Попала, или Жена для тирана - 2 - Валерия Чернованова

Второй голос, явно принадлежащий молодой женщине, показался мне знакомым. Где-то я его слышала…

Сделав над собой усилие, заморгала, хоть даже это незатейливое движение далось с трудом. Без толку. Окружающая обстановка продолжала расплываться. Я видела лишь размытые тени вместо мебели и два силуэта, один из которых склонился ко мне, прошептав:

— Пейте, госпожа. Вот так…

Почувствовав прикосновение к губам прохладного стекла, послушно их приоткрыла. Пила маленькими глотками, продолжая вслушиваться в тихий голос незнакомца:

— Все будет хорошо. Вы обязательно поправитесь.

Обнадеживающий прогноз. Немного позитива мне сейчас точно не помешает.

Постепенно перед глазами начало проясняться. Наконец я различила склонившегося надо мной мужчину с аккуратной бородкой и теплыми карими глазами. Заметила раскрытый саквояж на столе, множество поблескивающих в лучах солнца баночек и пришла к выводу — целитель. А скосив взгляд, сразу вспомнила, где слышала мелодичный женский голос.

У себя. Всего каких-то несколько недель назад этим голосом говорила я.

Облизав пересохшие губы, чуть слышно прошептала:

— Даниэла?

В горле неприятно саднило, словно меня старательно душили, а боль в висках, стоило пошевелиться, тут же разлилась по всему телу.

Демоны.

Фантальм одарила меня прохладной улыбкой:

— Ну вот мы с вами и познакомились, госпожа Вертано. Вы же не против, если я буду так вас называть? Дабы не вводить в замешательство окружающих. — Она скосила взгляд на заботливого бородача.

Я пожала плечами, мол, без разницы, и прикрыла веки — дневной свет резал глаза.

— Господин Гарит, оставьте нас, — донеслось спустя несколько мгновений.

— Я буду в соседней комнате. Если ей станет хуже, сразу зовите, — предупредил мужчина и вышел.

Когда шаги за дверью стихли, Даниэла опустилась в приставленное к кровати кресло.

— Честно говоря, думала, что лекарь тебе не понадобится и стоит вызвать гробовщика, но ты снова удивила.

Слабо улыбнувшись в ответ, я спросила:

— Что ты делаешь в Жеиме?

Живая, ну то есть бодрствующая, Даниэла была еще прекраснее. Неудивительно, что Ярый в нее влюбился. Да и Редфрит вполне может полюбить в будущем.

Велев себе не думать о короле и уж тем более не ревновать его к законной жене, сосредоточилась на голосе своей тезки:

— Я здесь из-за Мильдгиты. Ведьма Редфрита всегда была скрытной, чего нельзя сказать об Эдаре. Я сразу поняла, что моя хирата что-то затевает с этой дрянью и решила разобраться. Оказалось, эта она подбила Эдару убедить тебя исчезнуть. И мне стало интересно. Зачем Мильдгита так отчаянно пытается от тебя избавиться? Уж точно не ради нас с Редфритом старается и не о наших отношениях переживает. — Разгладив на ярко-бирюзовой юбке складки и машинально поправив кружевную манжету, чародейка продолжила: — Узнав, что ты ее не послушалась и сбежала, Эдара забеспокоилась о тебе. А вот Мильдгита пришла в ярость, что только подогрело мое любопытство. Уж не знаю, как она тебя отыскала, но, когда она понеслась в Пограничье, я последовала за ней.

— И Редфрит тебя отпустил?

На мгновение Даниэла нахмурилась, а потом пробормотала:

— Ах да, ты же ничего не знаешь… В день твоего исчезновения на западе Треалеса произошло сильное землетрясение. Несколько яростных толчков разрушило целый город и близлежащие поселения. Это стало настоящей трагедией. Королю пришлось срочно уехать, и я осталась предоставлена сама себе.

Я зажмурилась, даже боясь представить, сколько людей пострадало из-за Спящего. Сердце сжалось от жалости к несчастным, потерявшим кров и близких.

— Теперь мне стыдно. Подсознательно я злилась на Редфрита за то, что не искал меня, а получается…

Даниэла перебила, не дав мне закончить:

— Он отправил за тобой солдат, но, как понимаешь, сам за тобой не носился. Просто было не до твоих капризов. В первую очередь он король, Даниэла, и только потом страдающий влюбленный, которого ты уже дважды послала к демонам.

— А что мне оставалось делать? — Теперь я злилась на Даниэлу, задетая ее насмешкой. — Быть любовницей при живой жене? Нет, такое точно не по мне.

Фантальм снисходительно улыбнулась:

— Мы с его величеством разводимся. Это была его идея, о которой он сообщил мне, едва я очнулась.

М?

Я как-то сразу забыла о боли и даже сумела взволнованно протараторить:

— Но как же наш с ним разговор?! Его слова про то, что я всегда буду на вторых ролях! И… Ах, вот оно как…

Только тут до меня дошло, хоть и шло долго, что говорила я вовсе не с королем. И это не он небрежно трепал меня по щеке, как домашнюю кошку, которая вроде и радует глаз, но без которой в жизни ничего не изменится. Есть я, нет меня — разница невелика.

— Мильдгита.

Даниэла кивнула:

— И здесь она отличилась. Стерва всегда была предана темным богам, но особую любовь питала к Алгону, богу обмана и хитрости. Помню, еще когда учились вместе, она ночами пропадала в храме, истово молясь своему идолу. Мильдгита выбрала его покровителем и делала все, чтобы перед ним выслужиться.

Мне вспомнилась ночь в храме, когда я имела несчастье ближе познакомиться с интриганкой Эсфой. Гита тогда явилась на поклон к статуе рогатого мужика в набедренной повязке, а богиня страсти приревновала.

— Неизвестно, какими еще способностями наделил ее Алгон. Хитрости и целеустремленности этой твари не занимать.

— А еще жестокости, — тихо сказала я и с сочувствием добавила: — Это она убила Теобальда, подставив накаи, чтобы Редфрит уже точно на них ополчился.

Заметив, как поменялось выражение лица Фантальм, я собралась с силами и рассказала об интригах королевской колдуньи.

— …Она всю жизнь ненавидела Диких. Настолько, что эта ненависть поглотила ее разум, превратила в безумную. Мильдгите нет дела до Спящего, ей безразлично, что будет с этим миром. Она напролом идет к своей цели и, если ее не остановить, боюсь, уничтожит Средиземье.

Некоторое время Даниэла молчала. Сидела неподвижно и, казалось, меня не слышала. Смотрела перед собой, на пылинки, медленно кружившие в косых лучах солнца, и, только переведя на меня взгляд, тихо произнесла:

— Не уничтожит. Я об этом позабочусь..

— Ты ее…

Даниэла раздраженно тряхнула головой, давая понять, что больше не желает говорить о ведьме-маньячке и о том, что с ней станет.

Пройдясь по мне внимательным взглядом, с явным любопытством поинтересовалась:

— Есть предположения, почему ты выжила? Яд, который Мильдгита тебе подсыпала, убивает быстро.