьми, она у него появилась? Когда он ухаживал за мной?! Ревность начала пожирать меня изнутри.