Трофей для Зверя - Полина Верховцева

Выскочив на нее, она остановилась и, громко охнув, прикрыла глаза ладонью. Солнце было таким ярким, что на миг она потерялась и зажмурилась. Потом аккуратно приоткрыла один глаз, второй, и наконец сморщившись, будто съела неспелую вишню, осмотрелась из-под ладони.

Большая поляна была сплошняком залита ромашковым цветом. То тут то там сквозь нее прорезались ярко-синие шапки васильков и желтые всполохи купейницы, а по краям причудливых трещин стелился темно-красный, как кровь боролист.

— Меленка пришла! — раздался звонких голос.

Чуть дальше, у подножья утеса, похожего на лосиные рога, на развалинах старой башни прыгали две девочки и махали ей руками.

— Мира! Софи!

Подхватив подол Мелена, бросилась к ним:

— Девочки!!!

Цепляясь за прогретые камни, Мел вскарабкалась на большой плоски валун и тут же попала в объятия.

— Мы так по тебе скучали!

— И я скучала.

— У нас тут маленький пир, — Мира указала на расстеленный платок прямо на камне платок. На нем лежали пышные булочки с маком, первые летние яблоки, желтые, как солнце, и целый кулек ягод.

— А я вот что нашла, — она стянула с плеча сумочку и протянула ее Мире.

— Ох, а я думала, что потеряла ее на совсем, — сестра прижала находку к груди и радостно закружилась.

— Аккуратнее, — Мел поймала ее за локоть, когда та неосмотрительно сдвинулась к самому краю.

Мира только рассмеялась.

— Все хорошо.

— Девочки! — Софи капризно топнула ногой, — давайте есть. Я голодна!

Переглядываясь и улыбаясь друг другу перемазанными ртами, они с удовольствием уплетали лакомства. Потом Мира откуда-то достала флягу с ледяной, но очень вкусной водой.

— Теперь давайте играть! — крикнула Софи, — догоняйте меня.

И они бегали по поляне, ловили друг друга и пестрых бабочек, круживших над цветами. Ловко перепрыгивали через разрыв, плели разноцветные венки и играли в прятки. А потом усталые, но безнадежно счастливые, повалились прямо на траву и рассматривали облака, плывущие по яркому небу.

— Вон то похоже на цветочек, — Мира указала пальцем на большую кляксу, в которой, если постараться, можно было узнать очертания ромашки.

— А вон то на булочку!

— Софи, тебе лишь бы булочки.

— А ты, Мел? Что видишь ты?

Она ответила не сразу.

В ее облаках не было ни булочек, ни цветов.

Сначала ей почудились горные пики. Острые, как зубы дракона, потом они превратились в вихри, которые кружились на месте и медленно перетекали в высокие башни. Затем картинка рассыпалась, превращаясь в неясное пятно. Оно клубилось, ширилось, вытягивалось превращаясь во что-то странное.

Вроде зверь, похожий на кошку, только почему-то за спиной плавно покачивались широкие крылья. Облака наслаивались друг на друга и от того казалось, что шкура у него не простая, а полосатая.

— Так что ты видишь?

— Я вижу зверя, — тихо произнесла она.

— Милого? — тут же встрепенулась Софи, которая всегда испытывала страсть ко всяким зверюшкам и тащила в дом живность. То котенка, то щенка, а иногда и раненую белку из леса, или зайца, попавшего в силки.

— Да. Он похож…похож на кота, — это самое близкое описание, которое она могла подобрать. Подняв руку, Мел пальцем провела по воздуху, очерчивая невидимые контуры, — вот это хвост, это лапы, это крылья.

— Крылья? — удивилась Мира, — где ты видела котов с крыльями?

— Таких не бывает, — подхватила Софи.

А Мелена рассеяно улыбнулась:

— Бывают.

Она знала это наверняка, и неясная тревога, до этого отступившая под солнечными лучами, снова подняла голову.

Кто этот зверь, который смотрел на нее с неба? Он непременно должен быть сильным и справедливым, и конечно смелым. И особенным.

— Он плохой? — как-то слишком серьезно спросила Мира.

Мел покачала головой.

Неплохой. Сложный и жесткий, но не плохой.

Она повернула голову в сторону сестер. Мира выглядела совершенно счастливой и грызла травинку, не отрывая взгляда от неба. Сразу за ней лежала Софи, беспечно закинув руки за голову и качая босой ногой.

Тревога становилась все сильнее, и холодные завывания ветра из воспоминаний пронеслись над поляной пригибая зеленые волны до самой земли.

Кожа тут же покрылась мурашками, а сестры ничего не заметили, продолжая рассматривать облака.

— Я тоже вижу кота с крылышками! — внезапно воскликнула Софи, — смотрите! Вон там! Только она маленькая совсем. Крошка…но я так ее люблю.

В груди что-то стукнуло и болезненно сжалось. Мел тоже видела силуэт маленького зверя, ей даже показалось, что она может различить кисточки на ушах.

— Красивая.

— Лучшая.

Они замолкни. Даже природа затихла. Не слышно было ни жужжания мохнатых шмелей, ни пения птиц, ни шелеста травы. Мел продолжала смотреть то на маленького зверя, то на большого, и чувствовала, как ее тянет к ним. Сильно, непреодолимо.

— Мел… — позвала Мира.

Она обернулась.

Вместо двух девочек, рядом с ней были две красивые молодые девушки. Одна чуть постарше, с русыми волосами, а вторая — точная копия самой мелены.

Обе сестры смотрели на нее. Спокойно, тепло, с затаенной грустью в одинаковых темных глазах.

— Что? — в груди защемило еще сильнее.

— Пора возвращаться, — ласково произнесла Софи и совсем по-взрослому улыбнулась.

— Не хочу, мне и тут хорошо, — Мелена отмахнулась, — здесь, с вами. Давайте еще немного поиграем, а потом пойдем домой.

— Домой? — тихо переспросила Мира, — а где твой дом?

— С вами? — с надеждой спросила Мел, чувствуя, как тоска все сильнее сковывает грудь и мешает нормально двгаться.

— С ними, — тихо произнесла Софи и указала на небо, где две фигуры приблизились друг к другу и будто кого-то ждали.

— А вы?

— А наше место здесь, — Мира улыбнулась — мы здесь счастливы.

Глаза зажгло от непрошенных слез.

— Мама, папа…

— Мы передадим им привет. Иди.

— Я не хочу обратно. Там холодно и страшно. Там я одна.

— Не одна, — Софи снова кивнула на облачные фигуры.

— Я не смогу, — Мелена искала повод, чтобы остаться, — Мне не хватит сил…

— Мы поможем.

Софи взяла ее за плавую руку, Мира за левую. И этих прикосновений она не почувствовала. Смотрела на призрачно бледные руки и не дышала. Сердце ломило, и в уголках глаз крупными каплями собирались слезы.

— Навсегда вместе? — прошептала она.

— Навсегда

— Вместе.

Ее подхватило теплым порывом ветра и плавно оторвало от земли. Она взлетала все выше и выше, а под ней, среди ромашкового поля стояли Софи и Мира и, счастливо улыбаясь, махали ее руками.

Навсегда. Вместе. В памяти. В сердце. В душе.

* * *

— Как она? — хмуро спросил Маэс.

Ника только покачала головой. Никак.

Если сам император пришел в себя на следующее утро, а к обеду уже