Подруга для мага - Вера Чиркова

— Для начала ответить тем же, распустить какие-нибудь нелепые слухи про дом Ратилос. Причем чем невероятнее и страшнее они будут, тем лучше. Например, что его маги используют в ритуалах омолаживания запрещенные триста лет назад кровавые жертвы и похищают для этой цели не только оборотней, но и дроу. Можно пустить слух, что дом Ратилос тайно продался гоблинам или королю Ардага за помощь в свержении Изиренса. Еще можно распустить сплетню, что его долговые обязательства ничем не подкреплены, так как один из младших домочадцев выкрал казну дома и бежал неизвестно куда. Или что победы в боях дом Ратилос подстраивает заранее, потому-то так часто и выигрывает.

— Все вместе и немедленно, — сразу понял я ценность этой идеи. Пусть враги попробуют защищаться и оправдываться, это всегда труднее, чем строить каверзы, — подготовь мне этот список, я сам займусь.

— Только будь осмотрительнее, Ратилос этого не простит, — предупредил Гуранд, допил кофе и вдруг сказал, пристально глядя на меня: — А я пришел к тебе с просьбой. У нас произошло несчастье… нужна твоя помощь.

— Но вы же сами все целители, — с минуту недоверчиво сверлил я его ответным взглядом, потом сделал вид, что начинаю понимать, — что, нужно допросить шпиона?

— Нет. — Он тяжело вздохнул. — В доме Рведеса была девушка… она влюбилась в Зийлара.

— Была? — сразу насторожился я. — А куда делась?

— Использовала старинный ритуал, маги дома ди Гиртез с трудом нашли описание в древних книгах.

— Что за ритуал? — живо заинтересовался Унгердс.

— Обращения к святой Элторне, — мрачно сообщил Гуранд, — у нее нашли кольцо со сломанным камнем, и маги считают, что там было усиливающее эмоции заклинание. Девочку, конечно, жаль, но не в ней дело. Она была единственной родной сестренкой Даверлиса, и он опекал ее, как клушка. Постарайся, чтобы он ничего не узнал, иначе ничем не удержите от безумных поступков.

— А его тут и нет, — любезно сообщил Унгердс, — он уже два дня как в деревне.

— Что ему делать в деревне? — удивился магистр, но на этот вопрос я мог дать кучу ответов.

— Гуранд, я тебе только что сказал, что у меня там толпа народа без кровли над головой. И их нужно защищать, лечить и кормить. У меня вообще все ведьмы и маги там, я намерен устроить своих людей так, чтоб никто не смог увести ни одного подростка. Ты же знаешь, что на моих людей в первый же день напали вербовщики? Разумеется, они не из дома Ратилос, но я смогу заставить их говорить правду, когда будет нужно.

— А где они?

— У меня в подвале сидят, — сухо сообщил Унгердс и так зло блеснул глазами, что я незаметно поежился. Мне ли не знать, что он желал бы с ними сделать.

— Ну и хорошо, что Даверлис в деревне, пусть сидит там подольше, — свернул разговор к прежней теме магистр. — И еще одна просьба… снова ускорить свадьбу. Зийлар тоже случайно все узнал. Сами понимаете, невозможно не узнать, когда живешь в одном доме.

— Гуранд, — строго нахмурился я, — только не говори, что он тоже был влюблен в ту девочку. Неужели глава дома Гиртез мог так жестоко поступить с собственным сыном?

— Вся правда открылась, когда он уже был обручен с бастардой, — мрачно вздохнул магистр, — как ты теперь догадываешься, потому-то Даверлис и предпринял ту отчаянную попытку встретиться с Мэлин прежде жениха и влюбить ее в себя. С трудом уломал Зийлара. Ну а мы надеялись… а! Что теперь об этом говорить.

— Нет, вот как раз теперь-то самое время поговорить. — Я устроился поудобнее и уставился на него прокурорским взглядом. — Итак, какие еще планы вы строили за спиной королевы и моей?!

— Иридос! — повысил голос магистр, потом вспомнил, что на меня его грозные окрики не действуют, посопел немного и уже спокойнее произнес: — Ты же догадываешься, что это не мы настаивали на этом браке? Это условие вашей королевы… извини, королевы Сандинии. И требования к жениху она выставила очень жесткие, обязательно кровный родственник правителя, недурен собой, неглуп, не женат, с хорошим, покладистым характером и собственным состоянием, не интересующийся интригами и не стремящийся к власти… учти, я выдаю тебе секретные сведения.

— А она прибудет на свадьбу? — заинтересовался я, припомнив, что у меня к Альбионе старые счеты.

— Нет, — мрачно усмехнулся магистр, — обещала прислать придворного мага. Ну тебя еще интересуют наши планы?

— Конечно. Только честно.

— А я рассчитывал соврать менталу, — ехидно ухмыльнулся он, — сам понимаешь, Рведесу тоже жаль, что сын женится на ведьмочке, и изначально мы надеялись, что она начнет грубить и устраивать прислуге сцены и строить мелкие пакости всем остальным, как делала в крепости.

— У вас хорошие шпионы, — отстраненно заметил я, начиная понимать, что положение еще более мерзкое, чем я представлял.

— У нас хороший шар, — внезапно развеселился магистр, — был. Пока один маглор не наставил столько щитов и ловушек, что подсматривать стало невозможно. А потом и неинтересно. Но тогда мы еще надеялись, что бастарда притворяется и готовит план побега. А как только окажется на воле, проявит все свои таланты во всей красе.

— Ладно, можешь дальше не объяснять. — Я уже понял, к чему он клонит, и совершенно не желал еще раз выслушивать намеки на то, что ведьмочке вполне разрешили бы вместо племянника главы дома выбрать кого-нибудь попроще.

Все равно это уже бесполезно. Все, что мог, я уже сделал, и переиграть это теперь не получится.

— Почему?! — ехидно посмотрел на меня магистр.

— Потому что Мэлин уже приняла решение, — веско сказал Унгердс, — и даже поссорилась ради Зийлара с родителями, и мы намерены это решение уважать. Когда вы предлагаете устроить свадьбу?!

— Да хоть сегодня. — Гуранд явно боялся, как бы жених чего-нибудь не сотворил с горя, и мечтал поскорее сдать его в надежные ручки ведьмы.

— Унгердс, я ничего в этом не понимаю, — озадаченно уставился я на советника, — но точно помню, что в Сандинии знатные девицы за три месяца начинали шить платья и закупать перчатки, туфельки, платочки и веночки. Мэлин не обидится, если у нее всего этого не будет?

— Мы пришлем женщин из дома правителя, и они привезут все, что необходимо, — пообещал магистр, но выглядел он невесело. — А где Мэлин?

— Здесь, спит, — сказал я чистую правду, — рядом с родственниками ей находиться сейчас трудно. Но раз все так просто, я согласен. Если честно, даже рад, у меня столько проблем, что я не обижусь, если их станет на одну меньше. А сейчас я ухожу, меня возле банка ждут гномы. Унгердс, ты сам все организуешь?

— Иди, не волнуйся. Ты же еще придешь?

— К тому времени, как мясо сварится, буду здесь, — нажимая камни, пообещал я.

Рудокопы уже стояли тесной кучкой неподалеку от крыльца банка и мрачно посматривали на снующих вокруг дроу. Как я начал понимать, понаблюдав несколько секунд, утро в банке — довольно оживленная пора, и гномы не могут не чувствовать раздражения при виде самоуверенных дылд.