Мир в хорошие руки - Татьяна Русуберг

– Не зевай! Щас попрет!

И верно: куртка вспучилась и рванулась из рук. Я повалился сверху, как было наказано, стараясь придавить добычу своим весом. Но «белк» не давался, острые когти драли синтепон и, казалось, вот-вот доберутся до меня. Силищи в зверюге оказалось немерено – она тащила меня на дно оврага, а я думал, что лучше: держать и не пущать, надеясь, что фафл не доберется до моих кишок, или отпустить и испытать возможную месть «ацкой белки»?

Битва титанов продолжалась, пока на помощь не подоспел Динеш. Он просто-напросто рухнул на меня сверху, как в реслинге, и, пока я с выпученными глазами хватал воздух ртом, ловко хрястнул по куртке рукояткой ножа, один раз, второй… Изорванная черная ткань дернулась в последний раз и обмякла. Я кое-как отполз в сторону, а саттардец торжествующе поднял добычу за хвост. Дохлый фафл действительно был ужасно похож на саблезубую белку, обожравшуюся гормонов роста.

Я осмотрел свое пузо на предмет вылезших кишок – к счастью, пострадала только рубашка, лишившаяся пары пуговиц. Зато вот курточке Вовкиной абзац – только на тряпки ее теперь пустить.

– Они хоть вкусные? – с надеждой спросил я, кивнув на белку.

– Скоро узнаешь, – довольно ухмыльнулся саттардец.

Фафла мы частично пустили на шашлыки, а частично запекли в золе, обмазав предварительно глиной. Запеченное мясо предназначалось нашей отсутствовавшей угонщице. Динеш рассчитывал, что, если Машура не задержится, то фафлятина будет еще теплой. Я спросил, не стоит ли сохранить беличью кровь для Ла Керта, но саттардец заверил меня, что вампир способен позаботиться о себе сам, и в городе для этого больше возможностей, чем в драконом забытой роще.

Я постарался не думать, как и чем вэазар будет набивать себе брюхо, и вместо этого честно набил свое. Закусили мы ягодами, собранными на краю того же оврага. От сытости потянуло в сон. Я разыскал одеяло в седельных сумках и договорился со Смотрящими, что они разбудят меня, если увидят наших друзей, новую делегацию к Чертогу или вообще что-нибудь необычное.

Динеш, не подозревавший о новом союзнике, благородно вызвался сторожить – еще бы, днем-то выдрыхся! Отговаривать его я не стал. Охота и последующая разделка тушки под чутким руководством саттардца здорово меня вымотали, так что трава показалась пуховой периной. Даже беспокойство за друзей не помешало мгновенно отключиться.

Сны уходили и приходили какими-то бессмысленными обрывками. То я ехал на лифте в своем доме, а тот все никак не хотел останавливаться на нужном этаже. То звонил в нашу квартиру, а открывал мне Ноал – такой, каким я видел его глазами драгаев: худой парень с черным хаером до лопаток. Мать не узнавала меня и упорно называла чужого Лианом. Тогда я бросался на него с кинжалом, но промахивался и падал, падал, падал… А потом вся мутотень начиналась сначала.

Не удивительно, что я обрадовался, когда пол лифта для разнообразия пророс подсолнухом с карим глазом на месте семечек. Глазище подмигнул и сказал: «Пора вставать!» Меня тут же тряхнули за плечо, и голос Динеша объявил:

– Наши пташки прилетели.

Костер мы давно погасили, чтобы не привлекать ненужного внимания, и Ла Керт с Машурой были всего лишь тенями на фоне темноты. Глаза вампира по-звериному светились, отражая малейший намек на свет.

– Как все прошло? – позевывая, спросил я.

– Как по маслу. – Лицо Машуры скрывал мрак, но в голосе ее так и бурлила радость. – Вампир усыпил стражу, а дальше оставалось только поднять «сушку» в воздух. Дорогу по звездам найти было элементарно. Вот только приземлиться пришлось в стороне – тут веток слишком много. Ла Керт на всякий случай прикрыл машину заклинанием, а то цвет у нее приметный…

– Когда отправимся в Чертог? – поинтересовался я, но девчонка не ответила – рот ее занимала раскопанная Динешем фафлятина.

– На рассвете, – поведал Ла Керт, устраиваясь на ночлег рядом со мной. – Опасно долго оставаться на одном месте. Саттардцы доставят нас в замок, а потом полетят домой…

– То есть как домой?! – Машура от возмущения даже про мясо забыла.

– Очень просто, – вампир говорил мягко и терпеливо, как с раскапризничавшимся ребенком. – Как только мы войдем в замок, Лиану больше не будет грозить опасность, по крайней мере не со стороны Ноала. Правила конвента и испытания придуманы давно и не нами, и следят за их соблюдением особые стражи, такие, с какими даже Ноалу не тягаться. А в Саттарде тебя давно ждут.

– Выходит, мы теперь просто не нужны?! – Поймав лунный свет, Машурины белки яростно сверкнули. – Отслужили свое, и нас можно выкинуть, как пару старых носков?! А то, что на конвенте будут решаться судьбы мира, что такое случается раз в… да вообще в первый раз, это как?! – Тут девчонка обернулась ко мне: – И тебя совесть не замучает дверь захлопнуть у нас перед носом?!

Я развел руками, беспомощно оглядываясь на вэазара. Спас меня Динеш:

– При чем тут совесть? Я совершенно согласен с Ла Кертом – мы в Чертоге будем только под ногами путаться. К тому же неизвестно, сколько там все продлится, а родители о тебе беспокоятся…

– Они обо мне беспокоятся уже больше месяца, так что пара дней погоды не сделает, – отрезала Машура. – Но если тебе не терпится, пожалуйста, забирай «сушку» и лети себе на все четыре стороны. А я с Лианом буду. В конце концов, он демиург, ему и решать. Так?

Три пары глаз уставились на меня. Я облизнул внезапно пересохшие губы. С одной стороны, жалко было девчонку, и, будь я на ее месте, наверное, вел бы себя так же. С другой стороны, хоть Машура и повысила меня в звании, без Торбука я ноль без волшебной палочки. Случайность, бесконечно малая величина. Кто его знает, как оно все с Ноалом обернется. В любом случае в Саттарде ребятам будет гораздо безопаснее.

– Ну? – поторопила Машура и кинула в меня фафловой косточкой. – Ты что, заснул там?

– Маш… Я это… – Хорошо, что темнота защищала мое лицо, как забрало. – Короче, я думаю, Ла Керт прав…

Я вжал голову в плечи, ожидая бурной реакции, но ее не последовало. Девчонка просто вскочила и, ни слова не говоря, ломанулась через ночной лес.

– Эй, ты куда? – крикнул брат ей вслед. – Навернешься и ноги поломаешь!

Ответом ему был только отдаляющийся треск сучьев.

– Я пойду найду ее, – неловко поднялся я на ноги.

– Не стоит, – остановил меня Динеш. – Поплачет и сама придет. Поверь, я ее знаю.

– А что, если ее фафлы… загрызут? – неуверенно предположил я.

– Да она щас сама кого хочешь загрызет, – хмыкнул Динеш. – Ты лучше отдыхай – у тебя завтра день ответственный.

Я вздохнул и снова опустился на належанное место: в общем, парень был прав. Все равно мне нечем Машуру утешить.

«Смотрящие, – мысленно позвал я. – Покажите мне нашу спутницу».

«Нет, – коснулся тихий шелест края сознания. – Она хочет сейчас побыть одна».