Незваная невеста - Ольга Иванова

– Тише, – шикнула на меня Вирга. – Чего раскричалась? И почему ты решила, что нирина у тебя грудь возьмет?

– Но можно ведь попробовать… – я проникновенно посмотрела на нее.

– А и правду, Вирга, – зашептала девушка. – Пусть попробует. Выбора у нас все равно нет. И сил тоже нет. А если нирина-ган ее примет, то мы просто никому не скажем…

– Слушайте, но неужели вашему ноэр-гану правила важнее жизни дочери? – уже более возмущенно спросила я.

Мало того, как он поступил со мной, так еще и над дочкой издевается!

Вирга начала нервно кусать себе губы, раздумывая, а после махнула рукой:

– Ладно, идем. Попробуем, варшан с тобой… У самой сердце неспокойно из-за нирины-ган, тяжело выносить ее плач…

Вирга шла медленно, чуть подхрамывая, и я с трудом сдерживалась, чтобы не обогнать ее. Длинные коридоры, лестницы – я даже не смотрела по сторонам, ничего не замечала, все мысли были только о дочке, а сердце бешено стучало в предвкушении долгожданной встречи. Тина, вторая девушка, тоже шла с нами и, сдвинув брови, что-то тихо шептала себе под нос.

– Главное, чтобы тебя никто не заметил, – ворчала Вирга, постоянно оглядываясь.

– Я пойду вперед, проверю, чтобы никого не было, – предложила Тина и сразу ускорила шаг, удаляясь от нас.

– Вы боитесь, чтобы ноэр-ган меня не увидел? – мой вопрос против воли прозвучал язвительно, но Вирга, если и заметила это, то не подала вида.

– Ноэр-ган здесь не бывает, а вот тех, кто может ему донести о посторонних в покоях нирины, можно и повстречать ненароком, – ответила она

– А где мама девочки? – спросила я осторожно.

– Нет у нее матери, – резко отозвалась Вирга.

– Умерла?

– Нет, живет далеко.

– Как так? – я очень старалась, чтобы в этот момент мой голос не дрожал.

– Сложно объяснить. И долго. Нирина-ган – не просто дочь правителя, она наше спасение, наш оберг… Рождена от иномирянки, как того велят Огненные писания.

– Действительно, сложно… – отозвалась я тихо.

Но тут услышала детский плач, и сердце сжалось от боли и радости одновременно. А следом появилась Тина и со словами:

– Все спокойно, – приоткрыла одну из дверей и жестом поманила за собой.

Я вошла в комнату – и забыла обо всем на свете. Подбежала к детской кроватке и взяла дочку на руки, прижала к себе, стараясь не заплакать от переизбытка нахлынувших чувств. А малышка сразу стихла и закряхтела.

– Глянь ты, замолчала… – донесся до меня удивленный шепот Тины.

Я между тем уже одной рукой торопливо  расстегивала ворот своего неудобного платья, чтобы высвободить грудь. Дочка припала к ней сразу, цепляясь за нее маленькими пальчиками и жадно глотая молоко. Как хорошо, что оно не успело перегореть…

– Вот те на… – это уже Вирга подошла ближе. – Ест! Она наконец ест! Глазам не верю…

– И ушам, – хихикнула Тина.

Я же отрешенно улыбалась, наслаждаясь близостью с малышкой. Мы снова вместе, снова…

Анюта насытилась быстро и тут же уснула.

– Верни ее в люльку, – велела Вирга. –  Спасибо, что накормила, но тебе надо уходить.

– Неужели я не могу побыть рядом? – я вцепилась в перила кроватки, не в силах отойти от дочки. – Если проснется, я снова ее покормлю, убаюкаю… Могу и пеленки сменить!

– Может, что-нибудь придумаем? – шепнула Вирге Тина. – Всем спокойнее будет… Вдруг удастся даже поспать ночью?

Вирга снова погрузилась в мучительные раздумья, после которых велела Тине:

– Принеси Лизе платье служанки, ну и все к нему… Будем всем говорить, что новенькая. Только никому не признаваться, что кормишь нирину, понятно? – это уже было адресовано мне.

Я кивнула.

– Сейчас вернется Тина и все тебе покажет что где… Ближе к вечеру подыщу тебе место для сна.

– Спасибо, – я улыбнулась ей, затем с нежностью посмотрела на дочь: все-таки высшие силы существуют и помогают мне!

Вскоре вернулась Тина, принесла мне новое платье, в которое я быстро переоделась. Мое же она забрала, оставила мне только мой шарф, которым я покрывала голову. После Тина пробежалась по комнате, показывая, что где лежит, затем провела по коридору, рассказав, что находится на этаже за каждой дверью.

– Если возникнут вопросы, лучше подожди меня, а не бегай по дворцу, – предупредила она. – Еще заблудишься. Я иногда буду отходить, но ненадолго, поэтому жди моего возвращения.

– Хорошо, все поняла, – заверила я, мечтая поскорее вновь оказаться наедине с дочкой.

Анюта спала сладко и непривычно долго, наверное, сильно вымоталась за эти два дня одиночества. Потом же я снова ее покормила и даже сменила пеленки, хотя никогда ничего подобного не делала. Все же одноразовые подгузники – одно из лучших изобретений человечества, честь и хвала тому, кто их придумал! Жаль, что в этом мире все по-другому и приходится все делать по старинке.

– Я могу и ночью посидеть, – предложила я, когда Тина пришла вечером сменить меня. – Мне нетрудно…

– Ну ладно, – Тина, в отличие от Вирги, была рада перепоручить свои обязанности кому-то другому, а именно сейчас – мне. – Ты все равно лучше с ней справляешься. Но если что – я в соседней комнате, зови.

– Я забыла спросить, Тина, – окликнула я девушку, когда та собралась уходить. – А как зовут нирину-ган? У нее ведь есть имя?

– Анна. Но мы ее зовем только «нирина-ган».

Анна… Значит, они все же удосужились узнать и оставить ей ее имя, и на том спасибо. Сохранили тем самым в ней частичку мира, в котором она родилась.

Ночью спала урывками, сидя в кресле около кроватки, и все прислушиваясь к сопению и кряхтению малышки. Под утро, после очередного кормления, я взяла ее к себе на руки, и снова задремала.

На рассвете разбудили меня чьи-то тяжелые шаги. Я открыла глаза – и чуть не подскочила от неожиданности, а заодно и страха. Надо мной возвышался ноэр-ган собственной персоной. Вблизи он казался еще выше и мощнее. И эти  глаза… Темные, с трепещущим огоньком в глубине. Я помнила их, словно тот сон мне снился вчера, а не без малого год назад.

– Кто ты такая? – между тем произнес ноэр-ган. – Я тебя никогда раньше не видел.