Война ведьмы - Джеймс Клеменс

Но теперь нужно уйти тайно, и это гораздо сложнее.

— Об-блигатум? — Каст взглянул на колодец.

Кивнув, Сайвин объяснила:

— Через этот колодец мирая проникают в погруженного левиафана и покидают его. А еще через этот колодец может просунуть голову морской дракон и вдохнуть воздух левиафана, не поднимаясь на поверхность. — Сайвин посмотрела на уровень воды в колодце. — Нам повезло. Сегодня левиафан плывет недалеко от поверхности. — Она обернулась к Касту и пояснила: — Если он погружается в глубину, давление воды продавливает ее через жерло облигатума, и вода заполняет комнату. Это закрыло бы нам выход.

Господин Эдилл хихикнул.

— Это не просто везение, моя дорогая.

— Что ты хочешь сказать, дядя?

— Когда я услышал, что вы попросили аудиенцию у совета, я догадался о ваших планах и приказал левиафану на глубину сегодня не уходить..

Сайвин нахмурилась.

— Когда мама узнает, она поймет, что ты помог нам бежать.

— Она будет только подозреват ь, но доказать не сможет… — господин Эдилл пожал плечами. — Видишь ли… мои бедные старые уши побаливают. Мне просто нужно было слегка отдохнуть от давления, вот я и приказал левиафану держаться поближе к поверхности.

— Ах, понимаю, — сказала Сайвин с усмешкой, выслушав это высосанное из пальца объяснение.

— Теперь уходите. — Господин Эдилл сорвал яйцеобразную тыкву, росшую на стене на вьющемся побеге, и протянул ее Касту.

Кровавый Всадник взял тыкву, осмотрел со всех сторон, потрогал черенок.

— Что это?

— Сосуд с воздухом, — сказал господин Эдилл. — Он тебе понадобится под водой. Я думаю, Сайвин сумеет задержать дыхание на нужное время. — Он многозначительно взглянул на племянницу.

— Нужное для чего?

Сайвин кивком указала на колодец.

— Господин Эдилл прав. Я не могу призвать Рагнарка здесь. Дракон слишком велик, чтобы протиснуться через эту маленькую дырку. Так что уходить придется нам с тобой. А дракона призывать уже под водой.

Каст вытаращил глаза, но не сказал ни слова. Сайвин видела, как он изо всех сил пытается сохранить самообладание перед лицом необходимости снова потерять себя в драконе. Ее сердце болело за него.

Даже господин Эдилл, похоже, заметил, как напрягся Каст.

— Мне пора идти. Если я слишком надолго задержусь, совет заинтересуется, где я.

Сайвин обошла колодец и крепко обняла дядю.

— Спасибо, — сказала она ему на ухо.

Господин Эдилл обнял ее в ответ.

— Да несут вас невредимыми приливы, — прошептал он. Это было древнее прощание мирая.

Они разжали объятия. Господин Эдилл попрощался с Кастом и ушел, запечатав за собой дверь.

Оставшись наедине, Каст и Сайвин смутились. Нужно было слишком много сказать друг другу, слишком во многом друг другу признаться. Сайвин показалось, что левиафан вдруг опустился на глубину тысячи лиг. Самый воздух казался ей густым и тяжелым для дыхания.

Она уставилась на Каста, но не могла встретиться с ним взглядом. Он тоже отводил глаза.

— Нам надо идти, — сказал он наконец — хрипло и еле слышно.

Она кивнула.

— Я пойду первой и буду ждать тебя снаружи.

Она подошла к нему и молча показала, как отломить вершину черенка воздушного сосуда и вдыхать из него свежий воздух. Затем обвела рукой вокруг его тела:

— Когда я выйду, тебе нужно будет снять рубашку и штаны.

Он кивнул. Когда дракон освобождался, все что было надето на Касте, просто разрывалось в клочья.

— Тебе надо идти, — повторил он.

Сайвин наклонилась, чтобы обнять его на прощание. В это же мгновение Каст отступил назад, стянув рубашку со своих широких плеч. Сайвин смущенно замерла. Он тоже остановился, наполовину сняв рубашку. Хотя Сайвин уже видела Каста обнаженным, прикасаться к нему обнаженному ей еще не приходилось.

Она опустила глаза и отвернулась.

— Я… я буду ждать тебя снаружи.

— Я… я приду.

Сайвин встала на краю колодца, чувствуя себя полной дурой. Она не могла заставить себя сдвинуться с места. Вдруг ее сзади обняли сильные руки. На мгновение она напряглась, задержав дыхание, а потом растаяла в тепле его тела. Его губы коснулись нежной впадинки на ее шее. Никто ничего не сказал. Сайвин не осмелилась даже обернуться. Они попрощались прикосновениями и тихими звуками.

Наконец его руки разжались, пальцы скользнули вниз по ее обнаженной руке, и он отступил.

Она вздрогнула от прикосновения прохладного воздуха к своей разгоряченной коже.

Не оглядываясь, она одним движением нырнула в море. Холодная вода смыла слезы, которые потекли у нее из глаз.

Выскользнув из левиафана, она прогнулась под его брюхом и развернулась, чтобы оказаться лицом к отверстию. Внутренние веки Сайвин мгновенно поднялись, и она ясно видела сквозь кристально чистую воду. В ожидании Каста она коснулась того места на шее, где ее коснулись губы Кровавого Всадника. Даже в холодном море это воспоминание согрело ее кровь. Она не знала, как назвать смятение чувств, бушевавших в ее сердце.

Сайвин отняла руку от шеи и поближе пододвинулась к отверстию в брюхе левиафана. Нельзя позволить чувствам помешать ей выполнить свой долг. Каст — их возрожденный прародитель. Если верить ее дяде, на плечах Каста покоилась судьба ее народа. Гребя руками и ногами, Сайвин держалась около облигатума. Казалось, прошла вечность, прежде чем у отверстия появился фонтан пузырьков — Каст выбрался из левиафана.

Сайвин подплыла поближе. Каст изо всех сил размахивал руками и ногами и извивался, пытаясь сориентироваться в воде. Приблизившись к нему, она поняла, что Каст ничего не видит. У него не было дополнительных век, которые закрыли бы его глаза от щиплющей, слепящей соленой воды. Она представила себе, какая паника охватила его, оказавшегося в этом холодном, слепом мире, где единственной его надеждой на выживание была она.

Сайвин схватила Каста за руку, и он сразу же успокоился. Он даже не попытался ухватиться за нее, а спокойно ждал, доверяя ее опыту и умению, когда она к нему подплывет. Ей тяжело было смотреть на его обнаженную грудь и бедра, прикрытые только тонкой льняной тканью. При виде его сильных ног и груди Сайвин с трудом удержалась от вздоха.

Она подплыла так, чтобы оказаться перед Кастом, и привлекла его поближе, не отводя глаз от его лица. Чтобы расстояние между ними не увеличивалось, ей пришлось обвить ногами его талию.

Сайвин коснулась подбородка Каста и повернула его лицо драконьей татуировкой к себе. Каст напрягся, зная, что вот-вот произойдет. Изображение Рагнарка, свернувшегося черного дракона с дикими красными глазами, оказалось прямо перед ней. Она почти чувствовала, как пленный зверь требует освободить его.