Хризантема с шипами - Делия Росси

Он спрыгнул на землю, кинулся к полуразрушенным ступеням, взлетел по ним и замер, словно наткнувшись на невидимую стену.

– Ну же, давай, – не видя его, говорила Александра. Ее голос звучал ласково, как будто она уговаривала напуганного ребенка, а маленькая ладонь поглаживала камни так нежно, словно касалась чего-то невесомого и хрупкого. – Не бойся. Я тебе помогу, – шептала жена, и Редклиф, как бы ему ни хотелось сделать последний шаг и сгрести Алекс в охапку, заставил себя остаться на месте. Только смотрел, не отрываясь, на Сэнди, слушал ее разговор с духом, и чувствовал, как разжимаются липкие лапы страха, как исчезает противная дрожь, как отпускает напряжение, и как радостно забилось сердце. Жива! Каким-то невероятным чудом Алекс осталась жива!

– Ну? Постарайся, – не замечая ничего вокруг, шептала жена, и он видел, как от камня к ее рукам перетекает серебристый комок. – Вот так, – сжимая его в ладони, успокаивающе пробормотала Александра. – Я отвезу тебя в Горленд, и там ты сможешь набраться сил и вернуть потерянную форму.

Жена улыбнулась, подняла глаза и увидела Редклифа. И у него перехватило дыхание от того, какой радостью наполнился ее взгляд.

– Редклиф!

Алекс бросилась к нему, а он подхватил ее в объятия, сжал, нашел смеющиеся губы и смял их поцелуем – таким, каким мечтал. Глубоким, безоглядным, горячим, заставляющим чувствовать себя удивительно живым.

– Жива… – прохрипел Редклиф, с трудом оторвавшись от жены, и в тот же миг Александра точно так же выдохнула: – Живой!

И они оба замерли, не в силах отвести друг от друга глаз.

– Редклиф, ты же его убил? Он больше не будет угрожать людям?

– Не будет, – кивнул Редклиф, вглядываясь в любимое лицо. И то, что он там увидел, заставило его сильнее сжать руки. Алекс поверила. До конца и полностью. Она больше не считала его душегубом.

– Сэнди…

В душе разлилось тепло. Никогда раньше он не испытывал и тысячной доли того, что чувствовал сейчас.

– Я так за тебя боялась, – шепотом призналась Александра, пряча лицо у него на груди.

А у Редклифа от этого ее признания и от той доверчивости, что ощущалась в каждом слове, в каждом жесте жены, сносило голову. Он снова накрыл сладкие губы своими и забыл обо всем, целуя, присваивая, вдыхая, вместо воздуха. И страстно желая продолжить. Но вместо этого заставил себя оторваться от жены.

– Устала? – спросил почти неслышно. Голос хрипел, как после простуды.

– Немного, – вздохнула Алекс.

– Почему ты меня не послушалась? Нужно было оставаться в Горленде.

– И оставить тебя без помощи? Ну, уж нет! – возмутилась Александра.

– Ты не должна была рисковать собой. Ты хотя бы представляешь, во что ввязалась? Да я чуть с ума не сошел, когда понял, что ты натворила!

– Но ты же сам сказал, что духи должны составить круг Энсона.

– Духи, Сэнди! Не ты!

– Но для круга нужны были двенадцать участников. Иначе ничего бы не получилось.

– Проклятье! Я забыл про дримлера Дубового особняка.

– Ну вот, видишь, – погладив его по щеке, улыбнулась жена. – Я должна была помочь. Чего ты так всполошился?

– Ты не понимаешь, что грозит тому, кто вступит в круг, не обладая родственной силой Черных лордов.

– Но Ваго сказал, что Хризантема Черного лорда может участвовать в ритуале.

– Он так сказал?

Голос Редклифа дрогнул.

– Ну да.

– Сэнди…

Он подхватил жену на руки и прижал к себе так крепко, что та шутливо принялась вырываться.

– Редклиф, задушишь! Немедленно поставь меня на землю!

– Сэнди…

Он не мог произнести ничего другого, только повторял и повторял имя жены. А в груди бурлило такое, что куда там недавним чувствам и ощущениям!

– Ты можешь объяснить, что происходит?

– А ты не догадываешься?

Он посмотрел жене в глаза, и та неверяще вздохнула.

– Не может быть, – прошептала Алекс неожиданно осипшим голосом.

– Может. Иначе тебя бы уже не было в живых.

– Но доктор Райли говорил, что я вряд ли смогу иметь детей. По крайней мере, не в ближайшее время так уж точно.

– Доктора часто ошибаются в своих прогнозах, – усмехнулся Редклиф и посмотрел на жену так, что ее щеки заметно порозовели. – Домой? – тихо спросил он.

– Да. Ужасно хочу оказаться в Горленде, – прошептала Александра. – Никогда не думала, что скажу это, но твой замок действительно стал мне домом.

Редклиф ничего не ответил. Сердце, которое он столько лет держал в узде, давно уже вышло из-под контроля, и теперь таяло, как ледник под жарким солнцем, растекалось в груди весенней оттепелью, не оставляя ему ни единого шанса взять себя в руки. И ему только и оставалось, что смириться с таким произволом.

Редклиф посадил жену на коня и сам вскочил следом, а потом кивнул Саймону и поскакал к Уинтширу.