Земля Павшего - Виктор Ночкин

– Не знаю, сошел с небес к нам нарочно или же свалился, как учат имперские попы, однако от него исходит нечто, что позволяет нам творить магию.

– Нечто?

– Мы называем это эманациями. Эманации Павшего, слышал такое слово? В Уртахе, над его телом, эманации сильны. Чем дальше от гробницы, тем они убывают, рассеиваются. Это как запах – рядом с покойником воняет крепко, а отойдешь, так и не чувствуешь. Здешним магам не хватает божественной силы, поэтому они не могут навостриться как следует. Тут уж есть талант или нет, а ничего не поделать. Вот я зачаровываю доспехи и амулеты всякий раз, как бываю в Уртахе, обновляю наложенные на них заклинания.

– Ну да, я помню, ты ходишь в мавзолей Павшего всякий раз, как мы бываем в столице. А здешние?

– Они сидят по своим башням и берлогам, в Уртаху не ездят. Видел, каков, к примеру, этот Греспен? Небось и носа из башни не показывает. У себя-то он скопил по крохе, накрутил заклинания на каждый камень. А так, выйди он из башни – и слабак. Тем более разбойник, у которого даже башни нет! Здесь север, граница, от мавзолея Павшего далеко... Эх, ты не чувствуешь, как слабы здесь эманации.

– Угу...

– Ты помнишь карту королевства? Земля Павшего круглая! Круглая – потому что границы нашей силы находятся на равном удалении от Уртахи, от мавзолея. Эманации из гробницы распространяются равномерно...

– Круглая, да. Только снизу, на юге, как срезали.

– Линия побережья сформировалась задолго до нисхождения, – кивнул Джегед. – Поэтому море как бы отняло кусок, где эманации значительны. Только полуостров Хоррох торчит как палец.

– М-да... Полуостров Хоррох торчит. Только мне он не пальцем казался, а мужским достоинством.

– У тебя одно на уме.

– Ну, почему же... – Годвин утолил голод, рыгнул и облокотился на спинку стула. Теперь он ел медленнее. – Просто хочу тебя немного отвлечь. По-моему, ты какой-то грустный.

– Да все эти разговоры о войне...

– Нет, о войне повсюду говорят, на каждом постоялом дворе. Я везде это слышу, куда ни приедем! Слушай, а может, заклинание этого разбойника какое-то хитрое было? Может, оно с опозданием действует? Ты в порядке, а? Не ешь совсем... и бледный.

– Да ем я, ем...

Джегед улыбнулся, его тронула забота приятеля. Чтобы показать, что он здоров и не потерял аппетита, колдун схватил с блюда кусок побольше, но до рта донести не успел. Выронив еду, маг вскочил со стула, лицо исказила гримаса, он захрипел, прижал руки к животу и согнулся, потом резко выпрямился... упал на пол.

Годвин вскочил с кинжалом в руках и завертел головой – сперва он решил, что Джегеда поразили неким оружием, потом воин сообразил, что дверь и ставни плотно закрыты, он бросился к магу – тот с рычанием корчился на полу лицом вниз, локти ходили из стороны в сторону, будто Джегед душил кого-то невидимого. Между стиснутых челюстей чародея рвалось глухое рычание.

Годвин дернулся к выходу, потом остановился. Кого звать? Кто может помочь чародею?.. Шагнул к приятелю и склонился над ним. Джегед стал дергаться тише, и рычание снова перешло в хрип.

– Джегед... – неуверенно позвал воин. – Что с тобой?

Колдун, не разнимая стиснутых рук, поднялся на колени. Согнутая дугой спина мелко дрожала. Спутанные пряди волос скрывали лицо.

– Все... – выдохнул маг. – Все кончено.

Джегед с усилием развел локти, выпрямил спину и взмахнул правой рукой – небольшой предмет брякнул в стену и с перестуком покатился по доскам пола. Годвин оглянулся – перстень. Потом воин перевел взгляд на приятеля – тот тяжело поднялся и рукавом утер обильно выступившую испарину. Джегед был бледен, и ладонь дрожала.

– Мой брат умер, – объяснил маг.

– А-а-а... – протянул Годвин, как будто получил объяснение, хотя на самом деле по-прежнему ничего не понимал.

Джегед упал на стул, приятель тут же сунул колдуну свой кубок. Тот разом сглотнул, тяжело выдохнул и пробормотал:

– Перстень. Я все чувствую. Это отец придумал. Мы с Каспером постоянно ссорились. Он старше на четыре года... был. Но я всегда его обижал, я многократно талантливей его и развивался быстрее. Каспер...

Годвин быстро налил вина в опустевший кубок, Джегед снова осушил одним глотком.

– Он был тихий, добрый. Слишком тихий. И способности имел невеликие. А я постоянно лез к Касперу, задирал. Сам не знаю, зачем я его обижал?

Годвин снова налил. Он никак не мог сообразить, что происходит, но чувствовал: другу нужно выговориться.

– Может, из-за того, что наследство должно было достаться ему, старшему? Он получил башню Скарлока, хотя способностями уступал мне. Наверное, из-за этого я завидовал брату? Хотя вряд ли, это началось намного раньше, чем мне пришло в голову насчет наследства. Да Каспер поделился бы, позволил мне жить в башне с ним...

Джегед сделал несколько глотков, рука его уже не дрожала, напряжение отпускало мага.

– Вот отец и придумал, надел нам с Каспером такие кольца, чтобы каждый чувствовал боль другого. Чтоб не было охоты каверзы устраивать друг дружке. В основном это ко мне, конечно, относилось. Каспер никогда не начинал...

Годвин покачал головой – он никак не мог представить Джегеда, такого серьезного и сосредоточенного, молодым хулиганом, который подстраивает пакости старшему брату.

– Так, говоришь, брат хорошо к тебе относился?

– Да, он звал остаться. Я сам ушел. По глупости, мальчишкой был, дураком... Ну а потом как-то неловко было напрашиваться. Я привык странствовать, научился жить на дороге.

– Хорошо научился, – подтвердил Годвин. И снова подлил магу вина.

– А теперь он умер, – буркнул Джегед. – Каспер умер!

– Его убили?

– Конечно. Ему было больно, он сопротивлялся изо всех сил... и, клянусь Павшим, кто-то ответит мне...

Джегед уставился на кубок в собственной руке, как будто только что его заметил. Поставил на стол. Снова взял. И залпом выпил.

– Годвин, я отправляюсь в башню Скарлока! Немедленно!

– Нет, не так. Не ты, а мы, и завтра, потому что ворота уже заперты. Джегед, спокойней. Мы найдем убийцу, только будь спокойнее! У тебя все выходит лучше, когда ты хладнокровен.

Джегед опустил голову.

– Ты прав, Годвин. И благодарю, мне в самом деле может потребоваться твоя помощь.

– Ты успокоился? Отлично.

– Я успокоюсь, когда выпущу кишки убийце брата. Завтра, если ты не передумаешь, мы отправляемся на юг, к Скарлоку.

– А что с наследством?

– У Каспера семья, мне ничего не нужно. По закону я могу претендовать на какую-то долю, но мне не нужно. Я крепко стою на ногах, пусть все остается вдове и сиротам.