Заклинатель драконов - Анастасия Вернер

Брак — это такая же общественная маска, как титулы герцога и герцогини.

О браках говорят многое. В романах — это единение двух душ, по словам мамы — союз партнеров. Становясь мужем и женой, двое появляются в свете вместе. Вместе посещают балы, благотворительные приемы, вместе катаются по городскому парку, заводят детей, растят их, решают проблемы, навещают родственников.

Это то, что юные девушки знают о браке.

Никто не сможет описать им, как будет выглядеть реальный брак. Мне тоже многое рассказывали о супружеской жизни. Вряд ли кто-то из этих рассказчиков мог предвидеть, что мы с мужем на спор полезем на верхние полки шкафов, ища еду.

— А что я нашел, — довольно протянул Ричард, открывая крышку кастрюли и блаженно втягивая аромат. — Картошечка.

— Твоя часть кухни лучше, — возмутилась я.

— Тут даже соль есть, мм… огурчики.

— Ищи креветки, — разозлилась я.

Поспешно принялась обыскивать полки, но ничего, кроме столовых приборов, не находила. И пока муж поедал картошку, я решила схитрить. Спрыгнула с табуретки, схватила висящий на крючке ключ и побежала к погребу.

— Что-то тут есть поважнее-э-э, — протянула насмешливо, притащив на кухню целую кучу еды.

— Где ты это взяла? — удивился Ричард, так и не успевший откусить огурец.

— Кто-то тут поумне-э-э. Ты только посмотри, соевый соус. — Я восхищенно подняла вверх емкость, чтобы лучше было видно. — Ну, ты кушай, кушай свою картошку с солью. А я поем креветок в соусе.

— Меняемся? — авторитетно предложил герцог.

— Что мне до твоей картошки, — брезгливо повела носом.

— Как насчет конфет? — изогнул он бровь и с непроницаемым лицом вытащил из-за спины тарелку со сладостями. — Вот, к примеру, конфетка «Сладкая ночь». Нет, ее я, пожалуй, оставлю себе. Ой, смотри, тут есть мармелад. А еще «Золотая ива», мм… с орешками внутри, а шоколад какой мягкии, я уже чувствую, как он тает во рту.

— Ладно-ладно, меняемся. Одна конфетка за одну креветку.

— Нет уж, тарелка конфет за тарелку креветок.

— Их не равное количество!

Ричард наглядно развернул фантик, сунул сладость в рот и блаженно зажмурился:

— Мм… ты тоже это чувствуешь? Это полный восторг, шоколад такой терпкий, такой мягкий, он точно теплый водопад…

— Да забирай свои креветки, — проворчала я.

— И соус, — не согласился он, взял салфетку и выплюнул недоеденную конфету, чем вызвал мое возмущенное:

— Ты наглый притворщик! Не дам тебе соус!

— А если я взамен предложу кое-что о-о-очень вкусное?

— Что?

— Секрет.

— Наслаждайся креветками без соуса, — мстительно выдала я.

— Очень-очень-очень вкусное, — проникновенно сказал муж.

— Ты драконов так же заставляешь хлеб есть, да? — возмутилась я. — Это нечестно! Ну ладно, давай меняться.

— На нейтральной территории. — Ричард кивком головы указал на стол.

Мы приближались к столу медленно, внимательно наблюдая друг за другом. Я поставила тарелку с креветками, дождалась, пока муж сделает то же самое. И начала по чуть-чуть подвигать ее к нему, настороженно прищурившись.

Он схватил свою тарелку первым, я поспешно сделала то же и прижала к себе конфетки, как мать прижимала бы родное дитя.

— Теперь соус, — напомнил он.

— Вот тебе, а не соус. — Я поставила емкость на стол, чтобы мстительно изобразить тот самый жест, который увидела у Рогатого Дога.

Ричард сперва удивился, потом улыбнулся, потом хмыкнул, потом расхохотался.

— Что смешного? — обиделась я.

— Ты вообще поняла, что сейчас показала? То есть я-то понял, за кем ты повторяешь, но это неправильно. Правильно вот так. — И муж наглядно научил меня плохому.

— А я что тогда показала? — спросила озадаченно.

Ричард покачал головой и снова рассмеялся, а так как смех — дело заразительное, я тоже улыбнулась, потом хмыкнула, потом расхохоталась.

Но веселились мы недолго. Недалеко от кухни послышались чужие шаги. Ричард моментально умолк, схватил меня за локоть и заставил прижаться к углу между шкафами — там было больше тени. Я слишком поздно поняла, что, увлекшись друг другом, мы забыли об осторожности. Никто не должен был увидеть герцога и герцогиню в одежде наездников.

— Давай скорее, — услышали мы яростный шепот.

Спустя несколько секунд на кухню ворвались два целующихся человека. Одной из них была моя служанка Эми, а вторым оказался шустрый парень. По затылку трудно было определить, кто это.

Они вихрем пронеслись по кухне, задели стол, заставили нас с Ричардом синхронно вздрогнуть. Парочка не обращала внимания на грохот. Они просто срывали друг с друга одежду и, кажется, стремились к кладовой с запасами крупы. Рассмотреть подробнее не удалось. Муж закрыл мне глаза своей огромной лапищей.

Как только хлопнула дверь, Ричард убрал руку. Я потрясенно оглядела помещение, заметила чужие мужские штаны и прошептала:

— А я хотела разбудить Эми, чтобы она мне ванну сделала.

— Осторожно продвигаемся к выходу. — Как истинный герцог, муж быстро разработал план действий.

Мы на цыпочках прокрались к двери, и тут я вспомнила про свои вещи! Освободила руку из его хватки и быстро подбежала к подоконнику, где были сложены наши повязки и мои голубые усы.

— Марита! — прошипел муж.

— Да иду, иду!

Я уже почти подошла к двери, но в последний момент опомнилась и ринулась к тарелке с конфетами. Взяла все, что смогла уместить в руку, и побежала к мужу.

На Ричарда было страшно смотреть. От негодования он аж рот приоткрыл и руками развел, мол, ты что, издеваешься?! Я тоже развела руками (насколько это было возможно). Не оставлять же конфеты тут!

— И нечего так на меня смотреть, — проговорила тихо, когда мы оказались в столовой.

Весь дом спал (ну, почти весь), тратить свечи на ненужное освещение, конечно, никто не стал, поэтому передвигаться приходилось в полутьме.

— Кто бы только знал, как я хочу настучать тебе по голове, — хмуро отозвался Ричард и с силой выхватил у меня вещи, буркнув: — Дай сюда.

— Кто бы только знал, как я хочу в теплую ванну, — вздохнула, пытаясь сгладить возникшее напряжение.

— Теплая кровать сейчас более реальна, — нейтральным голосом сказал герцог.

— Еще бы ромашкового чая с конфетами, — мечтательно протянула я.

— Лучше бы кружку пива.

— И мягкую подушку, и интересную книжку…

Мы дошли до лестницы и начали подниматься по ступенькам, стараясь, чтобы шаги были легкими и неслышными.