Сунь Укун — Царь обезьян - У Чэнъэнь

– С виду он напоминает не то черепаху, не то крокодила, – отвечал Шасэн.

– А кто его дядя, не знаешь? – снова спросил Сунь Укун.

Не успел он это произнести, как из-за излучины реки появился какой-то старик и еще издали стал низко кланяться, говоря:

– Великий Мудрец! Дух Черной реки приветствует вас.

– Так это ты захватил нашего учителя? – грозно спросил Сунь Укун. – А теперь с чем пожаловал? Опять хочешь нас обмануть?

– Великий Мудрец, – отвечал старик, горько плача, – не я захватил вашего учителя. Я – не оборотень. Я – дух, настоящий повелитель этой реки. Но в пятом месяце прошлого года из Западного моря сюда прибыл оборотень, он вступил со мною в бой и, пользуясь тем, что я уже стар, захватил мой дворец и погубил множество моих подданных. Я обратился с жалобой к дядюшке этого чудовища, царю драконов Западного моря, но он за меня не вступился и велел оставить оборотня в покое. Я хотел было обратиться к Небу, но кто я такой, чтобы тревожить своими жалобами самого Яшмового владыку? И вот сейчас, узнав, что вы, Великий Мудрец, прибыли в эти края, я решил засвидетельствовать вам свое почтение. Очень прошу вас отомстить за нанесенную мне обиду и восстановить справедливость.

– Если ты говоришь правду, – выслушав его, сказал Сунь Укун, – то в случившемся повинен и царь драконов Западного моря. Ведь это его хотел оборотень звать на пир, чтобы угостить мясом Танского монаха. Мы вот как сделаем. Вы с Шасэном оставайтесь здесь, а я отправлюсь за царем драконов, приведу его сюда и заставлю изловить оборотня.

Сказав так, Сунь Укун оседлал облако и в следующий миг очутился у Западного моря. Здесь он произнес заклинание и отважно ринулся в бурлящие волны. Он стремительно продвигался вперед, как вдруг столкнулся лицом к лицу с оборотнем-гонцом, который, держа в руках золотую шкатулку для визитных карточек, стрелой мчался к царю драконов Западного моря. Сунь Укун взмахнул посохом и одним ударом убил оборотня, а шкатулку открыл и увидел там приглашение на пир. Вот что в нем было написано.

«Недостойный племянник Ваш сто раз низко Вам кланяется и желает всяческого счастья и благополучия. Сегодня мне посчастливилось изловить Танского монаха и его ученика Чжу Бацзе. Без Вас я не дерзнул отведать мяса Танского монаха и решил устроить пир в надежде, что Вы окажете мне честь своим посещением».

Сунь Укун спрятал послание в рукав и помчался дальше.

Вскоре ему повстречался дозорный якша. Увидев Сунь Укуна, он бросился в Хрустальный дворец к своему повелителю и доложил:

– Сюда прибыл Великий Мудрец Сунь Укун!

Царь драконов в сопровождении свиты поспешил гостю навстречу и пригласил его пожаловать во дворец.

– Я еще не пил твоего чая, а ты уже успел отведать моего вина, – сказал Сунь Укун.

– Что-то не припомню, когда это я пил у тебя вино, – ответил царь драконов.

– Может быть, вина ты и не пил, – сказал Сунь Укун, – но совершенный тобой проступок хуже всякого пьянства.

– О каком проступке ты говоришь? – спросил царь драконов.

Тут Сунь Укун вынул из рукава послание и протянул царю драконов. Царь глянул и обомлел.

– Смилуйся, Великий Мудрец! – взмолился он, упав на колени и отбивая земные поклоны. – Это написал девятый сын моей младшей сестры дракон Крокодил. В позапрошлом году она умерла, и я отправил ее девятого сына на Черную реку, чтобы он там занялся самоусовершенствованием. Кто мог подумать, что этот бездельник сотворит подобное злодеяние? Я сейчас же пошлю за ним гонца.

Царь драконов велел немедленно позвать своего сына Моана и, когда тот явился, приказал:

– Возьми отряд в пятьсот воинов-раков и воинов-рыб, отправляйся на Черную реку и приведи сюда дракона Крокодила.

Царь драконов хотел устроить в честь Сунь Укуна пир, но тот отказался, лишь выпил чашку чая, которую ему поднесла царевна, и вместе с Моаном отправился на Черную реку. Там он и его воины расположились лагерем к западу от дворца, где жил повелитель Черной реки.

Узнав, что вместо дядюшки прибыл Моан с отрядом воинов, оборотень сильно встревожился, на всякий случай надел боевые доспехи, взял оружие и пошел разузнать, что случилось.

Он подошел к лагерю, где находился Моан со своими воинами, и громко крикнул:

– Дорогой брат! Прошу тебя пожаловать ко мне в гости!

Страж-улитка тотчас же отправился в палатку полководца Моана и доложил:

– Ваше высочество, к лагерю подошел дракон Крокодил и просит вас пожаловать к нему в гости.

Услышав это, Моан поправил на голове шлем, затянул пояс потуже, взял в руки треугольную дощечку и, широко шагая, вышел из лагеря.

– По какому поводу ты зовешь меня в гости? – спросил он оборотня.

– Я звал на пир дядюшку, но явился вместо него ты. Да еще не один, а с отрядом воинов. Что все это значит? – в свою очередь спросил оборотень.

– А дядюшку ты зачем звал? – опять спросил Моан.

– Хотел угостить его мясом Танского монаха, которого вчера изловил. Кто отведает хоть кусочек этого мяса, обретет бессмертие.

– Поистине ты не ведаешь, что творишь, – промолвил Моан. – Известно ли тебе, какой свирепый и грозный есть ученик у этого монаха?

– Чжу Бацзе? Тот, что со свиным рылом? – спросил оборотень. – Так я и его изловил. Есть у него еще один ученик – Шасэн, на злодея похож. Вчера мы с ним дрались, и он убежал с поля боя.

– Не о них речь, – сказал Моан. – Самый грозный и самый могущественный – третий его ученик, Сунь Укун, тот самый, что пятьсот лет назад учинил дебош в небесных чертогах, Великий Мудрец. Сама богиня Гуаньинь наставила его на Путь Истины и велела сопровождать в Индию Танского монаха. Так вот этот Сунь Укун встретил в море твоего гонца, убил, отобрал у него шкатулку с приглашением и узнал, что ты хочешь съесть его учителя. Приказываю тебе не мешкая препроводить на берег Танского монаха и Чжу Бацзе и передать их с рук на руки Сунь Укуну. Ослушаешься – пеняй на себя.

Выслушав Моана, оборотень так и вскипел от злости и закричал:

– Пусть этот Сунь Укун придет сюда, чтобы со мной сразиться! Одолеет он меня в бою, освобожу монаха и его ученика, не одолеет – сварю их и съем. Один, без всяких родственников. А после буду петь, танцевать и веселиться.

– Ах ты, негодяй! – вскричал Моан. – Прежде чем сражаться с Сунь Укуном, сразись со мной!

И вот между ними разгорелся бой.

Неожиданно Моан сделал вид, будто промахнулся. Ничего не подозревая, оборотень ринулся вперед. В тот же миг Моан ударил его в правое плечо, и оборотень упал на колени. Тогда Моан ударил его по ногам, и оборотень растянулся на земле. Тотчас же его окружили воины принца, скрутили ему руки за спиной, в позвоночник воткнули проволоку, вывели на берег и подвели к Сунь Укуну.

– Великий Мудрец, – сказал тут принц, – я изловил дракона Крокодила и передаю его тебе. Делай с ним что хочешь.