Флиртующая с демонами - Анна Чарова

— А почему бросила? Заговорил тебя до смерти про свою работу?

— Н-нет, скорее… — Наташа махнула в сторону пуфика, на котором сидел погрузившийся в размышления Вова. — Устала я от него.

— В смысле? — вконец растерялась я. — Ты имеешь в виду, что он…

— Ну да, активный слишком, — кивнула она.

— Ого! — Я покосилась на тощую, угловатую, неловкую фигуру лаборанта. — Серьезно? Он тебя… замучил сексуальной активностью?

— Такой жеребец! — Она закатила глаза. — Короче, поссорились мы.

— Ох. — Я потерла лоб. — Я, э… мне как-то даже нечего сказать. В общем, нужно скорее попасть в Институт.

— Конечно. Пусть он, — секретарша кивнула на Вову, — поскорее придумывает план, и я сделаю все, чтобы помочь.

Мы обе уставились на лаборанта, и тот поднял голову.

— Что, уже пора что-то придумать? — испуганно спросил он.

— Да, да! — воскликнули мы обе.

— Но я не могу так просто… без вводных данных…

Я вскочила.

— Так, хорошо, давайте обыщем апартаменты и попробуем понять, как вообще отсюда можно слинять. Мы на втором этаже, но потолки высокие, здесь до земли… — я выглянула в окно, — ни фига себе, метров шесть, не меньше! — Я подергала бронзовую ручку, но окно не поддалось. Осмотрев раму, сделала неутешительный вывод: — Окно заколочено.

Тщательный осмотр покоев не улучшил настроение: выбраться наружу можно было либо через дверь, либо через окно. Дверь заперта, за ней подручные принца — спортивные блондинки, которых никто из нас в прямом столкновении не победит. Окна заколочены, до земли шесть метров. Конечно, под окнами еще растут деревья, но не прямо под стеной. Я сказала:

— Вариант пробиваться с боем через дверь отпадает, даже если предположить, что мы ее откроем. Я видела, как дерутся эти блондинки, они нас уделают. Значит, придется думать, как взломать окно. Ни у кого нет плоскогубцев? И почему я не удивлена…

Я вздохнула.

— Главное, нам всего-то и надо, что выбраться наружу и до улицы добежать через парк. Там люди кругом, полиция… сразу рванем в Институт. Думай, Вова! Как открыть это окно?

Лаборант густо покраснел.

— Есть один способ… только он тебе не понравится.

— Выкладывай!

— Видишь ли, подручные демона… как, ты сказала, его зовут?

— Эфиальт, демон лунного света.

— Подручные этого лунного демона унесли не только телефоны, но и все ингредиенты и аксессуары для изгнания. А ведь некоторые сочетания трав имеют взрывной характер… в буквальном смысле. Если бы у нас было хотя бы немного нужных трав, мы могли бы взорвать одно из окон.

— Гм, — сказала я. — Неожиданная идея. Осталось понять, как слезть со второго этажа. Сплетем веревки из простынь? Или используем диван как мост, чтобы перелезть на деревья? Хотя нет, он тяжелый… разломаем кровать и используем спинки. Ну, я тащу простыни, а ты тут готовь взрывную смесь.

— Они унесли травы, — напомнила Наташа. — И травы, и курительницы, все. Только свечи остались.

— Подожди, но тогда о чем речь? — Я остановилась на пороге спальни. — Вова, ты сказал, что можно…

— Так в том-то и дело, — кивнул он. — Понимаешь, травы ведь используются молотые. И часть травяной трухи наверняка просыпалась в щели паркета. В спальне пол более старый, щелястый. И что-то могло остаться на дне моего рюкзака. Нужно совсем немного.

Я тряхнула головой:

— Хорошо, отлично, тогда чего мы ждем? Быстро собирай остатки!

— Видишь ли, нужен еще один ингредиент. Э-э… катализатор.

— Что за катализатор? Да не томи, время идет!

— Видишь ли… как тебе сказать… специфика нашей работы… кхе-кхе… поэтому катализатором выступает… э-э-э…

Он никак не мог унять приступ кашля. До меня стало доходить.

— Ты хочешь сказать…

Вова кивнул сквозь мучительный кашель.

— Так мы с тобой должны?..

— Больше некому.

На Вову было жалко смотреть. Он кашлял, полыхал лицом и отводил глаза.

— То есть надо заняться этим…

— Не обязательно доводить до конца, достаточно, э-э… высокого уровня возбуждения, — выдавил Вова.

— Понятно, — кивнула я. — Энергичное кокетство. Легкий петтинг. Поцелуи с объятиями. Возможно, массаж… или я не флиртующая с демонами? Что там у меня в трудовой книжке записано?

Вова пытался справиться со стыдом, но у него плохо получалось.

— Я не настаиваю, — прошептал он.

— Тогда с кем мне это делать, с Наташей?

Мы с секретаршей посмотрели друг на друга и одновременно фыркнули.

— Ну уж нет, — сказала я. — Вова, тебе придется принести себя в жертву. Так, успокоились! У нас будет всего одна попытка. Поэтому надо очень тщательно подготовиться. Надеть все самое удобное. Остальные вещи бросаем здесь, берем только документы и деньги. Что-то еще?

— Книги, — тоскливо сказал Вова. — У меня с собой несколько томов магической литературы.

— Книг жаль, но — увы. Или у тебя тут магические тома из институтской библиотеки?

— Нет, но это же книги…

— Забудь, — посоветовала я. — Если мы сейчас не сбежим, возможно, завтра тебе будет нечем читать.

Веревки из простынь были сплетены и привязаны к радиатору под выбранным для побега окном. Мы оделись. Внизу громко звучала музыка: там опять шел прием или бал. Свет из окон парадных залов падал на землю, деревья отбрасывали кривые тени. Мы с Наташей разглядывали парк, выбирая пути отхода.

— Это даже хорошо, — прошептала я. — Все пьют, танцуют… принц не станет поднимать суматоху на глазах у гостей.

Наташа неуверенно пожала плечами. Вова вышел из спальни с пуховкой от пудреницы и бумажкой, на которой лежала травяная пыль.

— Все, что удалось собрать.

— А хватит? — спросила я. Надетый на мне брючный костюм был из настоящей шерсти, становилось жарко. — Кстати, ты уверен, что рассчитал все правильно? Вдруг взрывом разнесет не окно, а нас?

Вова склонился над подоконником. Чуть раньше он маникюрными ножницами секретарши и пилочкой для ногтей проковырял бороздку в подоконнике, под самым стеклом.

— Не могу гарантировать, все сделано топорно, наспех, кое-как, без расчетов… — пробормотал он.

— Некогда считать.

— Я и говорю: в таких условиях что угодно может пойти не так. Но все же… нет, нас не разнесет.

Мы с Вовой глянули друг на друга, и я представила, каково сейчас лаборанту. Он же девушек боится, а меня особенно. Ладно-ладно, не боится, судя по всему, я ему нравлюсь. Я все делала вид, что не понимаю, не замечаю — чтобы не терять хорошего человека, не заморачиваться объяснениями, мол, так и так, прости, между нами ничего нет и не будет, давай останемся друзьями. А вдруг Вова после сегодняшнего случая станет надеяться? Ухаживать начнет, цветы таскать, на свидания приглашать… Что мне с ним на свиданиях делать, чтобы он не краснел так безбожно, о работе говорить? Так мы и так с ним только об этом и разговариваем!