Время не знает жалости - Ольга Валентеева

— Будет сделано, — ответил Ян и исчез.

А я почувствовала, что схожу с ума. Так просто. «Раз она умерла, отпусти ее, а то я забыл». Кадр из фильма ужасов. Или триллера. Что я здесь делаю? Что?

— Ты еще тут? — обернулся Эд, вспоминая о моем существовании. — Папка у тебя. Что сидим? Времени не так много.

Снова появился Ян.

— Хозяин, она отказывается уходить со службы. Хочет продлить контракт.

Эд вздохнул. Он выглядел усталым. А я тихонько пробиралась к выходу.

— Сказал — отпустить, — хмуро ответил хозяин. — И девчонку отвези, а то заблудится.

Я выскользнула следом за Яном. Голова кружилась, мысли выплясывали пасадобль. А Ян шел впереди, бормоча что-то под нос. Как он собирался отпускать Серафиму? Значит, Ян может общаться с мертвыми? Или это что-то иное?

Мне бы самой поговорить с Серафимой. После того, что я видела за последние дни, беседа с призраком не казалась такой уж страшной.

Села в машину. Открыла папку. Павел Дмитриевич оказался крепким на вид мужичонкой, чуть лысоватым, с приятными большими глазами и полными губами. Жена, дочь. Жил неподалеку от меня. Чему быть, тому не миновать.

Ян выругался.

— Что?

— Да Серафима эта, — ответил он. — Палкой не выгонишь бабку. Привязалась к нам. Может, пусть остается, думаю? Хозяин про нее все равно забудет. А бабулька пользу приносит. Вон, тебя нам привела.

— Ты можешь видеть духов?

Я мигом забыла о Коробове и переключилась на Серафиму.

— А что тут сложного? Меня хозяин научил. Главное — не бояться. Они сами пугливые. Могут потом и не явиться больше. Надо только пойти туда, где дух точно бывает — к нему домой, например, или на любимую работу. Сосредоточиться, позвать. Все, дело сделано. Я давно работаю с хозяином, привык.

Мне надо поговорить с Серафимой! Хорошо, Ян не торопился отправлять ее… куда? В ад или рай? На небо? В иной мир? Куда?

— Но как ты так быстро связался с Серафимой? — зацепилась я за его слова.

— Она раньше часто в клуб захаживала, когда помоложе была, — хохотнул Ян. — Все хозяину глазки строила. А что? Было, на что глянуть. Но хозяин людей не любит. Он вообще никого не любит.

— Но он же сам не человек?

Я по крупицам собирала такую ценную информацию.

— С какой стороны посмотреть. — Ян пожал громадными плечами. — Тело у него обыкновенное, только не стареет да не изнашивается. А так — человек как человек. Даже сердце бьется. Все, приехали, красавица. Тебя подождать?

— Нет, я рядом живу.

Нехотя выбралась из машины и замерла перед многоэтажкой. Автомобиль с ревом сорвался с места.

Дальше тянуть некуда. Я шагнула в подъезд, вызвала лифт и поехала на четвертый этаж. Чтобы справиться с волнением, начала мурлыкать под нос любимую песенку, но даже знакомые слова не желали всплывать в памяти из-за волнения. Чувствовала себя загнанной в угол. И как ни пыталась отвлечься — ничего не получалось.

Нужная дверь нашлась слишком быстро. Массивная, железная. Нажала кнопку звонка, и из-за двери зазвучала трель. Никто не открывал. Позвонила снова. И снова. Уже собиралась уходить, когда лязгнул замок и в проеме замер хозяин квартиры. Он явно весело проводил вечер, потому что запах перегара ударил в нос.

— Ты кто? — смерил меня Павел недовольным взглядом.

— Служба доставки, — соврала я.

— Ты не ошиблась? Что доставляешь-то?

Он отступил, и я протиснулась в квартиру. Почему-то Павел не вызывал у меня жалости. Было в нем нечто отталкивающее. Хотя я и не могла объяснить — что.

— Послания. Нужно передать, что время платить по счетам. Мой наниматель, — ну не могла, как Ян, называть Эда хозяином — поручил спросить, довольны ли вы итогами сделанного выбора или хотите что-то изменить.

Павел смотрел на меня, как на сумасшедшую, а я не могла подобрать слова. А потом он вспомнил.

— Тот парнишка! — Недюжинный кулак врезался в стену у моего плеча, и я попятилась. — Помню-помню. Думал, он подшутил надо мной. А вот оно как! Пойдем, красотка. Выпьем за новую жизнь.

Павел схватил меня за руку и потащил вглубь квартиры. Втолкнул в двери, и я очутилась на кухне. Здесь царил хаос грязная посуда, бутылки, запах портящейся еды и полного мусорного ведра. К горлу подкатила тошнота.

— Что морщишься, милая? — хохотнул Павел. — Вот как выглядит квартира счастливого семьянина. А ведь он предлагал мне! Предлагал роли, славу. А я: Катька, Катька. Заладил, как попугай. И где теперь Катька? Загорает с очередным хахалем?

Что ответить? Мне повезло — ни родители, ни близкие родственники не употребляли алкоголь. Но вот среди дворовых подружек имелись дочки подобных типов. Я бывала у них в гостях и иногда видела, в каком состоянии отцы или матери приходили домой. Неудивительно, что Катька сбежала от такого мужа. На фото Павел был куда приятнее, а в жизни оказался беспробудным пьяницей.

— Выпьем!

Передо мной плюхнулся стакан с водкой.

Павел пил с горла, закусывая соленым огурцом. Тошнота усилилась. Я попыталась поскорее справиться с заданием.

— Мне нужно спросить, каков ваш выбор теперь.

— Катька — шалава, — продолжил Павел, не слушая меня. — То «Пашенька, Пашенька». А только Пашенька без работы остался, так что? Руки в ноги — и тю-тю. Дочка, Машка, тоже хороша. Уехала в столицу, в институт, и носа не кажет. Такая же б…, как и ее мать.

Я поняла, что пора пробираться к выходу, но Павел схватил меня за руку:

— Вот у тебя муж есть, красотка?

— Есть, — на всякий случай заверила я.

— Ты ему изменяешь? — Пьяный взгляд впился в лицо.

— Нет.

— Молодец. А Катька всегда гуляла. Вот я и пошел к нему. За помощью. Он прямо сказал: не противься судьбе. А я: «Жить без нее не могу». Что ты думаешь? Вернулась, загульная. А парень тот сказал, что у нас есть несколько лет. И потом снова спросит. И плату возьмет — заберет то, от чего откажусь. Карьеру или жену. Я не поверил. Но вот ты пришла, девонька. Передай ему, знаешь что? Передай, что эта шлюха мне не нужна. Пусть валит к своим кавалерам. И Машку забирает. Я отказываюсь от нее.

— Постойте! — Мне вдруг стало не по себе, вспомнился муж Карины. — Ваша жена, конечно, не права, но она может погибнуть…

— Да пусть катится! — гаркнул Павел. — Хоть в лепешку расшибется! Провалится сквозь землю! Ненавижу ее, тварь!

Он дернул меня на себя. Я вырвалась и понеслась к двери. Вслед летела пьяная ругань. Что делать? Поехать к Эду, попытаться поговорить? Я должна знать, что будет с Павлом дальше. Не могу вот так — просто выйти из квартиры и забыть!

И зачем отпустила Яна? Достала из сумки телефон и набрала знакомый номер.