Слишком много щупалец - Дмитрий Казаков

Да, вот уж точно родственница Джеймса Бонда – машину водит как профессиональный гонщик, великолепно стреляет и дерется, знает больше иного доктора наук, умеет управлять самолетом, наверняка прыгала с парашютом, занималась дайвингом и представляет, как обращаться с танком и космическим кораблем.

О внешних данных вообще умолчим.

– Отлично, – улыбнулся коллега. – Это все упрощает.

В Брённёйсунн мы прибыли только к одиннадцати вечера, проведя «в седле» три четверти суток. Подрулили к единственной местной гостинице и сделали отважную попытку там устроиться.

Администраторша, слегка похожая на Мишель Пфайфер, выделила нам два двухместных номера.

– Ну что, Антон, – сказал я. – Мы, как опытные педики, в смысле старые боевые товарищи, селимся вместе, а прекрасную даму оставим на растерзание норвежскому троллю.

Ангелика кивнула, Бартоломью ревниво покосился на Харальда.

Это он зря – насколько я знаю скандинавов, коллега только к послезавтрашнему обеду сообразит, что обитает в номере с офигительной красоткой, и что к ней можно подкатиться. Да и то скорее всего побоится, что на него подадут в суд за сексуальные домогательства, и решит ничего не предпринимать.

Вот такие они, запуганные законом европейцы.

Номер нам достался на первом этаже, с видом на главную улочку поселка, в меру живописную, в меру банальную. Отдав дань гигиеническим процедурам, я поразмыслил, хочу я есть или нет, и решил, что сон всему голова, а еда и до завтра подождет. Того, как из душа явился Антон, я уже не видел и не слышал, вырубился мгновенно, едва положил голову на подушку.

Аэропорт Брённёйсунна после франкфуртского «Бен-Гуриона» и даже «Флесланда» выглядел на диво патриархально: несколько полос, по соседству с которыми пасутся козы, утыканное антеннами здание диспетчерской, и выстроившиеся в ряд маленькие, почти игрушечные самолетики.

Переговоры Ангелики с местными повелителями воздушного пространства прошли успешно, с моей карточки улетучилось некоторое количество денежных единиц, и мы получили в свое распоряжение мелкий летательный аппарат под названием «Цессна».

– Надеюсь, никто не боится высоты? – спросила наша шпионка, нарядившись в летный комбинезон и шлем.

Признаться в трусости никто не решился, мы запихнулись в крошечный салон, и наш самолет порулил в сторону взлетной полосы. Пара минут ожидания, и нам дали разрешение стартовать. Ускорение вдавило меня в кресло, унеслись назад прижавшие уши козы, и в следующий момент мы оказались в воздухе.

И стало ясно, что полет на большом аэроплане и на маленьком – две большие разницы.

Когда рассекаешь пространство на быстром и тяжелом, как гора, «Боинге», тебе плевать на всякие порывы ветра и прочие воздушные ямы. А когда твою «Цессну» можно опрокинуть пинком, ты начинаешь нервно поглядывать по сторонам и думать, что пешая прогулка – не такая плохая идея.

– Очень хорошая машина, – сказала Ангелика, заставив самолет слегка покачать крыльями. – Так, нам нужно прямо на юг.

Прямо или не прямо, а где-то через полчаса лету мы добрались до Террак-фьорда, не очень длинного, не самого красивого, но зато с множеством островов и почти безлюдного.

– Надеюсь, у этого засранца нет зенитных установок, – проворчал я, вооружаясь мощным биноклем.

– Упоминаний о них нам найти не удалось, – на полном серьезе ответила белокурая бестия. – Но на нас хватит самого обычного «стингера», поэтому рисковать особенно не будем. Пройдем туда-обратно, и все.

Она снизилась, и вскоре показался Фьярой, похожий на неровную, обгрызенную с одной стороны лепешку из камня. Я разглядел вертолетную площадку, особнячок Хаима Шоррота, миленький такой, с черепичной крышей, чуть ли не десяток выстроившихся в ряд белых ветряков.

Ну да, дует тут почти постоянно, и отчего бы не качать даровую энергию?

Увидел дороги, уползающие в разные концы острова, утыкающиеся в миленькие такие забетонированные пятачки, немного утопленные в почву. Да, несведущий человек и не сообразит, что это боевые позиции для самоходных артустановок калибром сто тридцать миллиметров, что входят в комплекс «Берег». Узрел дома охраны, спрятанные в уютной бухточке причалы, около которых стояло несколько катеров, роскошная яхта и еще какие-то странные штуки, похожие на маленькие подлодки.

Затем пришлось отдать бинокль Ангелике, тоже высказавшей желание посмотреть.

– Безэкипажные патрульные катера типа «Протектор», – сказала наша валькирия, оценив ситуацию в считаные секунды. – Развивают скорость сорок узлов, автономность до тридцати часов, вооружение – пулемет «Мини-Тайфун» Эм-ка-сорок девять. И берега почти везде отвесные, причалить трудно, с воздуха тоже незаметно не подберешься, вон локаторы торчат…

– И что же делать? – спросил Харальд.

– Есть совершенно безумный вариант, – Ангелика вернула бинокль мне. – Добраться до острова под водой. Гидрокостюмы и водолазное снаряжение достать несложно. Проблема в том, что мы не особенно опытные дайверы и вдобавок не знаем дна и течений в этом районе.

«Не особенно опытные» – это мягко сказано.

Я, конечно, с аквалангом нырял, и не раз, и не два, но все для развлечения, и на большую глубину не опускался. Насчет коллеги не знаю, но Антон наверняка не шустрее меня в этих делах.

– Придется рискнуть, – сказал я. – Не отступать же?

– Это верно, – Ангелика заложила крутой вираж. – Сейчас я пройду над островом еще раз, и хватит.

Во время второго захода мы не увидели ничего нового, разве что Бартоломью сделал еще с дюжину снимков. Логово Хаима Шоррота вскоре пропало из виду, и наша «Цессна» помчалась к Брённёйсунну.

Сели мы благополучно, а когда ступили на землю, аэропортовские козы посмотрели на нас с некоторым почтением.

– Пат-пат-патрясающе, – сказал я, – но твердая почва под ногами, это все же круто.

Наша шпионка сдала летные шмотки, и мы отправились обратно в поселок – на военный совет. Для его проведения было выбрано кафе при гостинице – обычная столовка, разве что с пивом.

– Ну, что, какие есть идеи? – открыл я это «совещание в Филях». – Рискнем сунуться под воду или просто отправим О’Дилу ругательное письмо, чтобы он расстроился и покончил с собой?

– Такой тип, если расстроится, скорее покончит со всем миром, – заметила Ангелика. – Так что лезем под воду.

– И мне этот вариант больше нравится, – поддержал ее Харальд, а худред-фотокор отважно кивнул.

Ну что же, безумству храбрых, как говорится, поем мы песню и танцуем пляску…

– А что будем делать на Фьярое? – поинтересовался я, глядя на белокурую бестию. – Вступать в бой с охраной, чтобы прорваться к дому Шоррота и прибить его, рискованно. Их больше, да и наверняка там собраны серьезные ребята. Попытаться пробраться к особняку незаметно? Будь мы все четверо опытными диверсантами, этот вариант мог бы сработать…