Я, ангелица - Катажина Береника Мищук

– Я не справился, потому что не хотел убивать ее так, как ты, – прорычал парень, вскочив на ноги. – В отличие от обычного дьявола у меня есть совесть.

– Я не обычный дьявол, – процедил Белет. – Ты забываешь, что скоро я стану ангелом.

– Явно не после того, как тебя посадили в тюрьму, из которой ты сбежал.

Белет на мгновение растерялся.

– Возможно, – ответил он. – Тогда я необычен по другой причине. Виктория желает меня.

– Подумать только. – Петрек уперся руками в бока. – Меня тоже. Это не делает тебя лучше меня, человека, не так ли?

Впервые кто-то переспорил остолбеневшего в этот момент Белета. Я была впечатлена, несмотря на то что они оба совершенно забыли обо мне.

И это было мое дело, кого я желала…

В тот же миг они заметили, что я стою на полу на коленях.

– Сейчас помогу, – сказали они в ту же секунду и бросились ко мне.

Они схватили меня за плечи и дернули вверх. Голова бессильно повисла, когда перед глазами резко потемнело.

О… я забыла про кровотечение…

* * *

Некоторое время спустя я очнулась в кровати. Рядом со мной с угрюмыми лицами сидели мужчины моей жизни.

Я глубоко вздохнула. Очевидно, кто-то из них восстановил мои внутренние органы. Наверняка это был Белет, потому что Петрек еще не умел этого делать. Если только он не научился этому инстинктивно, как и я.

Лежала я в другой спальне. Скорее всего меня перенесли. Подушка под моей головой пахла Белетом. Значит, я оказалась в его постели.

– А что Филис? – спросила я.

Дьявол пожал плечами. Видимо, его мало это волновало.

– Наверное, там и лежит.

– Она встанет? – предпочла удостовериться я.

– Наверное, встанет, – ответил он.

Если она не встанет быстро, то Клеопатра удивится, увидев новый элемент декора. Теперь Филис могла притвориться атрибутом для натюрморта.

– Кстати, кто она вообще такая? – спросил Петрек.

Он не знал, что она была новой дьяволицей, а я не успела ему об этом рассказать. Я быстро объяснила ему эту маленькую деталь.

– А убить нас она хотела, потому что была в сговоре с Моронием? – убедился парень.

– Да, – ответила я и резко села. – Рукопись!

– Все здесь. – Петруша похлопал по лежавшему рядом с ним рюкзаку, который я заметила только сейчас.

– Что значит с Моронием? – Лицо Белета окаменело. – В чем дело?

– Ну, твоя бывшая любовница, – я не могла отделаться от обвинительного тона, – сообщила нам, что заключила с Моронием сделку. Она должна была убить нас и отдать ему рукопись. Взамен ангел пообещал, что, когда все закончится, он вернет тебя ей.

Дьявол нахмурился.

– Так и знал, что надо было ее убить, – вздохнул он и тоскливо посмотрел на дверь. – Может быть, она все еще там?..

– Послушай, Белет, неважно, жива эта потаскуха или нет. Важно то, что, видимо, все на нас охотятся, потому что ни в этом мире, ни в параллельных нет людей, которые не сговорились бы с Моронием.

– А ты что, ревнуешь? – Дьявол придвинулся ко мне с озорной улыбкой.

– Ты, отойди от нее, – оттолкнул его Петр. – У нее был сердечный приступ. Ты мешаешь ей дышать.

– Молчи, сын Адама, – прорычал Белет.

– Спокойствие! Немедленно успокойтесь, – приказала я. – Белет, говори, в чем дело!

Дьявол неохотно присел на край кровати, но положил руку так, чтобы касаться моего бедра.

– Я был одинок, когда ты вернулась на Землю к своему смертному и вдобавок забыла обо мне. Потом появилась новая дьяволица. Признаюсь, рыжие не в моем вкусе. Они от природы вредные и распутные, но у меня не было выбора. Ни с кем другим я быть не мог, а она была под рукой… Но если хочешь знать, то грудь она увеличила себе уже в Аду.

Мне не хотелось этого знать. Но я узнала, что безумная дьяволица не обманывала нас. Кажется, у нас были большие проблемы. Если учесть внешность Белета, то у нас на хвосте могли быть десятки девиц, возбужденных его сверхъестественным фаллическим естеством.

Интересно, насколько оно сверхъестественное?

Я покраснела. К счастью, мои мысли никто не читал. Петрек бы смертельно оскорбился, а Белет…

Ладно, он бы обрадовался.

– К тому же ты в это время была с Петром, – заметил дьявол. – Значит, мы оба изменяли друг другу и оба виноваты.

– Чтобы изменить, вы должны были быть друг с другом, – злобно прокомментировал Петрек.

– Мы связаны друг с другом, – с превосходством ответил Белет. – Может, не физически, но эмоционально точно.

– Что нам делать? – тяжело вздохнула я, прерывая их спор. Мне было не по себе, когда они при мне обсуждали возможные отношения в нашем треугольнике. – Раз уж мы не спим, то пойдем за этой костью невинного и кольцом?

Интересно, ждет ли нас отлучение от церкви?.. Отлучение, хм… В таком случае попадает ли отступник в какой-нибудь из загробных миров, или его сразу отсылают в Тартар?

– Пойдем. – Петрек встал и подал мне руку.

Я воспользовалась его помощью, чтобы встать с постели, но на этот раз у меня не закружилась голова. Хороший знак.

В этот момент мы услышали за окном сигнальную сирену и скрипучий из-за мегафона голос демона:

– В здании был нарушен пункт 6 положения номер 6, в котором говорится о взаимном обращении особ, наделенных адской силой. Известно, что на территории здания находится дьяволица в тяжелом состоянии. Обидчика или обидчицу просят покинуть здание и отправиться на беседу с Сатаной. Повторяю…

Мы прослушали одно и то же объявление еще пять раз. Шестерка была повсюду. Наверное, они должны были сказать это шесть раз, иначе написанный в шести экземплярах протокол задержания не имел бы силы.

Думаю, нужно переезжать в ранее упомянутый Тартар. Только тамошние власти, если таковые там имеются, все еще нас любят.

А любят исключительно потому, что с нами незнакомы.

Я вопросительно посмотрела на Белета. Может, мы могли бы сбежать через дверь, воспользовавшись дьявольским ключом?

Но красавец стоял, о чем-то задумавшись. Наконец он вздохнул:

– Значит, она все-таки жива, а я уж подумал…

– На всей территории здания проходы были заблокированы. Обидчик или обидчица, у вас нет возможности сбежать с помощью адских сил. Вас просят немедленно пройти к главному входу и сдаться. Повторяю…

На случай нашей глухоты он снова, запинаясь, проговорил пять раз одно и то же сообщение. Моя затея с дверью с треском провалилась.

Я направилась к выходу.