Затмение - Стефани Майер

Когда мы добрались до большой поляны, вся семья уже была в сборе: сидели и болтали, как ни в чем не бывало. Время от времени поляну оглашал хохот Эмметта. Эдвард опустил меня на землю, и, взявшись за руки, мы пошли к остальным.

Луна пряталась в облаках, и я не сразу поняла, что именно на этой поляне когда-то состоялась игра в бейсбол. Именно здесь больше года назад первый беззаботный вечер с Калленами был прерван появлением Джеймса и его спутников. Как странно снова здесь оказаться: будто чего-то не хватает без Джеймса, Лорана и Виктории. Но Джеймс и Лоран никогда не вернутся: повторения той встречи не будет. Может быть, с прошлым покончено навсегда?

Да уж, теперь все по-другому. Могут ли Вольтури изменить своим правилам?

Сомневаюсь.

Виктория всегда казалась мне чем-то стихийным – вроде урагана, надвигающегося на берег по прямой линии: неизбежная, неумолимая, но предсказуемая стихия. Однако, пожалуй, не следует воспринимать ее так ограниченно. Она наверняка способна измениться.

– Знаешь, что я думаю? – спросила я Эдварда.

– Нет, – засмеялся он.

Я едва удержалась от улыбки.

– Так что ты думаешь?

– Я думаю, что это все взаимосвязано. Не только два события, но все три.

– Ничего не понял.

– С тех пор, как ты вернулся, произошли три несчастья. – Я принялась загибать пальцы: – В Сиэтле появились новорожденные. Кто-то заходил ко мне в комнату. И, прежде всего, Виктория вернулась и ищет меня.

Эдвард задумчиво прищурился.

– И почему ты так думаешь?

– Потому что согласна с Джаспером: Вольтури привязаны к своим правилам. И скорее всего, не наломали бы таких дров. – «И если бы хотели меня убить, то я уже была бы трупом», – мысленно добавила я. – Помнишь, ты выслеживал Викторию в прошлом году?

– Да. – Эдвард нахмурился. – У меня это не очень-то получилось.

– Элис говорила, что ты ездил в Техас. Это ты за ней туда отправился?

Эдвард сдвинул брови.

– Да…

– Вот видишь! Она вполне могла подхватить там эту идею. Но сама толком не знает, что делает, поэтому новорожденные совсем отбились от рук.

Он покачал головой.

– Только Аро точно знает, как именно Элис видит будущее.

– Аро знает лучше всех, но ведь Таня, Ирина и остальные ваши друзья в Денали тоже кое-что знают, верно? Лоран жил с ними довольно долго. И если он сохранил достаточно близкие отношения с Викторией, чтобы делать ей одолжения, то почему бы ему не рассказать то, что он узнал?

Эдвард нахмурился.

– В твою комнату приходила не Виктория.

– А разве она не может завести новых дружков? Эдвард, ну сам подумай. Если Виктория в Сиэтле, то она завела множество новых друзей: она их сделала!

Эдвард хмуро задумался.

– Хм, вполне возможно, – наконец сказал он. – Хотя я все же думаю, что это больше похоже на Вольтури… Но твоя теория… в ней что-то есть. Очень похоже на Викторию – вполне в ее характере. Она с самого начала показала недюжинную способность к выживанию – возможно, это ее главный талант. В любом случае, такой план лично ей ничем не грозит: мы до нее не доберемся, она будет спокойненько сидеть в тылу, пока новорожденные устраивают здесь бойню. Да и со стороны Вольтури ей тоже ничего не грозит. Очень может быть, что она рассчитывает на нашу победу – хотя и дорогой для нас ценой. И тогда из ее маленького войска не останется ни одного свидетеля, который бы показал на нее пальцем. Вообще-то, – продолжал Эдвард, размышляя вслух, – по-моему, оставшихся в живых свидетелей она сама уничтожит… Хм. Нет, все-таки на ее стороне есть, по крайней мере, еще один взрослый вампир: ни один новорожденный твоего отца в живых бы не оставил…

Эдвард долго хмурился в пространство, а потом вдруг вышел из задумчивости и улыбнулся.

– Вполне логичная теория. Тем не менее мы должны быть готовы ко всему, пока не будем стопроцентно уверены. Ты сегодня очень догадлива, – добавил он. – Просто невероятно догадлива!

Я вздохнула.

– Наверное, эта поляна на меня так подействовала. Здесь мне кажется, что Виктория где-то поблизости… будто следит за мной.

Эдвард стиснул зубы.

– Белла, она тебя никогда и пальцем не тронет!

Тем не менее он внимательно оглядел темные деревья. Вглядываясь в лесные тени, Эдвард оскалился, и в его глазах загорелся странный огонек – дикая, яростная надежда.

– Я бы дорого дал, чтобы Виктория в самом деле оказалась так близко, – пробормотал он. – Она, а также все остальные, кому хоть раз пришло в голову причинить тебе боль. Тогда у меня был бы шанс положить этому конец – собственноручно.

Кровожадность в его голосе заставила меня вздрогнуть. Я крепче стиснула в ладони его пальцы – если бы мне хватило сил навсегда соединить наши руки!

Мы уже почти подошли к остальным, и только тут я заметила, что Элис не разделяет всеобщего оптимизма. Она стояла в сторонке, надув губы, и смотрела, как Джаспер потягивается, словно делая зарядку.

– Что стряслось с Элис? – прошептала я.

Эдвард пришел в себя и хихикнул.

– Оборотни идут сюда, поэтому она ничего не видит в ближайшем будущем. А этого Элис терпеть не может.

Элис, хотя и стояла от нас дальше всех, все же услышала тихий голос Эдварда. Она подняла глаза и показала брату язык. Эдвард снова засмеялся.

– Привет, Эдвард, – сказал Эмметт. – Привет, Белла. Он что, хочет дать и тебе возможность поразмяться?

Эдвард застонал.

– Эмметт, не морочь ей голову!

– Когда придут наши гости? – спросил Эдварда Карлайл.

Эдвард сосредоточился на мгновение и вздохнул.

– Минуты через полторы. Но мне придется переводить: они пока не доверяют нам настолько, чтобы принять свой человеческий облик.

Карлайл кивнул.

– Для них это очень непросто. Я благодарен уже за то, что они вообще согласились прийти.

– Они придут в облике волков? – удивилась я.

Эдвард настороженно кивнул. Я сглотнула, припомнив те случаи, когда видела Джейкоба в волчьем обличье: первый раз на лугу с Лораном, а второй – в лесу, когда Пол разозлился на меня… Оба раза было от чего запаниковать…

В глазах Эдварда блеснул странный огонек: будто ему пришла в голову мысль, причем не такая уж неприятная. Он быстро отвернулся от меня и посмотрел на остальных.

– Приготовьтесь: они дают нам время.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Элис.

– Тише, – предупредил он, глядя мимо нее в темноту.

Собравшиеся в кружок Каллены внезапно рассредоточились, вытянувшись в одну линию с Джаспером и Эмметтом во главе. Эдвард наклонился ко мне с таким видом, что сразу стало ясно: он тоже хотел бы стоять рядом с теми двумя.