Разборки в Пандемониуме - Матвей Геннадьевич Курилкин

Лопатин всё это прекрасно понимал. И даже был согласен. Но это головой, а заставить себя успокоиться и не злиться было всё ещё сложно. Неприятно чувствовать, что тобой двигали как пешкой на шахматной доске, а ты и не подозревал ни о чём.

— Государь, а как так получилось, что у светлорождённых на материке нашлёлся целый боевой отряд? — Спросил он, чтобы перевести тему. — «Совушку» сбросили в бездну ведь не по ошибке. Не как в тот день, когда нас приняли за пиратов. Они специально летели нас захватить или уничтожить.

— А кто сказал, что это устроили светлорождённые? — Хмыкнул император. — Нет, они там тоже поучаствовали, но лишь как консультанты.

— Тогда это был… забыл имя. Владелец компании по добыче гелитропа, — мрачно догадался Влад.

— Нетрудно было догадаться, правда? — Хмыкнул император. — Хокос очень заботится о том, чтобы прибыль его компании не уменьшалась.

— Я не видел, чтобы его арестовали.

— Его не арестовали, — кивнул император. — Хокос нужен. Он немного стал зарываться в последнее время. Ну, понимаете, цены на гелиотроп стали казаться ему слишком низкими, а уровень добычи компании стал понемногу падать. Теперь станет послушнее. Трогать его всерьёз пока слишком рано.

Желаний от Каси император так и не дождался. Девушка сказала, что придержит своё на потом, чтобы не пожелать чего-нибудь бесполезного. То есть сначала она хотела попросить отпустить отца, но государь не стал проворачивать одну и ту же хитрость дважды и обманом выманивать желание. Успокоил девушку, что в скором времени Энкратоса и так отпустят, и он волен возвращаться к своему отряду или оставаться в столице — на его усмотрение.

— Можете решить потом, — подытожил государь. — И передайте, господину Александру и Шмякке, что у них тоже есть желания. Они могут высказать их до вашего отъезда, или в любое время потом — не важно.