Закон Ордена - Петр Гурский

Нади не хотелось вспоминать о том, что произошло с той женщиной и ее семьей перед смертью, – в своем городе, от рук солдат своего же князя. А сейчас трудно было и представить, как Моргон вообще мог хоть кого-нибудь полюбить. Моргон – и любовь… Это не по нему. А ведь любил же, раз учинил такое, вернувшись в город.

Наведя дисциплину, князь великодушно простил все солдатские прегрешения. А Моргон не простил. Пепе сказал, что Моргон ушел из войска, чтобы хватило времени отыскать тех шестерых. Он построил кузню ради них же, ради огня и раскаленного железа.

Князь затем великодушно простил и Моргона, но, кажется, все чаще жалел об этом.

– И что мне сказать князю? – спросил саг.

– Что я его верный слуга, – угрюмо ответил Моргон. – Оружие будет готово через три дня.

Саг кивнул.

– …А можешь еще сказать ему, что у него по-прежнему нехорошо с дисциплиной в войске. Лучше его солдатам вежливей вести себя в моей кузне.

– А вот этого я ему не скажу, – спокойно добавил саг.

Пепе заканчивал работать с огнем, Бингун с Шаратой уже пошли в корчму, Алие подметал, а Нади куда-то запропастился. Было уже далеко за полдень, а работы выдалось немного. Над невеликим княжеским заказом не потребовалось работать до сумерек.

Задумчивый Моргон сидел в углу кузни на табурете.

– Будут неприятности? – осведомился Пепе.

– Да нет, – мотнув головой, ответил кузнец. – Если бы князь не хотел прикрыть дело, не послал бы Маттренса. Я его знаю. Он тихо заметет под ковер.

– Это здорово.

– Но пусть эти псы в оранжевом не суются ко мне… кстати, может, стоило бы уже занести сделанные кинжалы хранителю оружейни? Где Нади?

– Не видно его. Уже с час где-то бегает. Я понятия не имею, куда он постоянно пропадает.

– Много у нас готовых кинжалов?

– Да мы их сделали уже все, – ответил Пепе, – но я бы еще поработал над ними, чтобы лучше выглядели. Тогда продадим их дороже.

– Ладно, – согласился Моргон.

Появился раскрасневшийся, запыхавшийся Нади. Он усиленно делал вид, что все в порядке и ничего особенного, пробовал отдышаться и успокоиться, но не мог. Притом Нади только раз мельком глянул на Алие. Тот заметил. Нади выскочил из кузни.

Алие еще раз махнул метлой и сказал:

– Можно я закончу потом? Я очень устал.

– Закончи теперь, – ответил Пепе.

– Я устал, – повторил Алие. – Пожалуйста. Я домету через час, когда отдохну.

Пепе оторвался от работы и с удивлением посмотрел на парня. Тот же всегда был упрямым, мрачным и никогда ни о чем не просил.

– Ладно, – согласился Пепе. – Ты хорошо поработал сегодня. Можешь не возвращаться. Я сегодня особо не утрудился, подмету за тебя.

Теперь уже удивился Алие. Он заколебался, но потом отложил метлу и выбежал из кузни, крикнув на бегу: «Спасибо!»

Пепе только покачал головой. Надо же! Пожалуйста, спасибо. А побежал малец так, будто вовсе и не усталый.

Моргон из угла наблюдал и за приходом Нади, и за странностями Алие. Когда тот выбежал, кузнец встал и пошел следом.

Алие добежал до башни и осмотрелся – есть ли кто поблизости? Похоже, нет.

Он прошел мимо главного входа. Там на двери висели большие замки с княжеской печатью. Нади скользнул в кусты сбоку от входа. Они целиком укрывали полуразрушенную пристройку. От нее тоже вел проход в башню, такой же полуразрушенный, но про него забыли. Алие отыскал его вместе с Нади.

Если не бояться темноты и пыли, в щель можно протиснуться и забраться в башню. Конечно, если проход не обвалится окончательно.

Алие быстро побежал наверх по каменным ступенькам. Бежать пришлось долго – башня была высокая. Он совершенно выбился из сил к тому времени, как забрался наверх и, наконец, вдохнул холодный северный ветер.

Конечно же, Нади уже был там: лежал на полу и смотрел вдаль.

– Вон они, видишь?

– Вижу, – подтвердил Алие.

– Далеко, правда? – дрожа, спросил Нади.

– Далеко.

– Слишком далеко?

Сколько же стража и надежды было в этом вопросе…

– Не знаю, – задумчиво ответил Алие, глядя в сторону солнца.

На его фоне плясали в воздухе птицы амвари.

– Далеко, – с отчаянием сказал Нади. – Никто не сможет попасть в птицу с такого расстояния.

– Это правда, далеко, – согласился Алие.

– Но ты ведь сможешь?

Алие долго молчал. Он спокойно, с облегчением глядел вдаль. Как приятно наконец не зыркать поминутно во все стороны, будто ненормальный. Пусть Моргон сам прикидывается идиотом, раз такой умный. Он не представляет, насколько это тяжело.

– Да, смогу, – подтвердил Алие.

Нади протянул ему свой лук и колчан, полный стрел, – не тех, какими стреляли перед кузней. Те были эффектные, раскрашенные, со знаками мастера. А в колчане были стрелы серые, уродливые, но идеально прямые и уравновешенные. Никто бы не определил, откуда они, потому что Нади втайне делал их сам.

Нади умел делать стрелы. Никто не мог сравниться с ним. Но Алие лучше стрелял.

– Лучше уходи, – посоветовал тот.

– Я хочу увидеть, как ты попадаешь.

– Ты видел в прошлый раз. Лучше иди к людям, чтобы тебя видели. Все знают о том, что ты – хороший лучник. Каратели могут поинтересоваться тем, где были хорошие лучники, когда погибали птицы.

– Алие, я с тобой и близко не стою.

– Слушай, лучше тебе и вправду уйти, пока нас не заметили. Меня-то никто не станет подозревать.

– Но я очень хочу увидеть то, как они падают…

– Я знаю. Но тебе нельзя. Иди уже. Маддона едет из города, и птицы скоро улетят.

Нади стиснул руку Алие.

– Ты настоящий друг.

– Иди. И обязательно покажись людям.

Нади все медлил, не уходил, но затем вдруг подумал, что стая сейчас улетит и даже Алие не сможет попасть, и тогда прыгнул на лестницу и побежал вниз.

Когда Нади вышел из башни, то первым делом посмотрел на свою одежду, – перепачканную, пропыленную – и принялся чиститься. Но в руинах было очень грязно, и Нади потратил изрядно времени.

Когда он, наконец, вздумал осмотреться, то увидел стоящего неподалеку и присматривающегося Моргона. Нади побледнел. Кузней равнодушно посмотрел вверх, на макушку башни.

Под Нади подогнулись ноги.

Моргон кивнул. Нади побрел к нему.

– Пойдем, – приказал кузнец.

Моргон вышел на улицу и двинулся по ней, Нади плелся рядом. Кровь, прежде отхлынувшая от щек, теперь ударила в голову, тяжко стучала в висках.