Рассвет ночи - Пол Кемп

Федриэл стоял на плите, скованный начертанными на ней магическими линиями. Кончики покрытых перьями крыльев существа, белоснежных и сиявших даже во тьме, касались краев своеобразной магической клетки. Ангел отличался прекрасным сложением и хорошо развитой мускулатурой, обтянутой бледно-золотистой кожей. С пояса свисал серебряный жезл, наделенный немалой магической мощью. Орлиный нос, твердые линии скул и подбородка, пронизывающий взгляд снежно-белых глаз. Комнату вмиг наполнило благоухание прекраснейших цветов. Ангел огляделся по сторонам.

— Что это за Уровень? — спросил он самым сладкозвучным тенором, который только доводилось слышать Востиму.

— Ты на Уровне, который изобрел я, — ответил маг.

Ангел ничего не ответил, лишь вперил взгляд в Востима.

Создание послабее отпрянуло бы под столь пронизывающим взором. Но Востим ответил одним из собственных взглядов.

— Что ты за существо? — спросил наконец пленник. — Ни гитиянки, ни гитцерай, но похож на обе расы…

— Таких, как я, тебе еще не доводилось встречать, дух, — отозвался Востим. — И других таких ты не увидишь.

Сияющее создание уловило угрозу в словах мага и нахмурилось:

— Мы с тобой не враги, существо.

Федриэл закрыл глаза и попытался то ли прочитать заклинание, то ли призвать божество. Но попытка не удалась, как и предполагал Востим. Ангел открыл глаза.

— Твои оковы не дают мне использовать магию, — произнес он, констатируя факт.

Маг не стал подтверждать очевидное.

— Что же ты тогда хочешь от меня, существо? — спросил Федриэл.

Востим не видел причины лгать.

— Я хочу тебя, дух, — ответил он. — Ты не покинешь этот Уровень.

Сильнейший всплеск энергии — демонстрация гнева небесного существа — багровым ореолом вспыхнул вокруг его лишенной волос головы. Пушистые крылья затрепетали от возмущения.

— Твоя наглость неслыханна! Маг не стал разубеждать пленника.

— Я сокрушу тебя, — пообещал ангел, снимая с пояса жезл.

— Это тебе не поможет, — отозвался маг. — Ты не смог бы причинить мне вред, даже не будь вокруг тебя оков.

— Союзники будут меня искать, — сказал Федриэл. — И отомстят, если ты причинишь мне зло.

— Тебя не найдут. А если и смогли бы отыскать, то не осмелились бы войти.

Ни одно из божеств не решилось бы противостоять Востиму. В свое время он в одиночку побеждал драконов, истреблял целые культы, оставляя после себя миры в пламени и руинах. Но тогда он был юным и горячим.

— Ты принадлежишь мне, Федриэл. Но не бойся. Твои соплеменники скоро присоединятся к нам. Ты не умрешь в одиночестве.

— Почему? — вопросил ангел.

Сияние его кожи словно померкло, и маг с трудом сдержал улыбку. Однажды он задал такой же вопрос. И лишь спустя тысячу лет узнал, что у вопроса нет смысла. Вселенная была бесконечной, неумолимой и построенной на случайностях. В ней не было «почему?», по крайней мере в том смысле, что вкладывал в слово ангел.

— Потому что я это сделаю, — ответил чародей. — Желание — вот единственный ответ.

Глаза небесного существа сузились, и оно крепко сжало в руке жезл.

— Ты ошибаешься, — возразил ангел.

— Неужели? — с трудом удержавшись от смеха, поинтересовался Востим. — Тогда где божество, которому ты служишь? Где планетар, которому отчитываешься? Ты воображаешь себя существом, сеющим добро, слугой справедливости. Но я скажу тебе, что нет таких вещей, как добро и справедливость. Есть то, что есть. Во всем множестве вселенных есть воля сильного, и более ничего. Только подумай: будь вселенная справедлива, разве тебе суждено было бы встретить такой конец?

Ангел расправил плечи и обратил суровый взгляд на мага:

— Ты призвало меня не для того, чтобы испытывать мою веру, существо.

Востим нахмурился, опечаленный упрямством пленника:

— Тогда умри глупцом, Федриэл.

Ангел напрягся, приготовившись к схватке. Он, несомненно, рассчитывал умереть в благородном бою. Что ж, маг не даст ему такой возможности.

Странник сделал сложный пасс и произнес заклинание. Его воля проникла в разум пленника, пытаясь сломить сопротивление несчастного. Ангел оскалил зубы и замер, напрягшись так, что сквозь кожу можно было разглядеть очертания каждой мышцы его прекрасного тела. Он отчаянно сопротивлялся, но даже воля полубога не могла устоять перед магией Востима. Заклинание укоренилось в мозгу пленника. Федриэл еще контролировал свои мысли, но не мог сопротивляться приказам мага.

— Расслабься и не шевелись, — повелел Востим.

Ангел повиновался.

Маг ослабил оковы, сдерживавшие создание, и подплыл к плите призывов. Мягко, чтобы не растревожить боль в костях, он опустился на гранитную поверхность.

— Тихо! — приказал он, хотя пленник молчал. Востим положил руки на виски небесного существа.

Сконцентрировавшись, он превратил свой разум в клинок и вонзил в сознание несчастного.

Федриэл попытался сопротивляться, но силы его разума были ничто в сравнении с мощью мага. А последний принялся не спеша разрушать связи между разумом и телом пленника, позволяя несчастному жить, но не давая двигаться. Это заняло лишь несколько мгновений. Востим уже собрался было покинуть плененный разум, как ангел тихо спросил:

— Я испытаю боль?

— Да, — честно ответил маг.