Грешница - Михаил Парфенов

– Ну почему ты так страстно защищаешь чужих тебе людей? – Сантера задумчиво посмотрела на свою песчаную пирамидку, словно пытаясь выведать у нее ответ. – Надо думать о себе, в крайнем случае – о своих близких. Разве не так поступают остальные? А ты рискуешь жизнью ради нелепых устаревших идеалов… Жизнь ценна? Пф-ф, какая глупость! Это давно опровергли тысячи великих полководцев, сотни тысяч алчных ублюдков, миллионы слабаков. Тогда зачем?

Она подняла глаза и выжидательно посмотрела на него.

Мальчишка кусал губы и мысленно что-то просчитывал. Ему было не до разговоров, но он все же ответил:

– Просто так. Это мое эгоистичное желание. Неужели оно так нелепо?

Уголки полных губ едва заметно дрогнули. Ведьма встала рядом, сладко потягиваясь:

– Скорее безумно. А безумие – это по моей части.

Через мгновение пространство зарябило от выброса магической энергии. Вода у берега зашипела, от нее пошел густой пар. Амира и Гебер, отражая многочисленные заклинания, едва успели воссоздать защитный барьер.

– Блер, сюда! – Рыжий маг протянул руку и втащил баньши в замыкающийся светящийся круг.

Находясь под воздействием таинственной магии, враги действовали вразнобой. Лооо едва управлялся с такой оравой. Ему пришлось скинуть одеяние, обнажая вытянутое деформированное тело. Его пальцы дергали невидимые ниточки, тогда как все остальное оставалось недвижимым. Все силы уходили на попытки разрушить слабосветящийся купол.

– Сетеялвиторпос ярз ыв! Йоннезелоб еенем тедуб тремс ашав и сетйадс!

Лооо вскинул руки и ударил по невидимым клавишам. Околдованные маги пошли в наступление.

– Что он говорит? – утирая лоб свободной рукой, спросила Амира.

– Не знаю. По-моему, он не в себе.

Что-то загрохотало, и на барьер обрушился поток воды.

– Хорошо, что в испытании участвуют в большинстве своем бедняки-самоучки.

Амира подлатала брешь в их защите, одновременно пытаясь расшевелить те крохи знаний, что она получала на занятиях. Сейчас аристократка горько жалела, что, вместо того чтобы слушать преподавателя, тайком разглядывала модные журналы и писала записочки подругам.

– Как нам с ними справиться и при этом не покалечить их? – спросил Геберт.

Ничего не делающая Сантера щелкнула пальцами:

– Ты еще помнишь формулу призыва?

– Вроде да.

– Не вроде, а точно! Давай прямо сейчас!

Рыжий маг не стал спорить, хотя очень хотел. Творить такую опасную магию, находясь под обстрелом десятка магов? Только ненормальный мог на такое согласиться. А Геб не хотел быть ненормальным еще больше, чем есть. Но в барьер влетел крупный булыжник, заставивший всех вздрогнуть, и он судорожно стал вспоминать нужные слова.

– Рисунок четче, четче, я сказала… Не нервничай. Успокойся… Хорошо, теперь сюда… Так… Заканчивай здесь! Плавнее! Теперь сосредоточься и позови. – Сантера внимательно следила за расцветающим над их головами узором.

– Кого звать?

– Того, кто откликнется. Никогда не знаешь заранее, кто придет с той стороны.

Символ призыва сработал. С тихим треском Изнанка мучительно исторгла из себя юркое создание с хрупким прозрачным тельцем, узкими глазами и длинным раздвоенным хвостом. По ее синей шерстке гуляли огоньки.

– Дай ему имя. Живее! – прошипела ведьма, отступая назад.

– Это еще зачем?

На шее зверька появился и исчез ошейник из пламени. Он склонил голову наподобие реверанса, принимая данное имя. Геберт ошалело моргнул.

– Поздравляю! Твоего ручного духа зовут Это! – Сантера хотела пожать магу руку, но зверек издал пронзительный треск, и песок у нее под ногами почернел.

Блер визгливо рассмеялась за их спинами.

– Похоже, ты ему не нравишься. И почему он такой маленький? – Геберт протянул ладонь и коснулся острого носа существа с Изнанки.

Тот дружелюбно чихнул, оставив на пальцах юноши прозрачную слизь.

– В соответствии с магическим потенциалом. А ты чего ожидал?

– Ну вообще-то…

– Может, хватит болтать! – неожиданно рявкнула бледная от натуги аристократка. – Я одна должна держать барьер?!

– Извини, Амира. Что делать дальше, Сан?

– Духа нельзя уничтожить магией – можно только задержать или освободить от контракта, убив владельца. Натрави его на кукловода. Но для этого нужно снять защиту.

Не испугалась в данной ситуации только тварь с Изнанки.

– Нас же убьют, – прошептал Геб.

– Это не пройдет через магический барьер, – отрезала ведьма. – Он слишком слаб.

– Блер, ты нам поможешь? Мы снимем барьер, а ты тут же воссоздашь новый. Ладно?

Баньши затравленно посмотрела на рыжего мага и едва заметно качнула головой:

– Я не умею.

Геберт замялся, не зная, что еще предложить. Снаружи бушевало пламя, песок превратился в раскаленную массу, все заволок туман. Сквозь толщу купола слышались возня и редкие хрипы Лооо, приказывающего сдаться по-хорошему.

– Тогда делай, что умеешь. Кричи по моему сигналу. – Сантера подняла руку.

Блер втянула воздух. Амира с Гебертом переглянулись и сняли барьер.

В них полетели разряды молний, всякая дрянь вроде травы, песка и камней, небо озарила яркая вспышка. Запела баньши. Сантера, оглушенная, упала на землю. Рядом с ней оказалась вроде бы Амира, но ведьма не была уверена. Синий зверек метнулся сквозь толпу к своей цели.

Все мельтешило, сверкало, ревело. Кто-то закричал от боли. Сантера поняла, что это вовсе не Лооо. Кричал Геберт. Его тело выгнулось дугой, так что макушка едва не касалась пяток. Ведьма подползла, схватила агонизирующего мальчика и прижала к себе. Руки обожгло кипятком, заставляя ее вспомнить проклятия всех миров Спирали. Блер продолжала петь песню смерти.

Землю ощутимо тряхнуло. Амира очнулась, приподнялась на локтях и огляделась. Поток заклинаний внезапно иссяк. Участники испытаний лежали тут и там, все до единого потеряв сознания. Сантера кашляла и грязно ругалась, хлопая Геберта по щекам. Дымящаяся Блер тихо смеялась в сторонке, глядя на неподвижных врагов.

– Получилось?

Голос аристократки прозвучал удивительно громко.

– Давай глянем. – Сантера с трудом встала на ноги, вытерла кровь и неуверенной походкой пьяного матроса, стоящего на палубе корабля, попавшего в шторм, двинулась к тому месту, где раньше был Лооо.

На его месте образовалась расплавленная клякса. Запретная магия срезонировала с существом Изнанки, а отдача целиком пришлась на несчастного уродца. Рыжего мага задела лишь тысячная часть той ужасной силы, что образовалась из-за конфликта двух разных энергий.