Ведьмак - Анджей Сапковский

— Интересно, что б на это сказал Козоед, — рассмеялся Лютик. — Сыщись у него под рукой что–нибудь покрепче чемерицы и волчьей ягоды, сегодня драконья шкура уже сушилась бы на голопольском частоколе, баллада была бы сложена, а я не парился бы здесь на солнце…

— Как получилось, что Недамир не взял тебя с собой? — спросил Геральт, искоса поглядывая на поэта. — Ты же был в Голополье, когда они отправлялись. Или король не любит артистов? Как вышло, что ты тут жаришься, вместо того чтобы тренькать при королевском стремени?

— Виной тому некая юная вдова, — грустно сказал Лютик. — Черт бы ее побрал. Загулял я, а на другой день Недамир и прочие были уже за рекой. Прихватили даже Козоеда и лазутчиков из голопольской милиции, только обо мне забыли. Я толкую десятнику, а он свое…

— Есть Грамота — пускаю, — равнодушно проговорил алебардист, отливая на стену дома сборщика пошлины. — Нет Грамоты — не пускаю. Приказ такой…

— О, — прервал его Три Галки. — Девочки возвращаются с пивом.

— И не одни, — добавил, вставая, Лютик. — Гляньте, какой конь. Сущий дракон!

Со стороны березовой рощицы галопом мчались зерриканки, а между ними всадник на крупном боевом беспокойном жеребце.

Ведьмак тоже поднялся.

На наезднике был фиолетовый бархатный кафтан с серебряными галунами и короткий плащ, отороченный собольим мехом. Выпрямившись в седле, он гордо глядел на них. Геральту были знакомы такие взгляды. И не сказать, чтобы нравились.

— Приветствую вас. Я — Доррегарай, — представился наездник, медленно и с достоинством слезая с коня. — Мэтр Доррегарай. Чернокнижник.

— Мэтр Геральт. Ведьмак.

— Мэтр Лютик. Поэт.

— Борх по прозвищу Три Галки. А с моими девочками — они вон там вынимают пробку из бочонка — ты уже познакомился, мэтр Доррегарай.

— Действительно, — не улыбнувшись, проговорил чародей. — Мы обменялись поклонами, я и прелестные воительницы из Зеррикании.

— Ну и славно. — Лютик роздал кожаные кубки, которые принесла Вэя. — Выпейте с нами, мэтр чародей. Господин Борх, десятнику тоже налить?

— Конечно. Иди к нам, вояка.

— Я думаю, — проговорил чернокнижник, благовоспитанно отхлебнув небольшой глоток, — что к заставе на мосту вас привела та же цель, что и меня?

— Если вы имеете в виду дракона, мэтр, — сказал Лютик, — то так и есть. Я собираюсь сложить балладу на месте. Увы, вот этот десятник, человек, видно, неотесанный, не желает пропускать. Требует Грамоты. И все тут.

— Прощения просим. — Алебардист выпил свое пиво, причмокнул. — У меня приказ никого без Грамоты не пропускать. А похоже, уже все Голополье скучилось тута с телегами и готово отправиться в горы за драконом. У меня приказ…

— Твой приказ, солдат, — насупился Доррегарай, — касается только орущей голытьбы, распутных девок, которые распространяют болезни, воров, подонков общества и гуляк. Но не меня.

— Без Грамоты никого не пропущу, — нахмурился десятник. — Клянусь…

— Не клянись, — прервал Три Галки. — Лучше выпей–ка еще. Тэя, налей этому мужественному воину. И давайте присядем, милостивые государи. Пить стоя, торопливо и без соответствующей торжественности не пристало благородным людям.

Расселись на тюках вокруг бочонка. Алебардист, свежевозведенный в благородные, покраснел от удовольствия.

— Пей, боевой сотник, — поторапливал Три Галки.

— Я вроде бы десятник, не сотник. — Алебардист еще больше покраснел.

— Но будешь сотник, пренепременно, — осклабился Борх. — Парень ты хват, башковитый, мигом дорастешь.

Доррегарай, отказавшись от добавки, повернулся к Геральту.

— В городишке все еще толкуют о василиске, уважаемый ведьмак, а ты, вижу, уже на дракона замахнулся, — тихо сказал он. — Интересно, тебе позарез нужны наличные или ты из чистого удовольствия забиваешь существа, которым угрожает вымирание?

— Странное любопытство, — ответил Геральт, — в устах того, кто сломя голову мчится, чтобы успеть выбить у зарезанного дракона зубы, столь ценные при изготовлении колдовских снадобий и эликсиров. А правда ли, уважаемый мэтр, что лучшие зубы те, которые выбивают у живого дракона?

— Ты уверен, что я еду ради этого?

— Уверен. Но тебя уже опередили, Доррегарай. Тут успела проследовать твоя коллега с Грамотой, каковой ты, к примеру, не имеешь. Черноволосая, ежели тебя это интересует.

— На вороном коне?

— Кажется.

— Йеннифэр, — недовольно буркнул Доррегарай. Ведьмак незаметно для всех вздрогнул.

Наступившую тишину прервала отрыжка будущего сотника.

— Никого… этта… без Грамоты…

— Двести линтаров хватит? — Геральт спокойно вытащил мешочек, полученный за василиска от тучного солтыса.

— Геральт, — загадочно улыбнулся Три Галки. — Так все–таки…

— Прости, Борх. Сожалею, но я не поеду с вами в Хенгфорс. Может, другим разом. Может, еще встретимся.

— Ничего не влечет меня в Хенгфорс, — медленно произнес Три Галки. — Ну вовсе ничего, Геральт.

— Спрячьте свой мешок, милсдарь, — грозно произнес будущий сотник. — Это взятка и ничего боле. И за триста не пропущу.

— А за пятьсот? — Борх вынул свой мешочек. — Спрячь мешок, Геральт. Я заплачу пошлину. Меня это начало забавлять. Пятьсот, господин солдат. По сто со штуки, считая моих девочек за одну прелестную штуку. А?

— Ой–ёй–ёй, — запричитал будущий сотник, пряча под курточку мешочек Борха. — Что я королю скажу?

— Скажешь, — молвил Доррегарай, выпрямляясь и вынимая из–за пояса изящную костяную палочку, — что удар тебя хватил, как только ты увидел.

— Что, господин?

Чародей взмахнул палочкой, выкрикнул заклинание. Сосну, росшую на прибрежном откосе, моментально охватило бушующее пламя.

— По коням! — Лютик запрыгнул в седло, закинул лютню за спину. — По коням, господа! И… дамы!

— Убирай шлагбаум! — рявкнул на алебардистов разом разбогатевший десятник, имеющий солидные шансы стать сотником.

На мосту, за заслоном, Вэя натянула поводья, конь загарцевал, застучал копытами по бревнам. Девушка, размахивая косичками, что–то пронзительно крикнула.

— Верно, Вэя! — отозвался Три Галки. — Вперед, милсдари, по коням! Поедем по–зеррикански, с грохотом и свистом!

4

— Ну, гляньте–ка, — сказал старший из рубайл, Богольт, кряжистый и грузный, словно ствол старого дуба. — Недамир не прогнал вас на все четыре стороны, а ведь я был уверен, что поступит именно так. Ну что ж, не нам, худородным, оспаривать королевские решения. Просим к костру. Устраивайте лежанки, парни. А так, между нами, ведьмак, о чем ты с королем болтал?