Пешки против Игроков - Дамина Райт (Вера Дельвейс)

Я медленно спустилась по лестнице на свой этаж, думая о том, как расскажу всё это Кувшиночнику. Лучше размышлять о волшебстве, нежели о том, что мой рыжий собеседник в Туманном Поле — будущий враг, верно?

Стражи в коридоре тихо переговаривались друг с другом; у одного на длинном языке покачивался пойманный арань. Бедняга шевелил всеми своими восемью лапками, пытаясь спрыгнуть, но цветок не давал ему этого сделать.

— Опять, — пробормотала я, услышав плач, и остановилась. Да это же соседская комната! Там живёт дружелюбная черноволосая пешка!

— Она ссс тех пор и не выходила, — заметили Стражи в один голос. Вот как! Я распахнула дверь своей комнаты и, не обращая внимания на вопросы Кувшиночника, забрала со стола крылышко паони.

«Куда?! — Кувшиночник был недоволен. — У тебя усталый вид, а ты снова куда-то бежать собралась!»

Я отмахнулась от него, вышла и, присев на корточки, просунула крылышко под дверь, держа его на ладони. Пол-то грязный, а тарелок я из сундука не брала — даже не подумала, что они могут мне понадобиться.

— Ты глянь, что творит эта нарушшшительница! — Страж, державший араня языком, от негодования уронил свою жертву. Арань вскочил и резво побежал прочь, явно понимая, что это его единственная возможность спастись.

— Нельзя! — вознегодовал другой Страж. — Нельзя сссоваться в чужую комнату без разрешшшения!

Плач в соседской комнате прекратился. Раздались неуверенные шаги, потом кто-то потянул крылышко с моей ладони. Я тихо произнесла, обращаясь к пешке, сидевшей за дверью:

— Подумала, что ты голодна. Не бойся, всё будет хорошо. Кем ты станешь, какой фигурой?

Перекрывая яростные выкрики Стражей, требовавших, чтобы меня покарали, донёсся нежный голос:

— Жрицей, — а потом: — Благодарю.

Я убрала руку, встала и, наконец, посмотрела на Стражей. Особенно сильно злился тот, который потерял добычу, и его можно было понять. Тем временем наконец-то прозвучало сообщение от Башни:

Нарушение правил! Чёрная пешка, будущая Волшебница, ты лишаешься двух очков. У тебя остаётся ноль. Ты переходишь в статус «нулевой пешки».

Передо мной появился золотой овал, замерцал и исчез, как будто растворившись в воздухе.

Я вернулась в комнату. Кувшиночник, как выяснилось, превосходно всё слышал и укоризненно заметил:

«Вот теперь голодной будешь ты. Потому что столовая внизу нулевых пешек не принимает!»

Я фыркнула, хотя в этом не было ничего смешного.

«А если пешка всё время на нулях, ей что же, погибать с голоду?»

«Такое редко бывало, — покачал своей фиолетовой головкой Кувшиночник. — Ты же сделала зелье?»

«Сделала. Но я не уверена, что правильно», — вынув баночку из кармана, я поставила её на стол, а затем придвинула к себе кувшин. Воды-то я могу попить, надеюсь.

«Если хочешь, попроси дополнительное задание», — после недолгого раздумья посоветовал Кувшиночник.

Я покачала головой, глядя, как в кувшине набирается вода.

«Не хочу. Мне и есть-то неохота».

«Невесёлая ты. Ничего, всё ещё наладится», — посочувствовал цветок, и я подняла на него глаза. Кувшиночник источал мягкое голубоватое сияние, и глаза у него были добрые, даром что такие же чёрные, как бездна.

«Кувшиночник, скажи, а на поле боя тоже очки даются, когда Клетку пройдёшь?»

«Нет. Там всё по-другому, — неохотно принялся объяснять цветок. — Вас высадят на Седьмом Уровне, а белых пешек — на Втором. И если ты будешь успешно сражаться, то получишь волшебные артефакты. Они сами появятся на Клетке. А если нет… просто с Доски слетишь», — и Кувшиночник опустил листья, словно показывая, как ему неприятно это говорить.

«А что за артефакты?»

«Жезлы, да и не только они. Бывают и обычные, не волшебные — луки, мечи, молитвенники для будущих Жрецов или Жриц… Тебе об этом на занятиях расскажут», — увильнул от прямого ответа Кувшиночник.

Я допила воду и задумалась, чем же заняться до вечера. Отчасти Кувшиночник прав — мне наверняка ещё захочется поесть, а я лишена этой возможности. Но кто бы на моём месте поступил иначе, слыша, как плачет соседка? «Все остальные чёрные пешки», — шепнул внутренний голос. Я мотнула головой — может быть, они не слышали. Кто-то на занятиях, кто-то в столовой, а кто-то думает, чего бы побольше набрать из сундука, раз всё равно очко теряешь…

«Что это?» — прервал мои размышления Кувшиночник и высунул головку в окно. Я прислушалась. Крик… и клёкот?! Как будто хищная птица подлетела к Башне!

«Он высунулся! — заорал Кувшиночник в моей голове. — Вот глупец! Рукха же унесёт его в горы!»

Рукха! Я вскочила и бросилась на помощь неведомой чёрной пешке. Голос Кувшиночника звучал у меня в ушах:

«Комната напротив!»

Скорее, скорее! Цветы в коридоре до того растерялись, что не пытались мне помешать. Распахнув дверь, на которой значилось: «Номер пять», я мельком отметила, что и в комнате есть цветы, но далеко от окна, так что помочь пешке они не могли.

— Я сейчас! — вскочив на стул, на котором до этого стоял светловолосый незнакомец, я буквально повисла на нём, не давая птице вытащить его из окна. Рукха вцепилась клювом в чёрную рубашку, та трещала, но не рвалась. А если у птицы достанет сил унести нас обоих?!

За спиной у меня снова хлопнула дверь, кто-то подлетел и обхватил меня обеими руками. Я оглянулась — соседка! Поймав мой взгляд, она тоненько вскрикнула:

— Держись!

Конечно, рукха не смогла вытащить из окна сразу троих! Рубашка светловолосого, наконец, порвалась — я услышала вожделенный треск, — и затем мы свалились на зелёный ковёр.

За окном послышались злые, пронзительные крики — птица улетала прочь, что называется, с пустыми когтями.

— Эй, вы в порядке? Девчонки? — Светловолосый живо поднялся на ноги — как ни странно, он, похоже, не ушибся. И первым делом помог встать моей соседке. Я обошлась без его протянутой руки и села, скривившись от боли в локте.

— Спасибо вам, — с чувством сказал светловолосый. Я посмотрела на него, заметив, что он держит руку за спиной, словно пряча какой-то предмет. Интересно, зачем этот, как выразился Кувшиночник, глупец дразнил птицу рукха, высунувшись из окна?

— Не за что, — коротко ответила я и перевела взгляд на соседку. Бедняжка, её буквально трясло, и