Повелитель Ижоры - Александр Егоров

– Мы номеров не запомнили, – сказала одна девчонка тихо.

Кивнув, я так и не смог поднять голову.

– Да вы… ты не волнуйся, – немножко осмелела первая. – Может, ему просто позвонить?

– У него спикера нет.

Девочки смотрели удивленно.

– Они в Питер поехали, – сказала первая. – Они нас обогнали, я видела. Но мы тоже скоро приедем, уже недалеко… А ты из Новгорода?

– Я из Ингрии, – машинально отвечал я.

– А так хорошо говорите по-русски…

Через силу я улыбнулся, тронул одну из девчонок за плечо (она радостно подняла ресницы):

– Спасибо. Я пойду.

– А вы… в «Strangers» есть? – несколько запоздало спросила другая. Подружка толкнула ее локтем.

– Нету, – сказал я.

Без сил я упал в свое кресло. Автобус продолжал свой путь, и ничего поделать было нельзя.

«Вот я и остался совсем один», – пришло мне в голову.

* * *

Когда спикер на поясе снова подал сигнал, еле заметная рябь пробежала по сетчатке глаз. Дотронувшись до виска, я заметил, что вижн включился; кто-то был в контакте, кто-то незнакомый, но этот кто-то хотел видеть именно меня. Графика грузилась медленно, как в ранних версиях. Сперва проявилась фигура и лишь потом – белое пятно лица.

– Значит, ты здесь, – беззвучно произнес я. – Я уже догадался.

– С возвращением… мой конунг, – отвечала Диана. Хоть я и готовился, но ее последнее слово обожгло меня холодом. Несколько картин, всплывших в моей памяти, я предпочел бы никогда не видеть.

– Тебе плохо? – Ее голос (вот что было странным) звучал заботливо. – Включи камеру. Тебя не видно.

Вытащив спикер из футляра, я включил видеорежим.

– Вот так. Теперь я тебя вижу, конунг. Каким ты стал… сильным… Мне всегда нравились сильные люди.

– Где Ник? – прервал я. – Где Ленка?

Она не ответила. Мне никак не удавалось сфокусировать взгляд на ее лице. Мне пришло в голову, что я вижу не образ, а всего лишь фантом, выжженный в моем мозгу слишком глубоко, чтобы его можно было забыть.

– В самом деле, где же Ник? – спросила она, усмехнувшись. – Тебя это так волнует? Думаю, что он в надежном месте… там же, где и его папаша с сестричкой… скажем так, я их арестовала. Временно.

– Что ты задумала? – спросил я.

– Ничего особенного. Я просто развлекаюсь. Но я хочу, чтобы никто мне не мешал. Ни эта сучка, ни ее брат… никто вообще. У меня теперь довольно много денег, ты знаешь… и еще у меня есть далеко идущие планы. Тебе тоже место найдется, Филик. Не сомневайся.

– Я тебя ненавижу, – сказал я хрипло.

– Ненавидишь? Конечно. Ты верен себе, мой храбрый конунг.

Я изумился: ее фигура вдруг приобрела ясные очертания, словно прорисованная тонкой кистью на японской бумаге, а затем сделалась объемной и абсолютно живой. Она достраивает свой образ, подумал я. Но я ошибался. Просто в картинке исчезли лишние детали: облако голографического сканера обтекало ее тело, как можно сделать, только если иметь супердорогой комплект излучателей. Я знал всего несколько мест, где есть такие.

– Значит, ты меня ненавидишь? – повторила она. – Сильно-сильно?

Я закрыл глаза. Как это обычно бывает, изображение потускнело, но не пропало.

– А если ты меня встретишь, что ты со мной сделаешь?

Я сжал кулаки.

– Если ты захочешь… ты знаешь, где меня искать.

Графика погасла в моих глазах. Стиснув зубы, я глядел в окно. Вокруг уже тянулись пригороды. Солнце отражалось в окнах домов, назойливо и угрожающе всплывающих из ниоткуда и проносящихся мимо. Назойливым был и запах: удушливо воняло гарью и почему-то гнилой водой.

Да, я знал, где ее искать. По крайней мере я знал, куда я пойду прямо сейчас.

– У канала остановите, – попросил я водителя. Тот кивнул.

* * *

Железная дверь «4Dimension» распахнулась передо мной, как когда-то давно, в детстве. На входе по-прежнему был Антон, верзила с вечно ухмыляющейся рожей; ухмыльнулся он и в этот раз, посторонился и пропустил. Узнав меня, покивал, небрежно просканировал металлоискателем.

– И снова здравствуйте, – произнес он.

Я промолчал. У меня не было настроения разговаривать с охранниками. Особенно теперь, когда у меня была цель.

Спикер еле слышно пискнул, обнаружив локальную сеть. «Они видят меня в навигаторе, – думал я. – Они знают, что я здесь».

Кто были эти «они» – наверно, я и сам не смог бы объяснить. Я просто ненавидел их, и эта холодная ненависть гнала меня вперед.

В светлом зале было немноголюдно. Двое или трое знакомых кивнули мне от барной стойки – и только. Никто не любопытствовал, никто не скучал без меня.

В сумеречном играла тихая музыка, совсем тихая, – чтобы не мешать парам, колыхавшимся на танцполе наподобие водорослей, в такт своему собственному ритму. Я вдруг понял, как я соскучился по тишине и по тому, чтобы просто сидеть и ни о чем не думать, а если думать, то о чем-нибудь незначительном. Например, о том, как зовут ту девушку на танцполе, вроде бы знакомую, с ярко-фиолетовой прической.

Несколько минут я думал о ней, но так и не вспомнил имени.

Нет, прошлая жизнь не возвращалась. Она стерлась из памяти, и от нее остались только тусклые двухмерные картинки, все равно как если рассматривать альбом со старыми видеофайлами: когда-то ты делал их сам, но теперь уже совершенно невозможно было вспомнить, какое чувство заставляло тебя нажимать на кнопку – разве что хотелось испытать новую камеру? Все казалось пресным и плоским, и эта музыка, и эти люди-водоросли, и забытые лица, вроде дешевого наркодилера Славика, которого когда-то я считал своим другом.

– Привет, – сказал Славик. – Тебя уже ждут.

– Где? В темном?

Я даже не подал ему руки. Славик сделал вид, что ничего не заметил.

– Нет. В офисе.

– У китайца, что ли?

– Ли Пао больше не владеет клубом, – сухо сказал Славик. – Вставай, пойдем.

Никто не проводил нас даже взглядом, только фиолетовая девушка вдруг сбилась с ритма и оглянулась на меня. Я вспомнил, откуда я ее знаю. А потом подумал: вряд ли мне когда-либо в будущем понадобится золотая карточка клуба «4Dimension».

* * *

Полутемный кабинет господина Ли Пао (просторный, вытянутый в длину) сохранил запах старого хозяина. Очевидно, китаец баловался легкими наркотиками: бронзовые курильницы до сих пор стояли по углам, и вид у них был очень таинственный. Потолок был отделан бамбуком, а стены украшали плетеные циновки, будто это был и не кабинет вовсе, а пиратская лодка-джонка в мангровых зарослях где-нибудь в дельте Меконга.